Втроем с Кириллом Рычковым и Михаилом Кокоревым мы уже касались идеи нашего нового совместно проекта «Точка сборки», но мне кажется, что стоит остановиться на этом вопросе подробнее, чтобы расставить все точки над «i»

В своей биографии современная Россия, как мне кажется, прошла через несколько этапов, в чем-то похожих на этапы взросления любого человека. От полной наивности едва вставшего на ноги младенца конца 80-х начала 90-х, когда многие из нас действительно верили во все слова про возвращение нашей страны в семью цивилизованных народов, которые сейчас ничего, кроме горькой усмешки, не вызывают, до нынешнего времени, когда эпоха тотального лицемерия закончилась — чуть больше 30 лет.

Время, когда споры между теми, кто звал задуматься, осмотреться, выбрать свой собственный путь в этом лучшем из миров и теми, кто предлагал не тратить время, а аккуратно копировать опыт наиболее передовой части человечества, двигаться только и исключительно по лекалам, кройка которых уже осуществлена коллективным Западом — закончилось, я в этом совершенно убежден. Мы повзрослели, горькое понимание того, что пресловутой семье цивилизованных народов мы нужны только в качестве пищи, отрезвило если не всех, то очень и очень многих.

Туда же, в прошлое, ушли и благоглупости относительно того, что мы можем опираться на некие дружеские страны — старая поговорка о том, что единственными верными друзьями России являются ее армия, флот, а теперь вот и ВКС, оказалась единственно верной. У России могут быть союзники — ситуационные, временные, стратегические на том или ином временном отрезке, но ни о какой дружбе и речи быть не может.

Все намного прагматичнее: есть страны, с которыми России выгодно выстраивать равноправное взаимовыгодное сотрудничество и есть страны, сотрудничество с которыми невозможно в принципе. Для тех, кто сомневается, есть способ сделать выводы самостоятельно — достаточно взглянуть, что мы видим по ту сторону наших западных границ.

Европа, с удовольствием окунувшаяся в русофобию, которой охвачена отнюдь не только ее правящая верхушка, но и огромная часть ее населения, с наслаждением отказывается от всех лозунгов, которыми она нас пичкала все предыдущие годы.

Военная и организационная помощь нацистскому государству, добровольно провозгласившему себя врагом России? С дорогой душой. Отказаться от долгосрочных контрактов, от всех обязательств по ним? Всегда пожалуйста. Свернуть все формы сотрудничества, остановить работу совместных предприятий, общие научно-технические проекты? Да мгновенно! Украсть деньги, принадлежащие российскому государству, российским компаниям, российским гражданам? С удовольствием. Отказаться от принципов свободного распространения информации, от принципов беспристрастной юриспруденции, от всех принципов международного права? С легкостью необычайной. Ну, и далее по списку — вы его и без меня способны продолжить.

Отказ от идеологии лишает Россию суверенитета

Но и с теми царствами-государствами, которые не встали в стройные шеренги и колонны тех, кто готов сражаться с Россией на всех мыслимых и немыслимых фронтах, ситуация не многим лучше, уж простите за цинизм. И не снижая уровня цинизма, продолжу дальше, заранее простите.

В 1993 году наша с вами страна в своей собственной Конституции запретила себе иметь государственную идеологию. Поскольку не отношу себя ни к идеологам, ни к политикам, я просто констатирую этот факт, как данность, хотя и терпеть его не могу. Но спорить с фактами — последнее дело, обязанность любого человека, претендующего на наличие у него логического мышления, факты учитывать, а не фыркать на них. Нет идеологии — не будет и шансов на появление дружественных стран, взаимные отношения будут выстраиваться исключительно на меркантильной основе.

Хорошо это или плохо? Да все как всегда — и так, и эдак. Плохо, потому как забыть о том, насколько дружескими, братскими были отношения между народами огромного СССР, персонально я забуду только после того, как сдохну. Хорошо — потому, что в этом случае нет нужды ждать предательства ни с чьей стороны, нет нужды тратить эмоции, позволительно пользоваться только логикой, которая, как известно, имеет много общего с математикой. В этом случае можно с чистой совестью заниматься куда как более простыми вычислениями: как России себе на пользу выстраивать отношения с теми же странами-соседями, чтобы обеспечить долгосрочность отношений, чтобы переход стран в число противников России было им невыгодно.

