Актуальность темы исследования обусловлена ускорением развития арктических отношений в контексте мировой экономики и политики. В начале XXI века международное внимание и глобальный интерес к самым северным регионам земного шара возрос, в то же время росло геостратегическое значение Арктики. После окончания холодной войны международное северное сотрудничество стало более институционализированным и динамичным. С одной стороны, существует многостороннее международное сотрудничество в рамках Арктического совета, а также сотрудничество с организациями коренных народов и между ними, другими международными организациями и форумами, в дополнение к двусторонним межгосударственным отношениям. С другой стороны, сотрудничество функционирует в определенных областях, например, между академическими институтами в области высшего образования, гражданскими организациями в области охраны окружающей среды и гражданскими обществами в области регионального развития и культуры. Циркумполярный Север быстро меняется в экологическом, геоэкономическом и геополитическом плане. Среди наиболее важных показателей таких изменений – изменение климата, важность энергетической безопасности, более широкое использование энергетических ресурсов и связанных с ними транспортных средств, а также возможность новых глобальных морских маршрутов. Все восемь арктических государств – Канада, Королевство Дания, включая Гренландию и Фарерские острова, Финляндия, Исландия, Норвегия, Россия, Швеция и США – реагируют на эти изменения, определяя свою арктическую политику и интересы на национальном уровне, а также свое положение и роль в Арктическом регионе.

Таким образом, вопрос изучения и сравнения Арктической политики Северных стран является важным шагом к пониманию перспектив развития как самих Северных стран, так и Арктического региона в целом.

Арктические стратегии Дании, Норвегии и Швеции

Арктика – это регион вокруг Северного полюса, в котором доминируют не сухопутные льды, а массы морского льда. Несмотря на враждебные условия жизни, преобладающие в этой зоне за границей деревьев, в Арктике проживает около миллиона человек, большую часть которых составляет коренное население. Изменение климата особенно влияет на экологическую систему Арктики и, следовательно, на ее население из–за особых климатических условий, повышение температуры дополнительно усиливается собственным климатом – поскольку изменения там проявляются быстрее всего.

Примером усиливающих механизмов Арктики является то, что климатические условия повышают температуру. Оттаивание почв вечной мерзлоты в результате повышения температуры: во-первых, этот процесс оттаивания выделяет метан в некоторых регионах, который в качестве парниковых газов ускоряет изменение климата, во-вторых, земля становится нестабильной и ставит под угрозу инфраструктуру. Это дает понять, что Арктика, c изменением климата, является новой проблемой безопасности – как в экологическом, так и в социальном плане.

Арктика долгое время была регионом, которому уделялось мало политического интереса, поскольку она не была ни пригодной для передвижения и исследования. С холодной войной и географической близостью Соединенных Штатов и России, в этой области Арктика впервые стала интересной, хотя и в основном с военной точки зрения. Из-за таяния льда, вызванного изменением климата, усилились экономические интересы стран.

Благодаря вновь обретенной полезности Арктики регион приобретает стратегическое и геополитическое значение. Кроме того, сокращение ресурсов означает дальнейшее вмешательство в чувствительную экологическую природу Арктики. Последствия ожидаются в области экологической, социальной, исследовательской, транспортной, энергетической политики и политики безопасности.

Чтобы обеспечить соблюдение своих интересов, государства-участники стремятся обеспечить соблюдение своих претензий на суверенитет над Арктической территорией на международном уровне. В ходе этого можно говорить о попытке “национализации” Арктики. Но третьи государства и негосударственные субъекты также начали преследовать свои собственные интересы в Арктике.

Арктический конфликт вращается вокруг вопросов о том, кому принадлежит Арктика и кому разрешено ее использовать в какой степени. Поскольку эти вопросы еще не были урегулированы в международно-правовом отношении, их исполнение осуществляется самими государствами. Геополитический конфликт в Арктике включает в себя, прежде всего, аспекты политики в области окружающей среды, энергетики и безопасности, а также элементы социальной и транспортной политики. При этом термин „конфликт“ употребляется не как военный конфликт, а в смысле позиционных различий в распределении ресурсов.

Очевидными игроками в Арктике, прежде всего, являются страны: Канада, Соединенные Штаты, Россия, Норвегия, Исландия, а также государства-члены ЕС Финляндия, Швеция и Дания с Гренландией. Мы рассмотрим арктические стратегии Дании, Норвегии и Швеции.

