Статьи

Ярость и гордость: партизанская война по-смоленски

11 мая 2018

Война пришла на смоленскую землю очень быстро. В первые же дни нацистского вторжения на Смоленск посыпались немецкие бомбы. 15 июля колонны 29-й моторизованной дивизии вермахта прошли через слабые советские заслоны и сходу захватили южную часть города. Сопротивление им оказали лишь единичные советские отряды, в том числе погибшие почти полностью сотрудники милиции. В тот же день 39-й моторизованный корпус вермахта сумел через Демидов и Духовщину прорваться к трассе Москва-Минск и захватить Ярцево, перерезав железнодорожное и автомобильное сообщение между Смоленском и Москвой.

Южную, основную часть Смоленска нацисты захватили очень быстро. Но Смоленское сражение стоило им двух месяцев бесценного для успеха блицкрига летнего времени.

В северной части Смоленска и его окрестностях в полуокружении оказались части трёх советских армий, которые связывала с «большой землёй» только Соловьёва переправа. Бои на севере Смоленска шли до 29 июля, затем советским войскам пришлось покинуть город. После катастрофического разгрома советских войск под Вязьмой к октябрю 1941 года вся Смоленская область оказалась под нацистской оккупацией.

После поражения советских войск под Вязьмой вся Смоленская область оказалась под нацистской оккупацией. И вся Смоленская область вспыхнула массовым партизанским и подпольным движением.

Первыми в соответствии с директивами ЦК партии партизанские отряды попытались создать партийные органы — ещё до прихода немцев. Увы, начальники парторганизаций мало смыслили в партизанской войне, а речами про неизбежность победы коммунизма дело было не исправить. Практически все созданные ими отряды были уничтожены практически сразу после прихода немцев.

Партизанские отряды, сформированные заранее летом 1941 года, были уничтожены немцами почти сразу. Но партизанская война на Смоленщине с этого только начиналась.

Однако жестокий оккупационный режим нацистов, зверства немецких войск, которые получили от руководства разрешение безнаказанно совершать любые преступления против «восточных недочеловеков», заставили пересмотреть своё к ним отношение даже многих из тех, кто изначально намеревался «отсидеться» или вовсе приветствовал «новый порядок» взамен советского. Казалось бы только что разгромленное, партизанское движение на самом деле только начало возникать по-настоящему.

Крупные партизанские отряды могли насчитывать тысячи человек, имели сложную организацию и разнообразное вооружение

И не просто возникать — масштабы сопротивления жителей Смоленской области сравнимы только с белорусскими, а возможно и превосходят их. Уже осенью 1941 года в районах области возникли сотни действующих партизанских отрядов. Одни из них подчинялись сети подпольных парторганизаций и действовали под руководством московского Центра — другие формировались по инициативе снизу как отряды добровольных мстителей. Костяк партизанского движения, особенно в сельской местности, составили уцелевшие после летних боёв или сумевшие бежать из плена красноармейцы и командиры. Они знали и умели воевать, деятельно передавали свои познания и навыки бойцам сопротивления. Ещё лучше дело пошло после того, как в отряды стали забрасываться специально подготовленные инструкторы вместе со взрывчаткой и прочим полезным оборудованием.

Смоленский пионер-герой Владимир Куриленко лично пустил под откос 4 вражеских эшелона, отправив на тот свет до 1000 нацистов

За время войны, несмотря на все усилия немецких спецслужб, карательные операции и публичные казни, к партизанскому движению на Смоленщине присоединились десятки тысяч человек. Прекрасно знавших, что их ждёт в случае провала не просто смерть, а смерть мучительная. Но это не остановило множество смолян, жаждавших поквитаться с нацистами и приблизить их разгром. Огромные районы — обычно за пределами крупных дорог — понемногу переходили под контроль партизан, создававших обширные освобождённые от немцев партизанские края, куда немцы рисковали заходить только крупными отрядами при поддержке танков и авиации. С весны 1942 года на железных дорогах Смоленщины началась яростная рельсовая война: только знаменитый пионер-герой Владимир Куриленко лично пустил под откос 4 вражеских эшелона, отправив на тот свет до 1000 нацистов.