Нет идеологии — значит, нужен точный анализ, расчет собственных сильных и слабых сторон, поиск совместных проектов с теми странами, которые и нам пользу принесут, и себе выгоду поимеют. Мы сами, руками нашего первого президента Ельцина Бориса Николаевича, допустили и роспуск Советского Союза, и возможность новым-старым странам, возникшим на его месте, самостоятельно формировать их собственные властные структуры.

С учетом того, что почти все бывшие советские республики опыта собственной государственности не имели или имели в далеком прошлом, консолидирующей их основные нации стала русофобия — времени не было придумывать хоть что-то более осмысленное и рациональное. Этот момент придется иметь в виду — джина, по глупости выпущенного из бутылки, затолкать обратно далеко не просто, особенно с учетом того, что коллективный Запад при малейшей возможности норовить сыпать тому джину соли под хвост. Но это, конечно, совсем другая история — не в этот раз.

Демографический, научный, технологический… Нам нужно движение

Самое краткое описание России — вот так, без эмоций: государство с огромной территорией, со скудным количеством населения, распределенного крайне неравномерно, с огромным количеством полезных ископаемых, большая часть которых расположена в Арктике и в других труднодоступных регионах. Огромность территории и недостаток населения — две фундаментальных причины, по которым мы просто вынуждены развивать свою экономику как экспортно-ориентированную, чтобы это развитие обеспечивало нам рост уровня жизни. 80% нашего населения притулилось к Европе, по ту сторону Урала — не более 20%, в студеной Арктике так и вовсе 3%.

Это может нравиться или не нравиться, но это тоже просто факты, нам с ними жить. Можем мы обеспечивать рост уровня жизни только и исключительно за счет роста экспорта непереработанных ресурсов с опорой на ресурсы энергетические, которыми нас матушка-природа точно уж не обидела? Нет, не получится, как бы кто этого не хотел.

Добыча уходит все дальше на Север, уходит на шельф и в море, мы уже просто вынуждены заниматься месторождениями с ресурсами трудноизвлекаемыми, это уже требует развития технологий до уровней, которые и в советские-то времена были недостижимы. Наши добывающие компании уже сейчас вынуждены отходить от принципа «копай и вези», потому что «копай» становится крайне высокотехнологичной отраслью.

Поручать развитие таких технологий компаниям третьих стран, причем стран как враждебных, так и симпатизирующих — недопустимо. Значит, нам нужны наши собственные НИИ, вузы, КБ, машиностроительные заводы, способные выполнять задачи высокой сложности. Это все требует денег, которые нужно уметь зарабатывать — иначе нами же подготовленные специалисты-профессионалы будут разбегаться из России в поисках более высоких зарплат и прочих благ.

Следующее соображение не менее цинично, но раз уж я начал в этом стиле, то в нем же и продолжу. На месторождениях России добываются несколько марок нефти, состав природного газа в разных месторождениях тоже далеко не одинаковый. Да, для того и другого в непереработанном виде найти покупателей — задача сложная, но решаемая. Однако имеющийся опыт сотрудничества с компаниями Евросоюза, которые сумели утратить возможности своего влияния на своих же политиков и покорно выполняющие любые их прихоти, показывает, что для нас задача максимальной диверсификации рынков сбыта — стратегическая задача.

Нефть у нас покупают только компании из стран, имеющих свои собственные НПЗ, то есть круг потенциальных потребителей получается не самого большого диаметра. НПЗ — это бензины, дизельное топливо, авиационный керосин и мазут на выходе, что обеспечивает резкое расширение потенциального рынка сбыта. Нефтехимические и газохимические предприятия — это уже десятки наименований продукции, то есть круг потребителей на каждом этапе переработки углеводородов становится все шире и шире.

Ровно то же самое относится и к углю — в том случае, конечно, если после этапа государственных программ и стратегий мы возьмем, да и перейдем к реальной работе. Вывод простой — чем больше в тоннах и кубометрах переработка энергетических ресурсов, чем эта переработка глубже, тем больше возможностей искать и находить потребителей не в одном регионе планеты, а по всей ее площади.