Страны Северной Европы частично преследуют схожие интересы в Арктике, но также имеют значительные различия в географическом и геоэкономическом характере с точки зрения местоположения и приоритетов. В отличие от Дании и Норвегии, Швеция имеет только сухопутные районы к северу от Северного полярного круга, который, согласно общим определениям, является границей с арктическим регионом. Из-за этих географических различий интересы и приоритеты этих трех стран несколько отличаются, особенно в отношении экономической деятельности и ресурсов. Правительства северных стран совместно работают по арктическим вопросам в рамках Арктического совета, Совета министров Северных стран , ЕС и Совета Баренцева Евроарктического региона. С скандинавской точки зрения различные форумы дополняют друг друга. В Арктическом совете они голосуют как можно более тесно и целенаправлено и используют двухлетние периоды председательства своих стран, когда они совпадают, для установления преемственности и эффективного представления общих северных интересов в Совете в течение длительного периода времени.

Объединяя частично разные интересы северных стран и выявляя общие позиции, Северный совет поддерживает программы северного сотрудничества в Арктике с 1996 года. С тех пор они приобрели финансовые масштабы и значение. Это меньше касается жестких экономических, политических или связанных с безопасностью интересов. Вместо этого основное внимание уделяется улучшению условий жизни людей в арктических регионах северных стран. Соответственно, основными направлениями работы являются здравоохранение, социальные вопросы и образование, арктическая среда и природа, климат, а также устойчивое зеленое экономическое развитие. Арктический совет предоставляет средства для проектов в этих областях, и таким образом может оказать определенное влияние на события в Арктике. Упомянутые темы соответствуют общей цели сотрудничества северных стран по созданию Севера конкурентоспособного и социально устойчивого. За пределами структур Арктического совета сотрудничество в области северной обороны расширяется в целях прагматичного внутри-северного сотрудничества по некоторым военным вопросам. В небольших скандинавских странах, как правило, растет осознание, в том числе в отношении других международных и европейских отношений, что они должны улучшать и расширять свое сотрудничество и координацию, чтобы их воспринимали как актуальный и весомый голос. Это тем более верно для Арктики, учитывая все более суровый политический климат.

Благодаря расположению Гренландии Дания является арктическим государством и в равной степени претендует на суверенитет. Но это также делает Данию зависимой от статуса Гренландии как самоуправляемой провинции Дании. Потому что Гренландия сама по себе обладает большими запасами нефти и газа, но также обосновывает свои претензии на полезные ископаемые, предполагаемые в Арктике, своим расположением. Ценные минералы, такие как алмазы и золото, также могут быть добыты благодаря таянию льда в Гренландии.

Одним из преимуществ Дании является хорошо оснащенный флот, адаптированный к арктическим условиям, который при необходимости мог бы оказать давление на претензии на суверенитет, с большей вероятностью исключая военные действия со стороны Дании. Дания не только пытается обеспечить соблюдение своих собственных требований в регионе, но и позиционирует себя как важного игрока на международном уровне: например, датская сторона активно продвигает укрепление арктического сотрудничества и созывает конференции пяти крупнейших стран-участниц.

Основной целью Датской арктической стратегии является определение общих приоритетов для региона и содействие сотрудничеству на национальном и глобальном уровнях путем обмена информацией и координации усилий в различных областях. Одним из инструментов достижения цели является использование «мягкой силы» в форме публичной дипломатии на различных уровнях. Отдельная стратегия в области образования и исследований направлена ​​на укрепление позиции Дании как одной из ведущих стран мира в области арктических исследований. Нынешняя стратегия Гренландии в отношении минеральных ресурсов направлена ​​на то, чтобы сделать горнодобывающий сектор ведущей отраслью на острове, в том числе благодаря легкому доступу потенциальных инвесторов к высококачественным геологическим данным. Дания привержена приоритетным принципам международного права для обеспечения мира, безопасности и сотрудничества в Арктике. Страна активно использовала правовые механизмы в рамках Конвенции ООН по морскому праву для обозначения своей заинтересованности в отдельных арктических районах, в том числе на Северном полюсе. Таким образом, можно выделить цели и приоритеты арктической стратегии Дании:

  • вовлечение Гренландии и Фарерских островов в процесс разработки политики;
  • обеспечение устойчивого использования живых ресурсов;
  • уделять приоритетное внимание культуре и потребностям арктических обществ;
  • расширение экономических стимулов и возможностей;
  • акцент на важности роли Арктического совета.

Для Норвегии Арктика является основным приоритетом внешней политики, а внешняя и внутренняя политика Крайнего Севера тесно взаимосвязаны. Истощение арктических ресурсов, а также защита Арктики являются для Норвегии двумя сторонами одной медали и не являются взаимоисключающими. Приоритеты Норвегии включают международное сотрудничество, устойчивое экономическое развитие (добыча нефти и газа, добыча рыбы и морских фруктов, судоходство и туризм), развитие знаний, инфраструктуру, экологическую защиту и защиту от стихийных бедствий. 

