Статьи

Война США против Кубы. Часть 2

10 сентября 2018

Изобретательность, проявившаяся в химической и биологической войне против Кубы, проявилась в некоторых из десятков планов убийства или унижения Фиделя Кастро. Разработанные ЦРУ или кубинскими изгнанниками в сотрудничестве с американскими мафиози, планы варьировались от отравления сигар Кастро и продуктов питания до химического вещества, предназначенного для того, чтобы его волосы и борода отваливались, планировалось даже накачать кубинского лидера ЛСД непосредственно перед публичной речью. Были также, конечно, более традиционные подходы, один из которых - попытка сбросить бомбы на бейсбольный стадион, где Фидель выступал с речью; бомбардировщик B-26 был отогнан зенитным огнем до того, как он смог добраться до стадиона. Именно сочетание кубинских мер безопасности, доносчиков, некомпетентности исполнителей и везения послужило сохранению кубинского лидера от всяких попыток американцев его убить.

Были также совершены покушения на жизнь брата Кастро, Рауля, и Че Гевары. Последнего попытались убить из РПГ в здание ООН(!) в Нью-Йорке в декабре 1964 года. Различные кубинские эмигрантские группы на протяжении десятилетий регулярно совершали и совершают акты насилия в Соединенных Штатах, с относительной безнаказанностью. Одна из них, получившая название Omega 7 со штаб-квартирой в Юнион-Сити, штат Нью-Джерси, была охарактеризована ФБР в 1980 году как "самая опасная террористическая организация в Соединенных Штатах". Нападения на Кубу сами по себе начали сокращаться примерно в конце 1960-х годов, вероятно, из-за отсутствия удовлетворительных результатов в сочетании с ростом потерь, в результате группы изгнанников перенаправили свои усилия на цели уже в США.

В течение следующего десятилетия, в то время как ЦРУ продолжало вливать деньги в кубинских эмигрантов, в Соединенных Штатах произошло более 100 серьезных "инцидентов", за которые Omega 7 и другие группы были ответственны. Произошли подрывы советской миссии при ООН, посольства в Вашингтоне, автомобилей советских дипломатов, была попытка подрыва советского корабля, пришвартованного в Нью-Джерси, атаковывались офисы советский авиакомпании Аэрофлот, ряд советских граждан были ранены в результате этих нападений, также пострадало и несколько американских полицейских; также было совершено несколько подрывов кубинской миссии при ООН, кубинские дипломаты были постоянной мишенью для атак в США, по крайней мере, один дипломат был убит; взрывные устройства были обнаружены в Нью-Йоркской Музыкальной академии в 1976 году, незадолго до начала торжеств годовщины кубинской революции; взрыв спустя два года в Линкольн-центре во время балета, исполняемого кубинцами; три взрыва за одну ночь в 1979 году: в центре кубинских беженцев в Нью-Джерси, в фармацевтическом центре там же, который отправлял отправили медикаменты на Кубу, и взрыв чемодана с бомбой в Международном аэропорту имени Джона Кеннеди, в результате чего пострадали 4 человека; этот чемодан должен был быть на рейсе в Лос-Анджелес.

Самым жестоким актом этого периода стал взрыв самолета авиакомпании "Cubana Airlines" (национальная авиакомпания Кубы) вскоре после его взлета с Барбадоса 6 октября 1976 года, в результате которого погибли 73 человека, включая всю кубинскую команду по фехтованию. Документы ЦРУ позже показали, что 22 июня сотрудник ЦРУ за рубежом направил телеграмму в штаб-квартиру агентства, в которой он узнал из источника, что кубинские эмигранты планируют взорвать кубинский авиалайнер, летевший между Панамой и Гаваной. Лидером группы был детский врач по имени Орландо Бош. После крушения самолета в море в октябре ответственность взяла на себя организация Боша. ЦРУ имело возможности проникнуть в эту организацию, но ни в одном из документов нет указаний на то, что агентство проводило какой-либо специальный мониторинг этой группы или что ЦРУ предупредило Гавану о возможных терактах.

В 1983 году, когда Орландо Бош сидел в венесуэльской тюрьме по обвинению в организации взрыва самолета, Городская комиссия Майами провозгласила "день доктора Орландо Боша". В 1968 году Бош был осужден за атаку польского судно с гранатометом в Майами .

Сами кубинские эмигранты часто подвергаются жестокому обращению. Те, кто посещал Кубу по какой-либо причине или публично предлагал, как бы робко это ни звучало, сближение с родиной, также стали жертвами взрывов и перестрелок во Флориде и Нью-Джерси. Аналогичным образом были атакованы американские группы, выступающие за возобновление дипломатических отношений или прекращение блокады, а также туристические агентства, занимающиеся поездками на Кубу, и фармацевтическая компания в Нью-Джерси, которая поставляла на остров медикаменты. Инакомыслие в Майами было эффективно подавлено. В Майами и других местах ЦРУ — якобы, чтобы раскрыть агентов Кастро — наняло часть эмигрантов, чтобы шпионить за своими соотечественниками, и создавало досье на них, а также на американцев, которые связаны с ними.