Ничего личного, только бизнес: России выгодно развивать переработку всех энергетических ресурсов уже в связи с тем, что тем самым мы будем диверсифицировать количество потенциальных партнеров, расширять рынок сбыта. Вторая сторона процесса не менее привлекательна: торговля продуктами переработки всегда маржинальнее торговли сырьем, зато требует меньших усилий для решения логистических проблем.

Ну, вот не выходит из руководства РЖД каменный цветок — расширение провозных возможностей БАМа и Транссиба, то есть проект Восточного полигона. Но одно дело — пытаться заставить РЖД обеспечить провоз сотен тонн миллионов угля, на что у РЖД стойкая и тяжелейшая аллергия, другое — сотни тысяч тонн продукции химической переработки угля. Ну и, в режиме капитана Очевидность: выше прибыль при экспорте — выше уровень зарплат персоналу, обеспечивающему переработку в России российских же ресурсов — выше уровень жизни.

Выше прибыль при добыче, переработке и экспорте — больше налогов, так что, вспоминаю про конечную продукцию НПЗ, я не просто так забыл про гудрон и асфальт: очень хочется, чтобы они не экспортировались, а целиком и полностью уходили на строительство новых и новых дорог в нашей стране. Так что, на мой взгляд, полный уход от поставок сырой, непереработанной нефти вполне себе претендует на наш новый, соответствующий современной обстановке, национальный проект.

Как можно больше глубокой переработки внутри страны

А вот с учетом объемов запасов и ресурсов углей и природного газа, полная их переработка внутри России, если и возможна, то только теоретически, да и нет смысла в полном отказе от их экспорта именно как энергетических ресурсов. Но и тут есть нюанс, который, мне кажется, забывать не стоит. Опять в режиме капитана Очевидность: если рассматривать уголь и газ как энергетические ресурсы, то конечный продукт их переработки — киловатт*часы электрической энергии и гигакалории энергии тепловой, экспорт того и другого опять же повышает маржинальность.

Следовательно, России нужны проекты для новых рынков, когда мы предлагаем не только энергетические ресурсы, но и строительства электростанций, формирование систем вывода, и, при необходимости — формирование объединенных энергетических систем.

Это я намекаю на то, что, по данным ООН, в наше с вами время, когда мы тут делаем выбор между Айфоном 12м и 13м, на планете 700 млн человек не имеют доступа к электроэнергии от слова «вообще» и почти столько же доступ имеют, но не постоянный. Потому нет ни малейшего повода стесняться того, что Россия, как наследница создателей плана ГОЭЛРО и объединенной энергосистемы «Мир», будет предлагать потенциальным клиентам полный набор технологий.

Мы привезем вам СПГ или уголь, мы построим вам регазификационные терминалы или угольные порты, мы построим вам электростанции, совмещенные со станциями опреснения воды, мы разработаем и реализуем системы вывода мощности и ОЭС, по нашим технологиям вы сможете перерабатывать золу и шлаки, обеспечивая сами себя материалами для строительства дорог и зданий.

Только этот уровень позволит нам избавиться от главного кошмара современности — торговли сырьем на биржевой основе, результаты которой мы воочию наблюдаем в диком Евросоюзе. Любому человеку, любой стране важны стабильность и предсказуемость, а вот эти скачки-прыжки и прочие пируэты на товарно-сырьевых биржах, хабах, спотовых площадках — вредны для нервной системы и для развития экономики, заточенного на рост уровня жизни. Что требуется для того, чтобы наши потенциальные клиенты соглашались на вот такие комплексные предложения?

Ответ уже дан — Росатомом. Технологии АЭС, которые предлагает наша атомная корпорация, по уровню технологического совершенства превышает предложения прочих компаний-вендоров практически в разы, конкуренция, если и имеется, то в зачаточном состоянии. Значит, и те технологии, которые Россия могла бы предлагать в комплекте с углем и газом, тоже должны опережать все, что могут предложить европейские, американские, китайские компании. Как этого можно добиться, на ком тренироваться?