С Россией Норвегия поддерживает прагматичные отношения, стремясь,

с одной стороны, продолжить практическое сотрудничество, например, в области морского спасения, но, с другой стороны, из-за демонстраций военной мощи России вдоль северного побережья Норвегии усиливает свою военную деятельность в интересах национальной безопасности. 

Особый интерес для Норвегии представляет архипелаг Шпицберген, международная и демилитаризованная территория, находящаяся под управлением и суверенитетом Норвегии в соответствии со Шпицбергенским трактатом 1920 года. Там Норвегия должна предоставить равноправный доступ к ресурсам и водам всем подрядчикам. Пока Арктике уделялось мало внимания в целом, этот режим работал в основном хорошо. Но в то же время Норвегия опасается, что, в частности, Россия и Китай предъявят там больше претензий, чем раньше, и поставят под сомнение суверенитет Норвегии.

В своей арктической стратегии Норвегия подчеркивает важность Арктики не только для самой Норвегии, но и для всего мира. Арктическая стратегия Норвегии охватывает внутреннюю и внешнюю политику страны. Преимущественно внутренняя направленность выделяет норвежскую арктическую стратегию. Данная стратегия направлена на решение проблем Крайнего Севера и устойчивое и инновационное развитие региона на основе интеграции науки, образования и бизнеса. Таким образом, Норвегия пытается избежать неправильного распределения ресурсов, когда в экспорте страны наблюдается перекос в сторону минерально-сырьевых ресурсов, в том числе нефти и газа. Кроме того, Арктическая стратегия Норвегии направлена на сглаживание разрыва между темпами социально-экономического развития севера и юга страны. Таким образом, можно выделить цели и приоритеты арктической стратегии Норвегии:

  • международное сотрудничество в области бизнеса и развития знаний;
  • подчеркивание сырьевых отраслей как сектора бизнеса, основанного на знаниях;
  • укрепление научных исследований и образования в Северной Норвегии;
  • создание более надежной инфраструктуры;
  • лучшая защита окружающей среды;
  • акцент на важности роли Арктического совета.

Единственный прямой доступ Дании к Арктике проходит через бывшую колонию Гренландия, которая, хотя и обладает широкой автономией и правом на самоопределение с 2009 года, по-прежнему является частью Датского королевства. Если Копенгаген заинтересован в сохранении Гренландии в Королевстве из-за этого доступа, независимость Гренландии остается целью в долгосрочной перспективе. Однако в настоящее время это нереально из-за большой экономической зависимости от Дании. Автономные Фарерские острова, также входящие в состав Дании, хотя и находятся к югу от северного полярного круга, непосредственно подвержены изменениям климата в Арктике и занимают ключевую позицию в отношении арктических судоходных маршрутов. Как и Норвегия, Дания уделяет особое внимание улучшению условий жизни людей, а также использованию экономического потенциала при одновременной эксплуатации ресурсов. Для обеих стран защита окружающей среды и климата, безусловно, также играет определенную роль, но не имеет такого выдающегося значения, как для арктических стран, не имеющих побережья северных морей, таких как Швеция. Дания также наращивает свое военное присутствие и потенциал в Гренландии и инвестиции в регионе, но в то же время подчеркивает необходимость сохранения Арктики в качестве зоны с низким уровнем напряженности.

Без территории в Северном Ледовитом океане и доступа к нему арктическое участие Швеции определяется не столько интересами безопасности и ресурсов, сколько так называемыми «мягкими» политическими проблемами. Это включает в себя улучшение перспектив экономического развития и роста их периферийных арктических регионов, а также улучшение их связи. В настоящее время Швеция выступает за укрепление международного сотрудничества в рамках Арктического совета и постоянно подчеркивает свой статус арктического государства, которое имеет право голоса.  Позиция Швеции заключается в том, что безопасность не обязательно должна быть сосредоточена исключительно на военных угрозах, а скорее на других, более мягких вопросах безопасности. Арктический совет мог бы играть более важную роль, и он уже начал это делать благодаря Сотрудничеству в области авиационного и морского поиска и спасения в рамках Арктического соглашения. Однако, согласно стратегии, безопасность будет повышена, когда будет улучшена региональная инфраструктура.

Показатель инфраструктуры показывает связь между развитием инфраструктуры и экономическим развитием. Транспортная инфраструктура, судоходство, ледоколы и даже развитие ИКТ могут способствовать экономическому росту. Достижения в области ИКТ могут помочь ледоколам функционировать более эффективно, что также служит экологическим и исследовательским целям. Развитие новой энергетической инфраструктуры может помочь создать экологически чистую и возобновляемую энергию, тем самым помогая окружающей среде.

В обновленной стратегии правительство Швеции признает шесть тематических областей – международное сотрудничество в Арктике, безопасность и стабильность, климат и окружающая среда, полярные исследования и охрана окружающей среды, устойчивое экономическое развитие в интересах шведского бизнеса и обеспечение хороших условий жизни – в качестве приоритетов.

Относительно обновленной политики есть несколько замечаний: Во-первых, культура коренных народов и оленеводство обсуждаются как часть хороших условий жизни, и, что интересно, обмен знаниями (между коренными народами) является одним из выделенных аспектов. Во-вторых, среди международных институциональных сетей, помимо обязательного Арктического совета, Баренцева региона, сотрудничества Северных стран и ЕС, открыто обсуждается сотрудничество саами и сотрудничество с Германией (двустороннее сотрудничество). В-третьих, безопасность и стабильность, включая отдельный раздел сильных навыков национальной обороны, подробно обсуждаются и (повторно) определяются как новый приоритет.

Наконец, если в политическом документе 2011 года подробно описывалось, что Швецию с Арктикой связывает “множество связей”, то в документе 2020 года это воспринимается как должное, как естественный факт. Подводя итог: по сравнению с общими приоритетами политических документов арктических государств, основанными на результатах комплексного анализа 2019 года, обновленная политика Швеции в основном соответствует им, хотя больше внимания уделяется безопасности и обороне, а также биоразнообразию. Что касается новых тенденций управления Арктикой, обновленная политика поддерживает акцент на науке, пытается найти лучший баланс между охраной окружающей среды и экономической деятельностью и прямо упоминает Арктику. Эта страна выступает за эффективное северное сотрудничество в арктических вопросах, а также, в отличие от Норвегии и Дании, за сильную роль ЕС. Таким образом, можно выделить цели и приоритеты арктической стратегии Швеции:

  • противодействовать негативным последствиям изменения климата для здоровья и общества;
  • признать влияние глобальных рынков и социально-экономического давления;
  • разработка долгосрочных и актуальных транспортных решений;
  • поддерживать и расширять сотрудничество стран Северной Европы и Европы по арктическим вопросам.

Несмотря на все различия, интересы этих стран очень схожи. Они ориентированы на экологические, энергетические и политические аспекты безопасности. Для разрешения межгосударственных и международных конфликтов Дания, Норвегия и Швеция выступают за более широкое использование уже существующих институтов, а также за разработку новых форм управления, в том числе международного соглашения по защите Арктики.

Таким образом, позиции, касающиеся управления в Арктике, варьируются от территориального разделения, свободы морей – и, следовательно, свободного доступа для всех государств – до нового международного соглашения обязывающего характера. Все эти позиции можно отнести к одному общему фактору: контролю над потенциальными ресурсами и возможностями использования Арктики. Хотя эти интересы не могут быть реализованы в ближайшее время, все же необходимо искать решения уже сейчас. Однако при этом всегда следует иметь в виду, что Арктика не полностью изучена. Нет никакой гарантии, что запасы полезных ископаемых будут в ожидаемом объеме или что новые маршруты судоходства будут финансово и экологически прибыльными.

Суммируя все выше сказанное, интерес к Арктике в настоящее время основан на предположениях и ожиданиях. Значение Арктики будет продолжать расти, если эти перспективы оправдаются. Другими факторами значительного роста арктического конфликта будут, например, рост цен на нефть, что сделало бы разработку новых, дорогостоящих и совместимых с льдом технологий прибыльной, или если бы юридическая ситуация была обязательно прояснена, чтобы сделать инвестиции в регионе экономически выгодными.  Чтобы надлежащим образом обеспечить соблюдение претензий на суверенитет, было бы возможно военное развязывание конфликта. Уже сейчас военное присутствие в регионе значительно возросло. Однако также следует иметь в виду, что большинство государств скорее хотят обеспечить свои претензии на суверенитет, чем проводить стратегию военной конфронтации. Спрос на ископаемые ресурсы остается неизменно высоким. Но Арктика предлагает не только возможности энергетической политики, но и опасности экологической политики.