Группы кубинских боевиков-эмигрантов и их ключевые члены хорошо известны властям, поскольку антикастроиты не слишком уклоняются от публичности. По крайней мере, в начале 1980-х годов они открыто тренировались в Южной Флориде и Южной Калифорнии; фотографии, на которых они выставляли напоказ свое оружие, появились в прессе. ЦРУ, с его бесчисленными контактами-информаторами среди изгнанников, могло бы заполнить многие недостающие части для ФБР и полиции, если бы захотело . В 1980 году в подробной статье о кубинском терроризме в США The Village Voice of New York сообщил::

Две истории были сообщены сотрудниками полиции Нью-Йорка ...
– Знаешь, забавно, - осторожно сказал один, - было несколько дел... но давайте представим это так. Ты зашел так далеко в расследовании дела и внезапно. Дело закрыто. Ты просишь ЦРУ помочь, а они говорят, что им это неинтересно.
Другой следователь сказал, что он работал над делом о поставке наркотиков с участием кубинских эмигрантов пару лет назад, и телефонные записи, которые он получил, показали часто набираемый номер в Майами. Он сказал, что отследил номер до компании под названием Зодиак, которая оказалась прикрытием ЦРУ. Он прекратил расследование.

Кубинские эмигранты в Соединенных Штатах, действуя сообща, вполне могут стать самой спаянной и долговечной террористической группой в мире. Таким образом, сама ирония, не говоря уже о лицемерии, заключается в том, что на протяжении многих лет вплоть до настоящего времени, Государственный Департамент включал Кубу в число тех стран, которые "спонсируют терроризм" не из-за каких-либо террористических актов, совершенных кубинским правительством, а исключительно потому, что они "укрывают террористов". В 1961 году, на фоне большого количества фанфар, администрация Кеннеди представила свою образцовую программу для стран региона, ‘’Альянс за Прогресс’’. Задуманная как прямой ответ на Кубу Кастро, она должна была доказать, что подлинные социальные изменения могут произойти в Латинской Америке без революционных потрясений и без социализма.

 "Если единственными альтернативами для народов Латинской Америки будут статус-кво и коммунизм, - сказал Джон Ф. Кеннеди, - то они неизбежно выберут коммунизм."

Многомиллиардная программа ‘’Альянса’’ установила для себя амбициозный набор целей, которых она надеялась достичь к концу десятилетия. Эти цели включали быстры экономический рост, справедливое распределение национального дохода, снижение уровня безработицы, аграрная реформа, реформа образование, доступное жилье и здравоохранение и т. д. В 1970 году Фонд двадцатого века в Нью-Йорке, влиятельный американский мозговой центр, провел исследование, чтобы оценить, насколько близко ‘’Альянс’’ подошел к реализации своих целей. Один из выводов исследования заключается в том, что Куба, которая не является одной из стран-получателей помощи

подошла ближе к некоторым целям ‘’Альянса’’, чем большинство собственно стран-членов. В области образования и здравоохранения ни одна страна Латинской Америки не осуществляла таких амбициозных и всеобъемлющих национальных программ. Централизованная плановая экономика Кубы сделала больше для интеграции сельского и городского секторов (в рамках национальной политики распределения доходов), чем рыночная экономика других латиноамериканских стран.

Аграрной реформы на Кубе также была признана более удачной, чем в любой другой латиноамериканской стране, хотя в исследовании было уделено выжидательное внимание ее результатам.

Эти и другие экономические и социальные выгоды были достигнуты, несмотря на американское эмбарго и чрезмерное количество ресурсов и рабочей силы, которые Куба была вынуждена направить на оборону и безопасность из-за угрозы со стороны большого северного соседа. Кроме того, хотя Куба и не входит в число заявленных целей Североатлантического Союза, существует еще одна область универсального значения, в которой Куба стоит в стороне от многих своих латинских соседей: здесь нет легионов ‘’пропавших без вести’’, нет эскадронов смерти, нет систематических, рутинных пыток, нет геноцида бедных и национальных и расовых меньшинств.

Куба стала тем, чего Вашингтон всегда опасался в странах третьего мира — хорошим примером. Параллельно с военной и экономической агрессией США давно вели беспощадную пропаганду против Кубы. В дополнение к своей обширной зарубежной журналистской империи, ЦРУ поддерживало анти-кастровскую и анти-кубинскую прессу в США в течение многих десятилетий. Агентство, как сообщается, субсидировало такие издания в Майами, как Avance, El Mundo, El Prensa Libre, Bohemia и El Diario de Las Americas, а также AIP, радио-новостное агентство, которое бесплатно выпускало программы, отправлявшиеся более чем на 100 станций в Латинской Америке. Два новостных фронта ЦРУ в Нью-Йорке, Foreign Publications, Inc и Editors Press Service, также служили частью пропагандистской сети.