Да только на самих себе — заказчики никогда не согласятся на приобретение энергетических блоков, начерченных в 3d-графике и даже при помощи голограмм. Потому, когда Владимир Путин поднимает вновь и вновь проекты энергетических мостов, я раз за разом сжимаю кулаки в надежде на то, что инициативы президента хотя бы раз будет поддержана правительством. Навскидку: есть рамочный договор с Китаем о поставках до 100 Гвт*часов электроэнергии в год, начата разработка проектов энергомостов Россия — Грузия — Армения — Иран, Россия — Азербайджан — Иран, есть убитый РЖД договор о полной электрификации всей системы железных дорог Ирана.

От нашей электроэнергии не откажутся Монголия и КНДР, я уверен, что нашим плавучим электростанциям будут рады на Кубе, в Венесуэле и так далее. Вот только наше уважаемое и даже обожаемое лично мной правительство руководствуются не девизом «Безумие и отвага», а «Растерянность и растерянность», теряя темп. Но об этом — чуть позже. Пока предлагаю просто поставить галочку — собственные технологии электростанций в комплекте с поставками энергетических ресурсов для России выгоднее, чем торговля неперарботанными энергоресурсами, да еще и на основании биржевой торговле.

Нам нужно восстанавливать большую логистику

И еще одно, вполне очевидное следствие из постулата о стратегической важности максимальной диверсификации поставок энергетических ресурсов и продукции их переработки. Логистика. Логистика как морская, так и железнодорожная. И в этом плане потенциальных заказов — пруд пруди, но РЖД способно прудить разве что под себя.

Украденный золотой костыль, вбитый Путиным и Шойгу в первый метр ж/д трассы Тува — Красноярский край, строившийся с 2015 мост через Амур в Китай длиной в 900 метров, сдвинутые вправо до упора, до хруста, сроки проекта Северного широтного хода и далее по списку — примеров много, список не укорачивается, а только удлиняется.

На высшем политическом уровне Россия уже сделала заявление о своем участии в строительстве последнего участка железной дороги транспортного коридора Север — Юг, чуть более 150 км от станции Решт в Иране до станций Астара и Астара на границе Ирана с Азербайджаном. Достроят — грузы из Ирана, из Индии, из Пакистана будут идти через Дагестан. Вы слышали хоть слово о планах РЖД о том, что Дагестану потребуются огромного объема работы по модернизации и расширению ж/д хозяйства?

Вот и я точно так же — молчит РЖД, как рыба об лед. Президент Узбекистана предлагает фантастический по дерзости и красоте проект железной дороги Термез — Мазари-Шариф — Кабул — Пешавар, при этом стоит помнить, что от Термеза колея уходит в Мурманск и в Питер, в Ванино и в Находку, от Пешавара она уходит за горизонт в направлении юга Индии и прочих Бангладеш с Шри Ланкой. Что, и этот проект РЖД станет интересен только после того, как об этом заговорит Путин?

Китай, Казахстан и Азербайджан уже несколько лет готовятся к реализации проекта Срединного маршрута — железной дороги из Китая к Каспийскому морю, через Азербайджан и Грузию — к морю Черному, оттуда — в Турцию и далее в Европу. Зачем? Из-за здорового, на мой взгляд, опасения, что Евросоюз выстроит перед Россией настолько плотный железный занавес, что протолкнуть через него хоть какие-то товары будет просто невозможно. Нас даже не пытаются привлекать — у нас РЖД, а им железную дорогу строить надо.

Потерянные возможности

Почему трем странам все интереснее дорога в Европу, минуя территорию России? Потому, что в наших западных портах у стран-интересантов нет грузовых судов под их флагами в качестве пропуска из и в Европу. Почему мы не можем предложить им такие торговые флоты? Да потому, что он и у нас-то отсутствует напрочь.

Совсем недавно РЭА завершило подсчеты — какой флот балкеров-сухогрузов требуется нашей угольной отрасли для того, чтобы обеспечить вывоз продукции даже на нынешнем уровне — не хватает 168 судов. Несколькими днями позже свои подсчеты опубликовал Росатом — как оператор СМП, по необходимому количеству судов усиленного ледового класса, чтобы обеспечить СМП таким же уровнем сервиса, как и традиционная европо-азиатская трасса через Суэцкий канал — необходимо дополнительно 74 судна усиленного ледового класса разного предназначения.

