В конце марта аналитический центр ВЦИОМ провел опрос о вере в сверхъестественное. Полученные результаты свидетельствуют о том, что эта вера зависит от того, насколько уязвимым к внешним угрозам себя чувствует человек. В связи с этим максимальным доверием у респондентов пользуются духи и божества, призванные защищать человека: две трети наших сограждан допускают существование высших сил или святых, оберегающих человека не только в пути, опасности, или в бою (более половины верят в духов и божеств, покровительствующих военным), но и дома (домового, или духа-покровителя, присматривающего за порядком и оберегающего домочадцев). При этом вера в абстрактных духов природы и урожая снизилась по сравнению с верой в божества, покровительствующие детям и животным. Эксперты объясняют это сменой приоритетов: коллективный страх перед природной стихией, когда-то грозившей голодом всей общине, сменился тревогой за тех, кто особенно нуждается в защите.
Второе, не менее прочное место в общественном сознании занимает уверенность в существовании людей, обладающих даром предвидения, это допускает почти каждый второй россиянин.
Третье место получили мифологических персонажи славянского фольклора: только каждый третий допускает существование леших и каждый пятый — русалок. И это не удивляет, т.к. эти субъекты традиционно сохранились в общественном сознании как сказочные архетипы, а не сакральные силы.
Особняком стоят всякие магические практики, обращение к которым связано с желанием оздоровиться и обрести контроль над своей судьбой. Так, шесть из десяти россиян посещали священные целебные источники, каждый второй читал гороскопы или обращался к астрологу, а более трети наших опрошенных прибегали к гаданию. Кроме того, опрос показал, что защитная атрибутика также не чужда нашим гражданам: каждый четвертый опрошенный носит обереги, амулеты и украшения, связанные с поклонением духам или природным силам.
Какие выводы можно сделать?
Первое. Сверхъестественное глубоко укоренено в нашей повседневности: в жизни большинства россиян нашлось место хотя бы для одной магической практики или веры в конкретное мифическое существо. Это факт.
Второе. ВЦИОМ констатирует: «В российском обществе сложился консенсус по вопросу неприкосновенности духовной жизни. Россияне в подавляющем большинстве признают за человеком право на свободу религиозных и мировоззренческих убеждений при условии, что они не наносят вреда окружающим. Наблюдаемое единодушие обеспечивает среду, в которой личная картина мира перестает быть объектом критики, даже если она сильно отличается от общепринятой». Это радует.
Третье. Вера в сверхъестественное зависит от возраста: чем старше респондент, тем выше его готовность признать существование мистических существ. А вот обращение к магическим практикам универсально, уровень вовлеченности стабильно высок во всех возрастных группах. Это настораживает, ведь у молодого поколения это чревато уходом от реальной жизни. Тем более, что роль ИИ в этом «магическом» практикуме возрастает в геометрической прогрессии день ото дня.
В. Петров