Были ли неизбежны попытки Соединенных Штатов свергнуть революционное кубинское правительство? Могли ли отношения между двумя соседними странами пойти по другому пути? Судя по американскому опыту неизменной враждебности по отношению даже к умеренно левым правительствам, ответ, как представляется, состоит в том, что нет оснований полагать, что революционное правительство Кубы могло бы быть исключением. Однако официальные лица Вашингтона не сразу проявили недоброжелательность к кубинской революции. Были даже те, кто выражал свое предварительное одобрение или оптимизм. Очевидно, это было основано на убеждении в том, что произошедшее на Кубе было немногим большим, чем очередная латиноамериканская смена правительства, которые происходили с монотонной регулярностью на протяжении более века, когда имена и лица менялись, но подчинение Соединенным Штатам оставалось неизменным. (Тот факт, что Джон Фостер Даллес умирал от рака в это время, мог только способствовать атмосфере терпимости. Даллес покинул Госдепартамент в начале февраля 1959 года, через месяц после революции. Одним из его последних действий был вывод американской военной миссии с Кубы.)

Затем Кастро показал себя человеком из совершенно другого теста. Это не должно было быть обычным делом в Карибском бассейне. Вскоре он стал открыто критиковать Соединенные Штаты. Он со всей остротой сослался на 60-летний период американского контроля над Кубой; как в конце этих 60 лет массы кубинцев оказались в нищете; как Соединенные Штаты использовали квоту на сахар в качестве угрозы. Он говорил о неприемлемом присутствии базы Гуантанамо и достаточно ясно дал понять Вашингтону, что Куба будет проводить политику независимости и нейтралитета в период холодной войны. Именно по этим причинам Кастро и Че Гевара оставили процветающие буржуазные карьеры, ожидающие их в юриспруденции и медицине, чтобы возглавить революцию. Серьезного компромисса не было ни в их повестке дня, ни в повестке дня Вашингтона, который не был готов жить рядом с такими людьми и таким правительством. Вскоре Кастро и его режим были отправлены в "Коммунистический" слот, т.е. Кубе, была фактически объявлена война.

На заседании Совета национальной безопасности, состоявшемся 10 марта 1959 года, в повестку дня была включена возможность прихода к власти на Кубе "другого правительства". Это было до того, как Кастро национализировал собственность США на острове. В следующем месяце, после встречи с Кастро в Вашингтоне, вице-президент Ричард Никсон написал записку, в которой он заявил, что он убежден, что Кастро "либо невероятно наивен в отношении коммунизма, либо действует в соответствии с коммунистической дисциплиной" и что к кубинскому лидеру нужно будет и относиться соответственно. Никсон позже писал, что его мнение в это время было меньшинством в администрации Эйзенхауэра, но еще до конца года директор ЦРУ Аллен Даллес решил, что необходимо вторжение на Кубу. В марте 1960 года это был одобренр президентом Эйзенхауэром. Затем наступило эмбарго, не оставив Кастро никакой альтернативы, кроме как все больше и больше обращаться в сторону Советского Союза, тем самым подтверждая в умах вашингтонских чиновников, что Кастро действительно был коммунистом. Некоторые предполагали, что он был тайным красным все это время.

В этом контексте интересно отметить, что Кубинская Коммунистическая партия долгое время поддерживала Батисту, служила в его кабинете и не поддерживала Кастро и его последователей, пока их приход к власти не казался неизбежным. В дополнение к этому, в течение 1957-1958 ЦРУ направляло средства на финансирование движения Кастро; в то же время США продолжали поддерживать Батисту оружием, чтобы противостоять повстанцам; еще один пример американской работы сразу с двумя противоборствующими сторонами.

Если бы Кастро смягчил свою раннюю риторику и соблюдал обычные дипломатические тонкости, но все же проводил политику независимости и социализма, которые, по его мнению, были бы лучше для Кубы (или неизбежны, если бы некоторые изменения были реализованы), он мог бы только отложить день расплаты, и то ненадолго. Хакобо Арбенса в Гватемале, Мосаддык в Иране, Чедди Джаган в Британской Гвиане и многие другие лидеры "третьего мира" были очень осторожны и старались не наступать на чувствительные мозоли Вашингтона и были гораздо менее радикальны в своих программах и в их позициях по отношению к США, чем Кастро, тем не менее, все они были ликвидированы американцами.

Теперь мы знаем, что в августе 1961 года, через четыре месяца после вторжения в заливе свиней, Че Гевара встретился с помощником специального советника президента Кеннеди Ричардом Гудвином на международном собрании в Уругвае. У Гевары было сообщение для Кеннеди. Куба была готова отказаться от любого политического союза с Советским блоком, заплатить за конфискованную американскую собственность и рассмотреть вопрос об ограничении поддержки Кубой левых повстанцев в других странах. В свою очередь Соединенные Штаты прекратят все враждебные действия против Кубы. Еще в Вашингтоне Гудвин посоветовал президенту "тихо усилить" экономическое давление на Кубу. В ноябре Кеннеди санкционировал операцию "Мангуст".


Комментариев пока нет