Но для того, что СМП действительно получила шансы превратиться в международную трассу, нам потребуется еще и флот ледовых контейнеровозов: приняли груз во Владивостоке, провели по СМП до Мурманска — передали судам под флагами азиатских стран, и те ушли в Европу. Этот флот еще никем не обсчитывался, как и не анализировали еще и необходимый нам флот нефтеналивных танкеров.

Наши потребности в морских судах просто колоссальны, но при этом стратегия развития судостроительной отрасли, разработанная министерством промышленности и утвержденная правительством Медведева в 2019 году, предусматривает, что имеющиеся производственные мощности наших судостроительных заводов вот в этом, 2022м году, должны достичь загрузки в 64%. Если кто-то сумеет прокомментировать это без абсцентной лексики — пишите, у меня вот не получается.

Где-то на просторах России рыдают наши металлургические некоронованные короли: Европа от российского металла закрылась, спрос внутри России валяется на полу, все пропало клиент уходит, а в недрах своего министерства демонически хохочет господин Мантуров — а вот не дам я вам запрос на корабельную сталь!

Но судостроение — одна из самых мультипликативных отраслей промышленности, формирующая огромный запрос на приборостроение, на двигателестроение и далее по всем цепочкам. Нет, я, конечно, понимаю, что вице-премьеру России виднее, чем нужно заниматься в первую очередь — среднее и малое предпринимательство спасет Россию от вала антироссийских санкций, даешь по парикмахерской и булочной на каждой улице каждого города…

А реально судостроение для государства трех океанов и 11 морей не может не быть государственной, стратегической отраслью. И развиваться она должна синхронно, в едином комплексе с нарастающим объемом внутренней переработки энергетических ресурсов, чтобы с продукцией нефте- , газо-, углехимии не возникало тех проблем, которые у нас имеются в настоящее время.

Статистика — наука злобная: переориентация поставок российской нефти с запада на восток утроила прибыли кипрских и греческих компаний-судовладельцев, обеспечивших нам фрахт своих танкеров по тройной же ставке — вторичные санкции, сплошной риск, будьте добры доплатить или пошли вон, альтернатив у вас все равно нет. Ровно те же соображения, как ни странно, касаются еще и наших аграриев — перевозка того же зерна тоже идет не на собственных, а на зафрахтованных чужих судах. России нужен торговый флот, господа, дамы и товарищи — считайте это стоном души, который я бы очень хотел, чтобы услышали многие.

Хлеб — всему голова!

И, раз уж коснулись сельского хозяйства, то есть и еще одно, и то же циничное соображение. В любой стране люди хотят вечером сесть за стол на хорошо освещенной кухне, обогретой или охлажденной до комфортного уровня, чтобы съесть краюху хлеба и кусок мяса.

За энергетические ресурсы, за электроэнергию, за продукты питания нам отдадут все — если, конечно, мы будем предлагать все эти блага на разумных условиях. Обеспечивать страны-клиенты продуктами питания можно двумя способами: либо просто привезти им то, что они могут съесть или обеспечить их сельскохозяйственными удобрениями, что позволит им нарастить собственные урожаи.

Разумеется, при втором варианте мы просто не имеем права не предлагать вместе с фосфорными, калийными, азотными удобрениями наши собственные трактора и комбайны, наши собственные технологии переработки и хранения. Не в свою епархию лезу? Не без того, но стоит помнить о том, что азотные удобрения — это аммиак в качестве исходного сырья, а для его производства нужен природный газ. Так что извините, но круг замкнулся: энергетика не может существовать и развиваться без соответствующей промышленности, но и любая промышленность существует и развивается только на базе энергетики.

Использовать все возможности

Давайте перечислим, о чем сегодня шла речь. Понятно, что об энергетике, но и технологиях переработки, о машиностроении, о приборостроении, судостроении, строительстве железных дорог и даже о сельском хозяйстве. Все эти отрасли переплетены между собой, влияют друг на друга, нет никаких возможностей развивать только одно направление — перекосит, равновесия не удержим, в зависимость свалимся.

