Турецкая кампания в Сирии и международные отношения

29 октября 2016

Сирийский кризис на современном этапе превратился в один из самых значительных международных конфликтов, произошедших в условиях крушения традиционной биполярной геополитической системы. Вмешательство в данный конфликт Турции имеет огромный военно-политический резонанс, а последствия этого вмешательства трудно прогнозируемы по причине незавершенности данного процесса. Вместе с тем, формирование антикурдского и антиигиловского общественного мнения в Турции привело к движению маховик войны, что дало основание Реджепу Эрдогану, согласовав свои действия с российской стороной и добившись замешательства блока западных стран, начать под предлогом борьбы с международным терроризмом вторжение в Сирию.



Турецкая наземная кампания в Сирии была начата фактически в целях "собирания" османских земель. Военные действия турецкой армии вполне укладываются в формат внешнеполитического концепции Эрдогана. Противостояние курдской и игиловской внешней угрозе явилось лишь удачным поводом для реализации давно разработанного плана по Сирии.

Международная оценка турецкой кампании неоднозначна. Сухопутная операция Турции, проводимая на свой страх и риск, привела к жизни различные толкования данного процесса со стороны мирового сообщества. Различные оценки происходящего (от акта агрессии до принуждения к миру) создают почву для детального анализа происходящих событий.

24 августа 2016 года турецкое руководство заявило о начале военной операции на территории Сирии против "ИГИЛ" и сирийских курдов. Президент Турции Реджеп Эрдоган, обосновывая действия своей армии, утверждал, что терпение турков закончилось и что он располагает достаточными средствами для ликвидации внешней угрозы. При этом планы вторжения в Сирию вынашивались уже давно, но предварительно необходимо было добиться согласия России, имеющей превосходство в сирийском воздушном пространстве, и западных соседей, до недавнего времени придерживающихся проасадовской позиции. Российско-турецкий саммит в Санкт-Петербурге и визит вице-президента США Джозефа Байдена в Анкару фактически послужили сигналом одобрения сирийского сценария турецкого руководства.

Тем не менее, ряд государств предпочли сохранять фактический или формальный нейтралитет в разрешении сирийской проблемы.

Так, несмотря на реставрацию турецко-израильских отношений, в том числе и в военной сфере, официальный Тель-Авив вынужден дистанцироваться от сирийского конфликта. Фактически участие израильтян свелось лишь к пресечению любой передачи серьезного вооружения в руки иранской "Хезболлы" и суннитских террористических организаций на юге Сирии и в Ливане из-за опасения, что это вооружение впоследствии может быть использовано против Израиля. Вместе с тем, Тель-Авив продолжает оказывать гуманитарную помощь всем, кто ее попросит на юге Сирии. Однако, несмотря на определённые симпатии сирийским курдам, в вооруженный конфликт Израиль не собирается вмешиваться вследствие заинтересованности в сотрудничестве с Турцией и Россией.

Россия же также пытается сохранять нейтралитет в турецкой наземной кампании, формально ограничивая свою позицию выражением "крайней обеспокоенности". Между тем, игнорирование авиации международной коалиции, поддерживающей турецкие сухопутные войска, со стороны российской системы ПВО в Латакии свидетельствует о том, что Россия фактически не против действий Турции в Сирии.

Особое место следует уделить позиции Армении по сирийским событиям. Официальный Ереван понимает, что турецкая кампания в Сирии - это лишь начало перед "армянской бурей" из-за Нагорного Карабаха. Акция устрашения Армении играет действенную роль: Саргсян не согласится противостоять Азербайджану, за спиной которого будет обновленная, получившая боевой опыт турецкая армия, и, скорее всего, смирится со сдачей Карабахского региона относительно мирным путём. В противном случае, Турция может внезапно счесть Армению таким же представляющим террористической угрозу государством, каким в настоящее время считает "ИГИЛ" и курдов. И тогда военного конфликта не избежать. А если учесть, что армянские вооружённые силы существенно уступают по численности и вооружению потенциальной коалиции турецких и азербайджанских войск, то не трудно догадаться, каким будет исход этой войны: события 1915 года Еревану могут показаться лишь "незначительными утратами" в сравнении с тем, что может произойти в будущем.

Несмотря на это, большинство государств, так или иначе имеющих интересы в Ближнем Востоке, фактически приняли турецкую кампанию в качестве исторической неизбежности. В мировом сообществе преобладающим становится мнение о пантюркистской интеграции под эгидой Турции, которая, возможно, и не совсем "хорошо", но, по крайней мере, лучше, чем угроза образования Великого Халифата под эгидой "ИГИЛ".

Комментариев пока нет