В.А. Кутырёв «Разум против человека» (Философия выживания в эпоху постмодернизма)

АНСАМБЛЬ ОТНОШЕНИЙ

Каждый имеет право на место в песочнице,

пока не выбрасывает из нее песок.

* * *

Естественное поведение человека в обществе – это его неестественное поведение. Социальное. Опасность понятие биологии. В культуре ее называют ответственностью. Страх – понятие биологии. В культуре это трусость. Влечение – понятие биологии. В культуре оно – любовь.

Культура существует благодаря и вопреки природе.

* * *

Развитие общества идет через борьбу людей за иллюзорные цели. Этой “энергией заблуждения” должен обладать любой человек дела, в особенности политик. Для философа достаточно истины и понимания. Но это не обязательно “тоскливое всепонимание”.

Begraifen ist beherrschen.

* * *

Весь мир театр, писал Шекспир в ХVI веке. Теперь надо обязательно добавлять: Абсурда. Абсурдистское искусство XX века возникло, конечно, не случайно. Аб-сурд, в буквальном переводе означает “не слышу”, то есть “не понимаю”. Когда мы глухие не на уши, а на души.

Гласностью называется состояние общества, когда все кричат. И крик каждого – это глас вопиющего в пустыне. Говоря по-другому, стоит чудовищный информационный шум и передать или принять нужный сигнал также трудно, как если бы его не было. “Inter- net”.

Музеи и экскурсоводы – главные источники лжи о прошлом. Место, где его искажают наиболее профессионально. Это опошленная, идеологизированная история. История для масс. Массистория как элемент масскультуры. Как же было все “на самом деле”? Кому как нравится сейчас. Прошлое – заложник настоящего. Интерес перешибает хребет любой логике и морали.

 

* * *

Честность политика и откровенность дипломата свидетельство профессиональной непригодности. Однако настоящий политик никогда не лицемерит. Он лжет искренне и убежденно. Смутившийся, покрасневший от стыда политик – самая нелепая картина, которую только можно представить. Он сохраняет вид победителя при любом обороте дела. Он должен обещать лучшее будущее, хотя бы возглавлял светопреставление.

Сейчас, к счастью, государственные отношения уже не портятся из-за носа Клеопатры и алмазных подвесок. Любовь и чувства утратили свою прежнюю роль в истории. Она, к сожалению, обесчеловечивается.

Новые цели общественного развития легче всего воспринимают поверхностные люди. Дилетанты. Они и составляют основную силу любых перемен. А побуждают к ним – фанатики.

Фанатики общественной жизни – неудачники жизни личной, собственной. Состоявшийся человек не может быть фанатиком. Он – обыватель. Он – “уже”. А для перемен нужны – “еще”.

Части-цы жизни: нет-еще-да-уже.

* * *

Социальная жизнь стала “сверхсложной”. И любая случайность, даже опоздание автобуса, запускает целую цепь нарушений планов и намерений человека. Особенно трудно привыкнуть к стечению таких случайностей и нелепым совпадениям событий. Для многих это стечение кажется каким-то “судьбоносным”, роковым. Но его не надо сакрализировать. Это не личное счастье или вина человека. Это нелинейность современных социальных систем. Их связи настолько запутаны, а при моральной оценке можно сказать – коварны, что люди должны быть готовы жить под девизом: наше дело правое – мы проиграем.

Конечную цель познания видят в прогнозе, предсказании хода событий. Чтобы успеть вмешаться, принять меры. Этому придается решающее значение и отсутствием своевременного предвидения объясняют чуть ли не все проблемы. На самом деле оно играет гораздо меньшую роль. Почти минимальную. Никакому прогнозу не внимают, пока в обществе не обнаружится потребность или массовый интерес к обсуждаемым процессам или явлениям. До этого про них просто не хотят слушать, каким бы грозным предвидение не было. Его не замечают. Кассандра – вот реальная общественная роль философа, политолога и прочих гадалок цивилизации. Практически бесполезная. В этом же одна из причин, что из истории не извлекают уроков.

* * *

В хаосе политических речей, деклараций и заявлений то и дело слышны высказывания о “веере возможностей”, “праве на выбор”, “альтернативах развития”, которые упустили оппоненты. А любой свой поступок – и чем сомнительнее, тем чаще – объявляют “единственно возможным”, безальтернативным (см. оправдания в связи с роспуском Советского Союза). И прячутся от ответственности за фатализм. О жалкие, о мелкие твари! Что человек – марионетка истории, я был уверен давно. Так было всегда (см. Гегель). Ново и обидно для меня то, что оказывается, это безнадежно самонадеянная марионетка. Она ничему не учится.

Глядя на историю России, хотя бы последних лет, теоретикам, политикам, философам, которые продолжают утверждать, что человек свободен и сам выбирает направление развития, мне хочется дать в морду. Больше того, надо бы давать в морду и тем, кто считает его разумным, sapiensом. Какой тут разум, когда хочется дать в морду. Самому себе!

* * *

В период индустриализации нашей страны был выброшен лозунг: “Техника решает все”. Потом он сменился на “Кадры решают все”. Наконец, энергия революционной эпохи кончилась, и мы вернулись к общему принципу современной жизни: “Деньги решают все”. Они аккумулируют и переносят социальную энергию, вырабатываемую в результате поляризации людей на бедных и богатых. Если общество хочет стать богатым, оно должно решиться стать бедным.

Из истории капитализма в России. В бане, когда хорошо поддали пару, какой-то парень вместо “ой” или “ох” восхищенно произнес: “АО МММ”! А вместо Аминь теперь говорят “Сертифицировано”.

Сбросив с себя оковы социалистической добродетели, искусство России совершило ликующий танец вседозволенности. Освобождение от запретов всколыхнуло творческую энергию и привело к опустошительному взрыву. Если через 5 минут после начала киносеанса на экране никого не убили и не раздели, фильм провалился. Взрываются наши души. Горе художникам, кто их еще имеет. Они чужие на коммерческо-технологическом пиру, этом празднике победы над духовностью.

* * *

Экономическое общество. Потребительское общество. Все стало товаром. С этой точки зрения все и оценивается. Дети? Это “долговременное потребительское благо”. Человеческие мысли – “интеллектуальная собственность”. Его чувства – “затраты энергии”. Он не учится, не воспитывается. И даже не получает образование. Он “пользуется образовательными услугами”. Средний американец стоит 250 тысяч долларов. А мы, несчастные, да если еще “не средние”? Девиз времени: быть – это потреблять. Потребители-истребители. Потреблятели.

Рыночная идиллия: стоят продавцы счастья, с мешками и сумками, оптом и в розницу.

Взвесьте мне килограмм красоты, сто граммов добра, помягче который, кусочек правды и налейте стакан веры. Или лучше коктейль: добавьте туда надежды. В дорогу, пожалуйста, бутерброд с любовью.

Вот тогда я бы стал рыночником. А раз нет – увольте: за рынок, но не рыночник.