Невозможно обращать внимание только на одну часть этого круга — представим, что он вращается, норовя каждую минуту повернуться к нам другой стороной. Если мы действительно хотим найти, нащупать пути развития нашей с вами России — нам нужен максимально широкий кругозор, нам нужны знания о многих отраслях нашей экономики, знания о том, как именно выглядят взаимоувязывающие их связи и направления. Как этого добиться? Нужна та самая точка сборки.

Можно считать наш проект клубом по интересам для всех тех, кто действительно не равнодушен к России, кто действительно понимает — мы с вами на этом свете временны, а Россия должна быть вечна. Нужно общение, нужен взаимный обмен знаниями, нашей «Точке сборки» нужны и интересны эксперты и руководители реальных компаний, работающих во всех перечисленных секторах.

Энергетики, работающие в ее разных отраслях, машиностроители, корабелы, имеющиеся эксперты железнодорожного транспорта, геологи, специалисты по речному транспорту, речному хозяйству, металлурги, лесному хозяйству, нефте-, газо- и углехимии — вот те, кого ждет в качестве своих гостей наша «Точка сборки» и студия ИА «Аврора».

Нам очень нужны те, кто сможет рассказать, что именно происходит с нашем среднем образовании, в системе высшего образования, в том, чем завершилась реформа РАН, что происходит с системой государственного управления фундаментальной и прикладной науки. Нам чертовски не хватает тех, кого в раньшие годы называли отраслевыми журналистами — тех, кто умеет рассказывать о вещах сложных простыми словами.

Разумеется, мы в обязательном порядке будем искать союзников среди политиков и общественных деятелей — среди тех, кто не ушел целиком и полностью в идеологические, в партийные дела и проблемы, а кто согласен искать, нашаривать те самые шаги, которые Россия сможет делать один за другим, выбираясь на собственный путь развития.

Но главное, без чего точно не получится — это ваша, уважаемые жители и слушатели, поддержка, ваш интерес и внимание, ваши мысли и идеи, даже если они окажутся не самыми лицеприятными для нашей команды. Дорогу осилит идущий, и команда «Точка сборки» попробует стать тем самым идущим. Что из этого получится — увидим, но мы обещаем стараться.

У России свой путь

При этом нужно помнить и еще один медицинский факт. Не так важны причины, по которым Европа решила убить собственную экономику — пусть она сама со своими политиками и политиканами разбирается. Не исключено, что Евросоюз после неизбежного уже кризиса сумеет обновить состав своих властных элит — все может быть в этом лучшем из миров.

Важно помнить, что равноправное сотрудничество что с Европой, что со всем коллективным Западом возможно только при двух обстоятельствах. Первое очевидно — этот самый коллективный Запад должен знать, помнить, что любая попытка агрессии против России закончится неизбежным зубодробительным поражением. Уважать они нас на том Западе будут только при одном условии — если будут бояться.

Не политкорректно? Хорошо, давайте мягко и ласково: если Запад будет знать, что при любой попытке диктовать России свои собственные условия в экономическом сотрудничестве, Россия имеет возможность игнорировать сам факт существования этого Запада. Отказались покупать наши нефть и уголь? Все, забудьте об этом — эти товары уйдут на другие рынки окончательно и бесповоротно. Где сядешь — там и слезешь.

Очень бы хотелось, чтобы в ответ на террористические акты на наших Северных потоках сотни наших, российских, танкеров-газовозов, ушли по другим маршрутам — но, чего нет, того нет. Как нам добиться такого священного права на тотальное игнорирование этого коллективного Запада? Первый, если не нулевой шаг — мы в нашем собственном сознании должны избавиться от европоцентричности.

Простое упражнение: возьмите в руки учебник всемирной истории вашего собственного ребенка и просто пересчитайте, сколько параграфов в нем про Европу, а сколько про Азию, Африку, Латинскую Америку. Посчитали? Да, со времен Петра Первого мы привыкли смотреть на цивилизацию глазами европейцев, это чистая правда.

Идиома «европейские ценности» для нашего уха совершенно привычна, а попробуйте произнести «азиатские ценности» или «африканские ценности» — и то, и другое карябает слух, мы такого никогда и не слышали. Но это так, ментальные шутки, не моя тема, тут каждый только сам. Второй момент опять же циничен: Европа закрывает для нас свой рынок, который до последнего времени был самым платежеспособным.