Кроме того, необходимо учитывать не только государственные интересы, но и права коренных арктических народов на эту землю: для этой группы, которая наиболее подвержена изменениям в регионе в социальном и экономическом отношении, но получает от этого сравнительно мало преимуществ, должно быть предоставлено активное право голоса в использовании Арктики. При нынешнем положении дел можно сказать, что создание окончательного блока представляется вероятным, поскольку, хотя существуют серьезные линии конфликта, они не совпадают между всеми государствами. Например, Норвегия и Россия занимают противоположные позиции в Баренцевом море, в то время как остальные страны-участницы остаются незатронутыми этим предметом спора. С другой стороны, спор о хребте Ломоносова касается Дании, Канады и России, в то время как другие страны-участницы не затрагиваются из-за географических условий. Таким образом, если бы произошло формирование альянса, то оно, вероятно, не было бы окончательным, а на короткое время ориентировалось бы на стороны изображенных линий конфликта.

В то же время северные страны имеют много общих черт и интересов, не последним из которых является более широкий интерес к миру и стабильности по соседству. Благодаря более тесному и глубокому сотрудничеству в

Арктике, проявляющемуся, например, в общей стратегии, стран Северной Европы могли бы найти новые способы совместной работы для продвижения общей политики. Делая это, они также могли бы проложить путь к более общим и всеобъемлющим международным стратегиям для Арктического региона.

Идея более тесного сотрудничества северных стран в Арктике не нова. Учитывая их последовательное председательство в Арктическом совете (2006-2012 гг.), Норвегия, Дания и Швеция сформулировали общие цели в области изменения климата, комплексного управления ресурсами, международной политики, условий жизни коренных народы и вопросов управления.

Интересы и возможности каждой из трех стран Северной Европы имеют разнонаправленный и разновеликий характер. У каждой из них ‒ конкурирующие экономические интересы в регионе и они стремятся опередить друг друга в освоении природных богатств Арктики. Различна и мотивация поведения каждой из стран. Швеция и Дания всячески стремятся более активно вовлечь в арктические дела ЕС, Норвегия же, не будучи членом этой организации, весьма прохладно относится к подобным инициативам. В то же время Норвегия и Дания активно подталкивают НАТО к участию в арктической политике и прямо или косвенно пытаются вовлечь неприсоединившиеся государства ‒ Швецию и Финляндию в орбиту военно-политической активности этого блока. Существуют соответствующие взаимосвязи между новыми общими тенденциями, такими как двойственность по отношению к гонке за ресурсами, доминированию государства по отношению к геополитической стабильности и контролируемому государством развитию, акцент на науке по отношению к климатической этике.

Несмотря на то, что основное внимание уделяется науке — это естественные науки и технологии, в меньшей степени социальные науки, а также научные и местные знания, на которые можно опереться в борьбе с изменением климата, что требует международных и глобальных действий, существуют колебания и политическая нестабильность. Однако это необходимо, чтобы преодолеть двойственность и найти баланс (между экономической деятельностью и защитой окружающей среды,), прекратить колебания, перейти к действиям и изучить практические решения  проблем.

В поддержании достигнутого конструктивного сотрудничества и высокой геополитической стабильности, которая, по-видимому, устойчива, будет способствовать превращению Арктики в удобную площадку для укрепления стабильности в мировой политике.

Подводя итог, можно сказать, что в ближайшие годы и десятилетия потребуется общее стратегическое мышление в отношении Арктики, поскольку Арктика продолжает меняться, а число заинтересованных игроков продолжает расти. Субъектам Северной Европы необходимо будет обеспечить постоянный дух сотрудничества между всеми заинтересованными сторонами, комплексный подход к проблемам и эффективное использование еще более укрепленного Арктического совета в качестве главного арктического форума. На данный момент северным странам удалось сформировать политическую силу, солидарную в арктической стратегии. Несмотря на небольшие внутренние разногласия, страны выступают на общем фронте, что значительно увеличивает их влияние в регионе. Акцент на экологию, исследовательскую и гуманитарную сферы показывает, что в арктической политике много внимания уделяется мягкой силе. В перспективе остается еще много проблем, с которыми сталкивается политика в арктическом регионе, как в северных, так и в отдельных странах. Им также необходимо будет приветствовать новых наблюдателей на этом форуме и принять более глобальный взгляд на события в Арктике.

Наконец, северные страны могли бы воспользоваться шансом более тесно сотрудничать в разработке конкретных политических приоритетов для Арктики. Это могло бы еще больше укрепить общие “северные перспективы” в более широких будущих обсуждениях Арктики. Это также могло бы способствовать более тесному сотрудничеству в Арктике, например, между северными странами и США, а также дальнейшему укреплению трансатлантического диалога по этому важному возникающему вопросу.

Автор: Филиппова Юлия Сергеевна, студент 4 курса Московского государственного лингвистического университета

Поделиться в социальных сетях

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля