Есть мнение Статьи

Возможен ли антииранский союз?

15 июня 2017

Налаживание отношенией между Турцией, с одной стороны, и Бахрейном, Саудовской Аравией, Катаром, Кувейтом - с другой, представляет собой попытку образования суннитского альянса против Ирана. Однако на данный момент преждевременно заявлять о том, является ли это частью турецкой внешней политики в целях оказания давления на администрацию Белого дома или реакцией на антииранскую истерию, инициированную президентом США Дональдом Трампом. Тем не менее, несмотря на то, что "трамполитика" на Ближнем Востоке отличается непоследовательностью, антииранский "мессидж" вполне может служить мощным стимулом для активизации турецкой инициативы по созданию суннитского блока стран. Помимо прочего, президент Турции Реджеп Эрдоган может использовать данную инициативу для того, стобы сдержать рост влияния России в Сирии, а также продемонстрировать свою непримиримую позицию по отношению к поддержке Москвой курдской партии "PYD".

Вместе с тем, Турция оказалась между "двух огней", поскольку довольно сложно сохранять хорошие отношения с Кремлем, учитывая его участие в международном квартете "Москва - Анкара - Баку - Тегеран", а также проводить антиииранскую политику. Администрация Дональда Трампа в случае провала военной кампании против режима аятолл может внезапно поменять свои приоритеты на Ближнем Востоке, а вот Эрдоган существенно рискует, пытаясь быть с пророссийским блоком, при этом выступая против него. Если Вашингтон вознамерится вступить в конфронтацию с Москвой, Турции придется выбирать, с кем продолжить конструктивные отношения. Однако если же Белый дом поостережется предъявлять претензии Москве на фоне антииранской кампании, то это означает, что стороны должны прийти к обшему знаменателю по отношению к Тегерану и поску региональных союзников. В последнем случае влияние международного квартета "Россия - Турция - Азербайджан - Иран" может быть существенно подорвано, и Анкаре будет крайне сложно выпутаться из созданной "паутины". Кроме того, независимо от имеющихся разногласий между США и Россией, обе стороны одинаково рассматривают необходимость дальнейшего участия Турции в военной операции против "Исламского государства", что возлагает на Реджепа Эрдогана большое бремя. Какую бы сторону не приняла Анкара, она все равно обречена на "погружение" в сирийский конфликт. И совершенно не факт, что она сможет оттуда "выплыть".

Не менее серьезным камнем преткновения антииранского альянса может быть его отношения с Израилем. Вашингтон, по всей видимости, в своей политике исходит из того, что практика привлечения арабских стран позитивно скажется на процессе урегулирования палестино-израильского конфликта. Однако это весьма спорная позиция, поскольку дипломатические связи между кабинетами Нетаньяху и Трампа имеют определенных критиков как в Израиле, так и на территории Палестинской автономии. Тель-Авив добивается признания Израиля в качестве еврейского государства, в котором арабы имели бы статус этнического меньшинства. Такое политическое будущее вряд ли может быть встречено палестинцами с пиететом, поскольку они рассчитывают на обособленное от Израиля существование в рамках независимого государства, в котором евреям не должно быть места.

В силу этого, практически маловероятно, что антииранский союз может рассчитывать на полномасштабную помощь со стороны Тель-Авива. Скорее всего, наоборот, при данном раскладе сил именно Израиль может служить причиной разногласий в рамках суннитского блока стран под эгидой Турции и США. Арабы не захотят иметь дело с евреями, даже если на их обьединении будут настаивать влиятельные партнеры из за рубежа. Это означает, что антииранская коалиция в современном ее варианте не является жизнеспособной структурой, а, скорее всего, представляет собой "символическую интеграцию", образованную на краткосрочный период президентской "раскрутки" Дональда Трампа.

Комментариев пока нет