Да, у нас предостаточно партнеров в других странах, но мы должны отдавать себе отчет в том, что в этих других странах с платежеспособностью куда как так себе. Надеяться на то, что полномасштабное сотрудничество России со странами, которые отнесены к разряду развивающихся, сумеет выстроить эффективный частный собственник — утопия. Будут сделки бартерные, своповые, будут сделки из разряда: вы нам природный газ, а мы вам — право доразведать и начать разработку месторождений ванадия, алмазов и чего угодно еще.

Без участия государства, без отказа раз и навсегда от либеральной доктрины, согласно которой государство должно отказаться от непосредственного участия в экономической деятельности — не получится. Потому «Точке сборки» не обойтись без экономистов, но профессионалов, а не либералов, получавших образование в ВШЭ и где-то в Европе со Штатами, а потом упорно трудящихся столоначальниками и клерками в министерствах и ведомствах. На наш взгляд, наиболее заинтересовано в наращивании темпов асимметричных ответов на многочисленные вызовы именно государство.

В начале нулевых нашему политическому руководству хватило смелости и упорства для того, чтобы сохранить государственную собственность и государственное управление в атомной отрасли, сохранить в таком же состоянии Газпром, кратно нарастить мощь Роснефти, сохранить государственную ОСК, государственные энергетические компании РусГидро и ИнтерРАО. Но нынешняя ситуация убедительно доказывает — этого мало.

При огромном торговом профиците внешней торговли у нашего государства есть все возможности для того, чтобы создавать новые государственные компании химической отрасли во всех ее направлениях, государственные заводы, производящие сельскохозяйственные удобрения, для кратного расширения производственных мощностей судостроительных предприятий, входящих в состав ОСК.

Нам нужны государственные компании-интеграторы, которые могут и должны взять на себя разработку межведомственных проектов, в том числе и проектов ТПК, без которых освоение просторов России на достойном, современном уровне просто невозможно. Соответственно, мы приложим максимум усилий для того, чтобы искать и находить в системе государственного управления тех, кто обладает кругозором более широким, чем внутриведомственный, кто обладает системным мышлением. Такие люди есть, ни в коем случае нельзя считать, что все наши правительственные органы состоят только и исключительно из безинициативных клерков, работающих исключительно по ведомственным инструкциям. Будем искать, кое-какие идеи по этому поводу уже имеются, но озвучивать их пока преждевременно.

Тормозы внутри России

Отказаться только от одного положения либеральной экономики и оставить в неприкосновенности все остальное — тоже не получится. Либеральная доктрина экономика навязчива, прилипчива — за минувшие годы она основательно проникла во многие и многие наши государственные институты. Это законы, требующие проведения бесконечных тендеров, хотя здравый смысл подсказывает, что они нужны только в светлом будущем, как минимум, в тех отраслях экономики, которые нам предстоит создавать едва ли не с нуля.

Это ставки налогов для российских компаний, которые минфин регулирует на основании котировок английских частных компаний Аргус и Платтс. Это законопроекты, которые наши министерства и ведомства разрабатывают на основании аналитических записок от Прайс Ватерхаус. Это реформы электроэнергетической отрасли по лекалам команды Чубайса, которые привели к ежегодному росту тарифов.

Это крайне странная организация под названием ФАС — такое впечатление, что ее натравили на наше государство, которая стеной стоит против потребностей, диктуемых реальной жизнью. Классика жанра: контролируемая государством Роснефть на деньги государственного бюджета строит стратегически важный судостроительный ССК «Звезда» на Дальнем Востоке, но генеральным подрядчиком на этой стройке трудится китайская компания, поскольку ФАС просто запретила создание государственной или региональной компании-подрядчика.

Это крайне странный стиль работы Центробанка, главной задачей которого давным-давно стало строгое соблюдение всех предписаний МВФ, в том числе и эмиссия рублей только в том объеме, который обеспечен накопленными резервами валют, входящих в так называемую корзину МВФ. Задача Центрального Банка Российской Федерации сдерживание инфляции, а не развитие Российской Федерации — как понимать и как продолжать терпеть этот абсурд? Список я могу продолжать и дальше, но только в том случае, если возомню самого себя имеющим право рассуждать на эти темы.

А это, конечно, было бы ошибкой — на самом деле «Точка сборки» предполагает привлечения к нашей работе депутатов и политиков, разбирающихся в системе государственного управления на профессиональном уровне, участия специалистов из департаментов и прочих ведомств нашего правительства, понимающих всю механику его работы и имеющих желание исправлять работу этого механизма.

Критикуя — предлагай!

Еще пара постулатов нашей «Точки сборки» — критика действий правительства всегда должна быть конструктивной, критика не должна быть самоцелью. Один великий человек достаточно давно уже изрек истину, которая никогда не устареет: «Критикуя — предлагай». Важно не только видеть недочеты и демонстрировать эмоции по этому поводу — этим и без нас занимаются сотни, если не тысячи блогеров и лидеров общественного мнения, но и предлагать реальные варианты исправления этих недочетов.

Конечно, мы будем рады тем, кто поможет выявлять крупные и мелкие проблемы системы нашего государственного управления, но с теми, кто готов жить по формуле «Прости нас, Юра, мы пролюбили все полимеры», нам будет просто скучно. Видеть только недостатки, не замечая реальных достижений — это одноглазый вариант, а нам предпочтительнее зрение стереоскопическое, оно позволяет не спотыкаться и видеть дорогу дальше, чем на два шага вперед, да и те в сторону хосписа.

Опыт — сын ошибок трудных

Еще один момент — нельзя в нынешних условиях идти на радикальный слом системы государственного управления, нельзя фанатично уповать на опыт, наработанный в Советском Союзе. Не было бы у моего любимого СССР ошибок проблем — никогда бы он не канул в прошлое, любые попытки канонизировать некие теории, пусть они будут даже самыми прекрасными, неизбежно приводят к канализации тех, кто отказывается эти теории развивать, ориентируясь на реальную ситуацию, складывающуюся в самой России и вокруг нее.

Но и терять этот опыт ни в коем случае нельзя — важно помнить достижения, важно не потерять и крупицы опыта, который может принести России пользу. Потому я уверен, что «Точка сборки» — это и для наших современных философов, футурологов, без которых тоже нельзя и тоже никак. Самое страшное, что принес капитализм нашей с вами молодежи — умение мечтать, желание фантазировать, жажду новых знаний и стремления эти знания дополнить собственными придумками.

Мечтатели — это не только две, а то и три удачных книги на наших полках, но и вполне реальные предсказания, которыми отметились Циолковский и Жюль Верн, Ефремов и Беляев. Но и книги бывают разными — у нас на глазах, к огромному моему прискорбию взял, да и умер жанр научно-популярной литературы, научно-популярные передачи напрочь пропали с экранов наших телевизоров.

Потому я буду только рад появлению на «Точке сборки» и тех, кто возьмется за это направление, которое можно описать одним словом — просвещение, передача знаний тем, кому это интересно и тем, кто об этом по причинам, связанным с работой нашей крайне замысловатой системы образования, даже не подозревает. Наверное, звучит несколько самонадеянно, но мне кажется, что «Точка сборки» — это еще и для тех, кто хочет сделать свои знания системными, кому не очень уютно жить внутри своих узких профессиональных знаний.

И, наверное, последнее, что хочется сказать о нашем новом проекте — просьба о помощи, о подсказках новых тем о новых интересных собеседниках. Конечно, ИА «Аврора» известна многим, нам есть, к кому обращаться за поддержкой, среди кого искать единомышленников. Но Владимир Владимирович был прав: «Голос единицы — тоньше писка!» А нам чертовски хочется разговаривать басом. Советуйте, критикуйте, предлагайте — мы этого ждем.

The strategy of Greater Russia, or Is it possible for Putin to industrialize

The project “Assemblage Point plans to involve deputies and politicians who understand the system of public administration at a professional level, specialists from departments of our government who understand all the mechanics of its work and have a desire to correct the work of this mechanism, as well as all those interested in the development of Russia.

Boris Marcinkevich

Истчоник: https://aurora.network/articles/11-analitika-i-prognozy/107054-strategija-bol-shoy-rossii-ili-pod-silu-li-putinu-industrializatsija

Поделиться в социальных сетях

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля