Статьи

​УЖАС УКРАИНСТВА И ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ

18 октября 2018
О воинствующем безумии русофобии и антисоветизма

Что такое авторитет, опыт и логика? В сущности, это разделение познания, как времени, относительно человека. Авторитет – это память о прошлом, опыт – нечто, познаваемое в режиме текущего времени, здесь и сейчас. Логический анализ – попытки (успешные или неуспешные) вычислить будущий итог того или иного процесса, явления.

Подобно тому, как наше завтра вначале становится «сегодня», а потом «вчера» - логическое предположение (расчёт на аналогах) перетекает в опыт (поставленный на основании предположений). И в итоге – в авторитетное мнение хранителей знаний о прошлом. То есть - о поставленных в прошлом опытах и их результатах.

А всё это вместе (авторитет, опыт, логика) составляют процесс познания процессов, неразрывно связанный с управлением процессами. Знание, которое никак (даже в перспективе) не позволяет управлять познанным – бессмысленно. Теолог скажет, что тут остаётся место вере. Но мы о другом. Знание о процессе, его динамике, движущих силах, рассчитываемых итогах – позволяет управлять процессом.

Простейший пример: севооборот в полях. Тот, кто сеет весной зерно – не может быть на 100% уверен в урожае (бывают засухи, заморозки, саранча и т.п.). Тем не менее, он с высокой долей вероятности вычисляет урожай в будущем. Это аналоговая логика: раз тысячи лет селяне, посеяв, потом получали урожай – значит, скорее всего, и мы, весной посеяв, будущей осенью получим урожай. Аналоговая логика (предсказание будущего исходя из аналогичных примеров в прошлом) подкрепляется опытом (когда урожай действительно созрел – или видны причины его гибели). И переходит в авторитетное мнение народных примет, народных обычаев и традиций.

Сочетание авторитета, опыта и логики (то есть памяти о прошлом, итогов в настоящем и расчёта на будущее) лежит в основе такого явления, как осмысленные действия. Или – смыслосодержащие действия.

Не всякое физическое или умственное движение человека имеет смысл. Смысл имеет только то движение, которое имеет основания в прошлом и предполагаемый результат в будущем. То есть – не замыкается в настоящем, сиюминутном, одномоментном, а сохраняет поступательное и преемственное движение человеческого знания о мира.

Мы управляем тем, что познаём, и познаём то, чем пытаемся управлять. Эти два процесса неразделимы. Зачем нам знать причины какого-то события? Для того, чтобы его повторить или предотвратить в будущем.

То есть – запланировать увеличение положительных (желаемых, чаямых) явлений и сокращение отрицательных (нежелательных) явлений в жизни.

С одной стороны – это очевидно и неопровержимо. Это даже не «теория познания», а попросту аксиома познания, без которой никакое познание (ни научное, ни бытовое, основанное на простом здравом смысле) начаться не может в принципе.

С другой стороны – это советская плановая экономика. Точнее, метод, положенный в её основу. Она пыталась изучить процессы, чтобы увеличить добро и сократить зло. У неё многое на практике не получилось: но это можно сказать о любой науке, любом типе знания! Разве история любой из наук не наполнена огромной массой сбоев, заблуждений, впоследствии разоблачённых подлогов или логических ошибок?

Есть принципиальная разница между попыткой достичь результата и достижением результата. Но есть и неразделимость этих двух процессов: кто не пытается достичь результата, тот:

- или вообще никогда не достигнет результата;

- или, случайно наткнувшись на результат, потеряет его, ибо не понимает ни причин, ни составляющих частей желаемого состояния.

Достижение результатов без осознанных попыток его достичь – всё равно, что спорт без тренировок, наука без учебников и лабораторий, образование без школы.

+++

Ни в коем случае нельзя опускать руки при неудаче в попытках понять природу и причины желаемых результатов. Отчаяние должен у разумного человека вызывать только отказ от попыток их понять.

А именно отказ от понимания положен в основу бредовой либерально-рыночной экономической теории, пришедшей на смену советскому плановому хозяйству!

Мы не знаем как добывать добро и устранять зло. И мы убеждены, что никогда не сумеем этого узнать. Изучение экономики в рамках такого изуверства и мракобесия – совершенно бессмысленно. Оно сводится к сбору статистических сведений и решению задач из области высшей математики, не умея, да и не пытаясь влиять на рост положительного и сокращение отрицательного. Да и не умея, по большому счёту, даже и различать положительное от отрицательного, путаясь в базовых для разума вопросах добра и зла.

Если не отдаёшь себе отчёта, что есть добро, а что зло – как вообще можешь начать процесс мышления?!

+++

Чтобы всё понять – перечитайте, несомненно, уже знакомые вам определения. Нужно просто освежить их в памяти читателя со времён средней школы:

Механическая работа — физическая величина, зависящая от векторов силы и перемещения.

Термодинамическая работа — количество энергии, переданной или полученной системой путём изменения её внешних параметров.

Экономическая работа — осмысленная (смыслосодержащая) деятельность человека, направленная на создание ценностей и осознанное удовлетворение потребностей.

Главное отличие человеческой работы от просто физической работы – смысл (смыслосодержание). Можно произвести огромное количество бессистемных и бессмысленных действий, и с точки зрения физики все они будут «работой». Они будут утомлять человека, переводить на себя ресурсы Земли, занимать время и отнимать силы.

Но при этом они:

-безосновательны (предположение об их полезности лишено достаточного, а порой и всякого, основания).

-Бесплодны (то есть никак не улучшают будущее, не являются причинами грядущих улучшений жизни).

Безосновательное и бесплодное действие существует только в настоящем. Оно лишено как прошлого, так и будущего. Это локальный акт, начатый без уважительной причины и завершающийся без положительных последствий (отрицательные могут быть, и ещё какие!).

+++

Для того, чтобы действия имели смысл (то есть не были бы безумными и бессмысленными), им нужны два обеспечительных механизма: целеполагающий и технический.

Целеполагание действий в быту и обыденной речи именуется «идеологией» (а до того – «религией»). Речь идёт о разделении Добра и зла в самом общем, фундаментальном и базовом смысле. К чему мы стремимся всегда? Или, наоборот, чего мы должны избегать при любых обстоятельствах? Что для нас всегда желаннее всего, и наоборот, что нетерпимее всего?

Не ответив на эти фундаментальные вопросы, мы обессмыслим механизм мышления. Оно ведь не фабрика амбивалентных[1] галлюцинаций[2], а инструмент достижения/избегания. Если мы не знаем, чего нам надо, и чего не надо – то как нам начать думать? И, главное, зачем?

Итак, идеология определяет общую, фундаментальную и вечную цель (цели) работы разума. И тем стабилизирует его работу, делает неизменным направление – что и создаёт преемственность науки, познания.

Например, медицина, которая не знает, нужно ли исцелять больных или не нужно – не сможет ни зародиться, ни развиваться. В основе медицины – глубокое и неизменное убеждение в благе излечения больных (а дарвинизм с его «вымиранием худших» нанёс этому серьёзный удар).

Технический смысл действий отвечает за связь между вечной целью мысли и конкретной, текущей ситуацией. Если цель – исцеление, то лекарства должны соответствовать недугам, быть лекарствами, а не ядами, применятся к больным, а не к здоровым и т.п.

Говоря более научно – технический смысл действия заключается в соответствии средств цели. У действия есть вечный, метафизический смысл (в христианстве – обожение[3] человека). И есть конкретный, технический смысл – в данных обстоятельствах, в текущей ситуации соответствующий метафизическому.

Например: метафизический смысл – заповедь «не убий!». Технический смысл действия – полицейский целится в террориста, который хочет кого-то убить. И тут уже вопрос о технике оружия, технике прицеливания, баллистике, которые все вместе служат предотвращению убийства невинного человека, как абсолютной и вечной ценности поведения.

+++

Утрачено всякое представление как об общем, так и о техническом смысле действий. Майдаун не имеет устойчивых и последовательно-постоянных идеалов. В то же время он не имеет и представления о средствах, соответствующих целям.

Чем же в таком случае будет руководствоваться его поведение? Ответ очевиден, однозначен и жесток: звериными инстинктами. Это мы и видим. Инстинкт усиливается с ослаблением разума и рациональности. Инстинкт управляет существом извне. «Зачем?» и «почему?» - вопросы, чуждые инстинкту.

И если человек потерял как цель, так и понимание целесообразности средств, то всё его поведение становится поведением животного: хватательный и поглотительный рефлексы, инстинкт зоологического доминирования, половая похоть, и, в сущности, всё. Это изнутри – а снаружи действия такого человека выглядят бессмысленными и разорванными, безумными, патологическими. Именно эту картинку и показывают нам СМИ.

+++

Можно добиться цели, если:

1. Ты имеешь перед собой ясную и неизменную цель.

2. Последовательно отвергаешь все те средства и методы, которые доказали неэффективность в её достижении.

Действия человека разумного (если мы имеем дело не с мутантом-майдауном) вытекают из авторитета его учителей. Проверяются опытом. Анализируются логически (через установления подобий в причинно-следственной связи уже случившегося и ожидаемого). Если все условия соблюдены, то тогда действия имеют смысл.

Всякая иная матрица поведения («рынок 30 лет доказывает свою неэффективность, но мы будем продолжать считать его эффективным») – приводит нас к бессмысленным действиям. Они же – сектантские радения: действий, усталости от них много, а результата – ноль, или отрицательный.

Можно носить воду в решете, а можно устраивать майданы в Киеве, это, по сути, одно и тоже. Если цель донести воду, а средство – решето, то цель не будет достигнута при любой интенсивности усилий. Можно ходить по воду с решетом 10, 20, 50 раз – итог един: в доме воды нет.

Если цель – добиться улучшения и справедливости, а средство – либерально-рыночный, проевропейский майдан – то цель не будет достигнута при любом количестве жертв и потрясений.

Нельзя взять какое-то действие, и произвольно, не считаясь ни с авторитетами, ни с опытом, ни с логикой, объявить его причиной некоего явления. А попытки таких объявлений – называются психическими расстройствами.

- Палка стоит в углу, поэтому начался дождь[4]…

Человек выдумал, что расставление палок по углам дома вызывает дождь. И всякий раз, когда дождь не приходит – человек убеждает себя, что палок по углам недостаточно, или не все углы нашёл, или ещё что-нибудь такое же сумасшедшее.

Точно так же рыночный либерализм выдуман как причина (причём единственная) успехов европейских народов, причём:

- без различения истинных успехов от мнимых, показушных;

- и вообще без понимания точного определения слова «успех[5]».

+++

Так возникает, не побоюсь этого слова, совершенно долбанутая, разорванная и бессвязная картина мира майдауна. В его голове цели жизни смутны, переменчивы, неясны. А средства к их достижению – любое действие, включая и толчею воды в ступе, и хождение на голове.

Такой человек не только конституционально глуп, но он уже и психически нездоров, он уже подпадает под определения клинической патологии (а мешает это признать необычайная массовость явления).

Безусловно, как только люди отказались от попыток планировать экономику (а следовательно, и весь ход, строй своей жизни) – они были обречены на массовые психические патологии. Туда, откуда ушел здравый смысл – неизбежно приходит безумие.

Если вы признали, что жизнью нельзя управлять средствами разума, разумно (а ненависть к СССР это и означает, ибо планирование = разумность) – то что остаётся?

Попытки управлять жизнью путём магии, какими-то иррациональными волшебными средствами, заклинаниями и ритуалами, бессвязной и отвязной болтовнёй либералов, выдавать желаемое за действительное, приятное за полезное (если школьнику приятно сбежать с уроков – то это для него и полезно).

Весь пост-советизм есть игра звериных инстинктов, разбавленная необоснованными надеждами на некие волшебные элексиры роста, магические «лекарства от всех болезней» (самое распространённое упование – на «свободу»), действие сказочных заклинаний и ритуалов на реальность (жизнь плоха, потому что мы плохо выполняем ритуалы демократических выборов), и т.п.

Но что такое пост-советизм на самом деле? Отказ от Разума на базовом, фундаментальном уровне аксиоматики мышления. Когда пост-советизм переходит в воинствующий антисоветизм, то речь идёт о смене слабоумия агрессивной шизо-параноидальной активностью, вредительской и самоубийственной.

Что мы и увидели в активистах украинских майданов. Будем надеяться, что в последний раз.

Иначе совсем уж страшно жить становится…

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ:

В Британии каждый третий подросток страдает психическими расстройствами

Британская благотворительная организация Action for Children провела масштабный опрос, в результате которого выяснилось, что каждый третий подросток в Соединённом Королевстве подвержен таким психическим расстройствам, как депрессия, постоянное чувство тревоги или беспокойный сон.

Отмечается, что из 5555 респондентов в возрастной категории от 13 до 15 лет 1840 сообщили о наличии нарушений психического здоровья, пишет газета The Guardian.

Исполнительный директор благотворительной организации Action for Children Джулия Бентли предположила, что это можно объяснить негативной атмосферой в семье, давлением, с которым дети сталкиваются в школе, или чувством тревоги насчёт будущего страны.

Также организаторы опроса подчеркнули, что в Британии с психическими проблемами сталкивается всё большее число детей школьного возраста.

[1] Амбивалентность (от лат. ambo — «оба» и лат. valentia — «сила») — двойственность (расщепление) отношения к чему-либо, в особенности — двойственность переживания, выражающаяся в том, что один и тот же объект вызывает у человека одновременно два противоположных чувства.

[2] В режиме разорванного сознания, т.е. чередой бессвязных картин устрашающего или услаждающего содержания.

[3] Обожение или теозис (др.-греч. θέωσις от θεός «бог») — христианское учение о соединении человека с Богом, приобщении тварного человека к нетварной божественной жизни через действие божественной благодати. Коротко смысл обожения выражен в высказывании Афанасия Великого: «Бог вочеловечился, чтобы человек обожился» — что обозначает потенциальную возможность для каждого человека и историческую необходимость для человека вообще обрести нечеловеческое могущество в обладании самим собой и природным миром вокруг себя в органическом единстве с Богом.

[4] «После этого — значит по причине этого» (лат. post hoc ergo propter hoc) — логическая уловка, при которой причинно-следственная связь отождествляется с хронологической, временной: «Если событие X произошло после события Y, значит, событие Y является причиной события Х».

[5] В христианской традиции успех – это успевание, успение. Речь идёт о том, что за краткое время земной жизни человек успел спасти душу. В новейшее время под словом «успех» стали понимать чёрти что – удачную кражу, безнаказанный разбой, случайный выигрыш в слепой лотерее, и т.п.

Комментариев пока нет