Смоленский пионер-герой Владимир Куриленко лично пустил под откос 4 вражеских эшелона, отправив на тот свет до 1000 нацистов

В самом Смоленске дело обстояло гораздо хуже. Город как важнейший транспортный узел был набит немецкими войсками. А расположение в нём множество штабных и специальных организаций — вроде командования группы армий «Центр» и разведшколы «Сатурн» в Красном Бору — удесятеряло активность и бдительность гестапо и всех прочих нацистских спецслужб. Безопасность нацистов в Смоленске обеспечивала целая сеть добровольных, а чаще вынужденных осведомителей, а пиарщики-коллаборационисты бургомистра Меньшагина под руководством инструкторов ведомства Геббельса днём и ночью изощрялись в попытках убедить смолян в благотворности для них власти третьего рейха и лично Адольфа Гитлера.

Бургомистр Смоленска при нацистах Меньшагин пытался убедить смолян в том, что нацистская оккупация — это хорошо. Смоляне не поверили.

И тем не менее, подполье в Смоленске не просто действовало, а действовало активно и достаточно успешно. Несмотря на строжайший комендантский час и плотное патрулирование, на центральных улицах то и дело появлялись антинацистские листовки. Советское командование получало от подпольщиков важнейшие сведения — о работе «Сатурна», о графике движения военных эшелонов, о замаскированных складах с оружием и боеприпасами. Нацисты дважды практически полностью уничтожали смоленскую подпольную сеть, истребили по малейшему подозрению в помощи сопротивлению 35 тысяч смолян, публично казнили подпольщиков со следами самых зверских пыток — но каждый раз подполье возрождалось из пепла как геральдический Феникс и продолжало использовать любую возможность для получения информации и нанесения врагу максимального ущерба.

Нацисты обычно расстреливали подпольщиков и заподозренных в помощи сопротивлению на этом месте в Реадовском парке.

Когда военная фортуна окончательно отвернулась от вермахта, и советские армии двинулись на запад — смоленские партизаны сыграли последний и очень важный аккорд. Они не только помогали советскому наступлению в ходе операции «Кутузов» в конце лета и начале осени 1943 года, но и спасали от страшной гибели жителей деревень. Гитлер приказал вермахту и СС оставлять после себя только выжженную землю. Деревни перед отступлением сжигались вместе с жителями — что честно и страшно показано в знаменитом фильме «Иди и смотри». Увы, далеко не везде и не всегда партизаны успевали придти на помощь — но немало смоленских деревень и многие тысячи жителей уцелели только благодаря вовремя ворвавшимся в них и перебившим карателей партизанам.

Итог войны был страшен. Практически все города области были разрушены. Погибли более 150 000 мирных жителей, партизан и подпольщиков, включая 35 000 в Смоленске. Здесь же, на смоленской земле нацисты уничтожили 230 000 советских военнопленных, в том числе в страшном лагере №126 в Смоленске. В рабство в Германию были угнаны более 160 000 смолян.

Так выглядел Смоленск после нацистской оккупации

Жертвы партизан и подпольщиков были не напрасны. Они уничтожили десятки тысяч нацистских оккупантов, а заодно бесчисленное количество боеприпасов, горючего и другой матчасти. Они раз за разом взрывали железнодорожное полотно и перерезали дороги, затрудняя снабжение немецких войск на фронте. Они вскрыли множество важнейших немецких секретов, в том числе сверхсекретную разведшколу «Сатурн», в которой готовили агентов для заброски в советский тыл. Они отвлекли целые дивизии, десятки тысяч солдат и офицеров вермахта и СС, которые вместо сражений на фронте ползали по смоленским лесам и болотам. Смоленская земля в буквальном смысле горела у нацистов под ногами, а из-за каждого куста или окна оккупанта могла настичь внезапная и справедливая смерть.

Памятник партизанам в Смоленском Поозерье

Смоленские партизаны и подпольщики сделали всё, чтобы приблизить разгром нацистского рейха. Десятки тысяч заплатили за это жизнью. Наш долг — помнить о них и их подвиге во имя нашего общего будущего. И не только в преддверии Дня Победы.

Комментариев пока нет