Статьи

ЦЕНА БЕНЗИНА И ПАТРИОТИЗМ. НАЦИОНАЛЬНАЯ (НАРОДНАЯ) ИДЕЯ И ГОС. ИДЕОЛОГИЯ

12 ноября 2018
В прошлом, в советское время, выражение «Автомобиль не роскошь, а средство передвижения» не имело никакого отношения к стоимости бензина. Сегодня, в постсоветской России, имеет, да ещё какое! Благодаря галопирующему росту стоимости бензина, в разы превосходящему рост заработной платы (ЗП), автомобиль, если уже не перешёл, то переходит из средства передвижения в роскошь.

ЦЕНА БЕНЗИНА И ПАТРИОТИЗМ. НАЦИОНАЛЬНАЯ (НАРОДНАЯ) ИДЕЯ И ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИДЕОЛОГИЯ

Цена бензина и патриотизм

В прошлом, в советское время, выражение «Автомобиль не роскошь, а средство передвижения» не имело никакого отношения к стоимости бензина. Сегодня, в постсоветской России, имеет, да ещё какое! Благодаря галопирующему росту стоимости бензина, в разы превосходящему рост заработной платы (ЗП), автомобиль, если уже не перешёл, то переходит из средства передвижения в роскошь.

Имеющиеся объяснения причин роста стоимости отечественного бензина страдают тем недостатком, что в них нет главного, а именно, отечественного составляющего, того без чего само выражение Отечество теряет смысл: патриотизма. Без него стоимость любой вещи ограничена реакцией покупателя. Чем и пользуются поработители всех мастей.

Повышение стоимости товаров и услуг в ожидание реакции покупателей не наш метод ценообразования. Пир во время чумы не способствует оздоровлению общества, а, наоборот, ещё больше губит его. В России, – ни до, ни во время, ни после бытности в составе Советского Союза, – никогда не были и не будут в чести люди зиждущие своё благосостояние на нужде других. Свидетельство тому кратковременное пребывание у власти «людей без патриотизма, без всякой возвышенности в чувствах» в начале и в конце ХХ века, о чём предупреждал ещё Белинский:

«… Я сказал, что не годится государству быть в руках капиталистов, а теперь прибавлю: горе государству, которое в руках капиталистов. Это люди без патриотизма, без всякой возвышенности в чувствах. Для них война или мир значат только возвышение или упадок фондов — далее этого они ничего не видят» (Белинский В. Г. Полное собрание сочинений. М., 1956 г. Т. 12, с. 449).

У нас сильно развиты общинные традиции: коллективизм, сотрудничество, взаимовыручка и др. Именно отсутствие у большинства россиян индивидуалистических и частнособственнических устремлений явилось основой того, что несмотря на то, что кучке сторонников капитализма в России конца ХХ века во главе с Ельциным удалось закрепиться на вершине государственной власти, она так и не сумела окончательно перевести страну на рельсы капиталистического развития. Побыв у руля государства около 10 лет (с конца 80-х по конец 90-х годов), они оказались вынуждены ретироваться.

В настоящее время, ряд ярых сторонников капиталистического развития России либо умерли, либо бежали за границу, либо находятся в тюрьме, либо «сидят на чемоданах»… Однако не все, далеко не все апологеты капитализма умерли, бежали за границу, находятся в тюрьме или «сидят на чемоданах». Есть среди них и те, кто ещё занимает ответственные посты и на уровне государства, и на уровне регионов. Они полны ожидания, уповая не столько на замену Путина своим человеком, сколько на свою Конституции, ибо Конституция не только узаконивает, вводит в обиход, навязывает обществу интересы и чаяния господствующего класса, но и направляет его деятельность в соответствие с интересами и чаяниями господствующего класса.

Думается, осознанием этого обусловлено стремление Путина обезопасить россиян от прихода к власти в России людей зиждущих своё благосостояние на нужде других, посредством установления патриотизма в качестве национальной, а по сути – народной, идеи. Именно поэтому он то и дело возвращается к разговору, - и призывает других говорить на всех уровнях о патриотизме.

Из обзора встречи Путина с активом Клуба лидеров – неформального объединения средних и мелких предпринимателей, представляющих различные отрасли российской экономики, состоявшейся 3 февраля 2016 года:

«Путин назвал единственно возможную для России национальную идею.

Президент Владимир Путин считает, что для России не может быть никакой другой

объединяющей идеи, кроме патриотизма. «Это и есть национальная идея», — заявил глава государства.

«У нас нет никакой и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма», — заявил Путин, выступая на встрече «Клуба лидеров» (объединение предпринимателей из 40 российских регионов).

«Это и есть национальная идея», — добавил он.

По словам президента, идея патриотизма «не идеологизирована, не связана с работой партии или какой-то общественной структуры». Путин указал на то, что для того, чтобы внедрить национальную идею, недостаточно, чтобы «президент или еще кто-либо об этом один раз сказал».

Для того чтобы внедрить сознание о патриотизме как о национальной идее, по словам Путина, «нужно постоянно об этом говорить, на всех уровнях».

Ранее Путин в своих выступлениях неоднократно говорил о важной роли патриотизма. Летом 2015 года он сказал, что патриотизм — это «священный долг россиян», а в октябре назвал его «нравственным ориентиром» для подростков» (https://www.rbc.ru/politics/03/02/2016/56b1f8a79a7947060162a5a7).

Продолжая ретроспективу РБК (РосБизнесКонсалтинга) можно указать на сказанное Путиным 12 сентября 2012 года, во время его встречи с представителями общественности по вопросам патриотического воспитания молодёжи:

«От того, как мы воспитаем молодёжь, зависит то, сможет ли Россия сберечь и приумножить саму себя. Сможет ли она быть современной, перспективной, эффективно развивающейся, но в то же время сможет ли не растерять себя как нацию, не утратить свою самобытность в очень непростой современной обстановке…

Мы должны строить своё будущее на прочном фундаменте. И такой фундамент – это патриотизм. Мы, как бы долго ни обсуждали, что может быть фундаментом, прочным моральным основанием для нашей страны, ничего другого всё равно не придумаем. Это уважение к своей истории и традициям, духовным ценностям наших народов, нашей тысячелетней культуре и уникальному опыту сосуществования сотен народов и языков на территории России. Это ответственность за свою страну и её будущее.

Сама история российской многонациональной государственности свидетельствует о том, что настоящий патриотизм не имеет ничего общего с идеями расовой, национальной и религиозной исключительности. Чувство патриотизма, система ценностей, нравственных ориентиров закладывается в человеке в детстве и юности. Здесь огромная роль принадлежит, конечно, семье и всему обществу. И конечно, образовательной, культурной политике самого государства» (http://www.kremlin.ru/events/president/news/16470).

Не вдаваясь в дискуссию о патриотизме как национальной идее, прочном фундаменте строительства своего будущего, следует отметить, что патриотизм, он и в Африке патриотизм. Его суть – самоотверженная любовь, истинная преданность и бескорыстное служение Родине.

В условиях современной России, когда (в реалиях сегодняшнего дня) прибыль единиц складывается из убытка миллионов – увеличение цены бензина не то, что не патриотично, а антипатриотично.

Имена лиц, высасывающих соки из миллионов россиян, хорошо известны. Как правило, это руководители крупнейших отечественных компаний. Наиболее значимые из них, связанные с повышением цены бензина, указаны в «Разъяснение ФАС (Федеральной антимонопольной службы – В.К.) России о причинах роста цен на нефтепродукты:

«Так, в период с 2008 по 2016 годы было рассмотрено более 460 дел на региональных рынках нефтепродуктов. Также было рассмотрено три «волны» дел по фактам нарушения антимонопольного законодательства на оптовом рынке нефтепродуктов в отношении крупнейших вертикально-интегрированных нефтяных компаний: ПАО «НК «Роснефть», ПАО «Газпром нефть», ПАО «Лукойл», ОАО «ТНК-ВР Холдинг» и ПАО АНК «Башнефть». Компании-нарушители, в том числе по результатам многочисленных судебных разбирательств, закончившихся в Высшем арбитражном суде Российской Федерации, заплатили гигантские, не только по российским меркам, штрафы. Общая сумма перечисленных в бюджет Российской Федерации штрафов по фактам нарушения антимонопольного законодательства на оптовом рынке нефтепродуктов составила около 20,7 млрд. рублей» (https://fas.gov.ru/documents/605770).

Берём, читатель, первую компанию, указанную ФАС в числе крупнейших вертикально-интегрированных нефтяных компаний в отношении которых «было рассмотрено три «волны» дел по фактам нарушения антимонопольного законодательства на оптовом рынке нефтепродуктов», – замечу, что этот документ был опубликован на сайте ФАС 22 января 2018, т.е. задолго до весенне-летнего взрывного повышения цены бензина исчисляемого рублями, вызвавшего бурю негодования миллионов россиян, что вынудило руководство страны перейти на ручное управление ценой бензина, – под названием ПАО «НК «Роснефть», и находим её руководителя в лице Сечина Игоря Ивановича с годовой заработной платой в 600 млн. рублей. Из «Газеты.ru» за 5 мая 2015 года:

««Роснефть» установила зарплату Игорю Сечину в 15–20 млн. руб. в месяц. В компании говорят, что реальная зарплата президента «Роснефти» ближе к нижней границе, но даже с учетом этого оклады CEO крупнейших мировых нефтегазовых компаний за прошлый год были ниже.

«Роснефть» раскрыла размер оклада своего президента Игоря Сечина. Совет директоров компании 23 апреля утвердил «Стандарт о выплатах и компенсациях топ-менеджменту», согласно которому месячный должностной оклад президента устанавливается решением совета директоров компании в пределах 15–20 млн. руб. ($293,3–391 тыс. по курсу ЦБ на вторник)…

Оклад первого вице-президента компании (в настоящее время — бывший топ-менеджер «ТНК-ВР Менеджмент» Эрик Лирон) составляет 30–50% от установленного совдиром оклада президента. Для остальных вице-президентов оклад устанавливается в размере 20–40% от оклада главы компании, для других топ-менеджеров — 10–35%.

Кроме того, топ-менеджменту «Роснефти» могут выплачиваться годовые премии, премии по результатам реализации значимых проектов и премии в случае их награждения государственными наградами, ведомственными наградами или наградами самой «Роснефти».

Для Игоря Сечина, как президента компании, размер годовой премии установлен на уровне 150% от годового вознаграждения, то есть 270–360 млн. руб. ($5,28–7 млн).

Для остальных топ-менеджеров размер годовой премии установлен на уровне 140% от годового оклада.

Выплаты премий по результатам реализации значимых проектов могут достигать шестикратного размера месячного оклада, но могут и превышать эту сумму — при наличии положительной рекомендации комитета совета директоров по кадрам и вознаграждениям. Премии за получение государственных и ведомственных наград определяются приказом ОАО «НК «Роснефть». Если же топ-менеджер получил корпоративную награду, премия составляет 50–150 тыс. руб…

Исходя даже из минимального оклада Сечина, его годовая зарплата составит более $3,5 млн. В то же время годовой оклад гендиректора компании ExxonMobil Рекса Тиллерсона, как пишет The Wall Street Journal, в 2014 году составил $2,8 млн. У CEO Chevron Джона Уотсона несколько ниже — $2,16 млн. Доход главы ВР Роберта Дадли составил $1,8 млн.

Игорь Сечин владеет 13 489 350 (чуть более 0,12%) акциями «Роснефти». Ранее совет директоров компании рекомендовал собранию акционеров выплату дивидендов из расчета 8,21 руб. на акцию. Таким образом, Сечин может получить доход в размере 110,74 млн руб. При этом сейчас бумаги «Роснефти» на Лондонской фондовой бирже торгуются по $5,16 (+3,61%). Таким образом, пакет Сечина стоит $69,6 млн.» (https://www.gazeta.ru/business/2015/05/05/6668085.shtml?updated).

Вот стою я, простой российский человек, наряду с другими десятками миллионов простых россиян и сравнивая свои кровно заработанные за год 360 тыс. руб. (ЗП 30 тыс.руб. х 12 мес., – других доходов нет) с годовым доходом Сечина в 710,74 млн. руб. (ЗП 600 млн. руб. + Акции 110,74 млн.руб.), – даже без учёта получения им государственных, ведомственных, корпоративных наград, в последнем случае, скажем, в виде Грамоты выписанной самому себе по установленному в компании тарифу 50–150 тыс. руб., – совершенно не нахожу ни одну точку соприкосновения с ним по части патриотизма исходя из того, что Россия моя Родина.

Сечин не одинок. На одном только рынке нефтепродуктов орудуют десятки сечиных. В связи с баснословным ростом цен на нефтепродукты, в начале июня 2018 года, по поручению Председателя Правительства России, тринадцать из них совестил и патриотичил, то бишь взывал к их патриотизму, заместитель Председателя Правительства Российской Федерации Д. Козак. По данным «РИА Новости» на 02 июня 2018 года:

«Правительство договорилось с нефтяными компаниями зафиксировать цены на бензин и дизельное топливо. Об этом вице-премьер Дмитрий Козак рассказал в программе "Вести в субботу" на телеканале "Россия 1".

"Мы встретились с крупнейшими нефтяными компаниями — тринадцать компаний. Они тоже граждане нашей страны, национальные компании. И они понимают, что сегодня, в летний период, это не только отражается на автолюбителях, простых гражданах. Это существенная финансовая нагрузка прежде всего на сельское хозяйство, на потребителей дизельного топлива. В целом нефтегазовая отрасль с пониманием относится к тому, что мы должны балансировать, мы нефтегазовая держава и должны учитывать интересы нашей экономики", — сказал он.

Вице-премьер также пояснил, что акцизы на топливо снизят не с 1 июля, как планировалось, а с 1 июня.

"Мы договорились, что пойдём сегодня им навстречу — фискальная нагрузка в виде акцизов на бензин и дизельное топливо будет снижена. Такое решение было принято без их участия еще до этого совещания. Но важно было глаза в глаза договориться. И они умерят свои аппетиты: безудержно гнаться за такой же доходностью, как экспорт нефти, не следует", — добавил он.

Эти цены зафиксируют по состоянию на 30 мая. Снизить их, по словам Козака, невозможно, и "требовать работать себе в убыток тоже невозможно".

"Но мы понимаем, что доходность будет несколько меньше", — заключил вице-премьер» (https://ria.ru/economy/20180602/1521932885.html).

Тщетно! Несмотря на увещевания и уступку Козака, а, по сути, Правительства России, в адрес нефтяных компаний торпедирующих цены нефтепродуктов, они продолжили «безудержно гнаться за такой же доходностью, как экспорт нефти». Не прошло и двух месяцев как завуалированность роста цен нефтепродуктов вырвалась наружу. Цены на нефтепродукты вновь пошли вверх:

«Цены производителей на автомобильный бензин в сентябре выросли на 10 процентов по сравнению с августом. Об этом сообщает Росстат.

Больше всего подняли цены производители легкого нефтяного дистиллятного топлива - на 11,5 процента. Бензин автомобильный подорожал на 10 процентов. Мазут, используемый в качестве топлива, - на 9,8 процента, нефтяные смазочные масла - на 9,2 процента, дизельное арктическое топливо - на 7,6 процента, сжиженные газы пропан и бутан - на 7 процентов» (https://rg.ru/2018/10/17/proizvoditeli-podniali-ceny-na-benzin-na-10-procentov.html).

Умиляет сказанное Козаком о том, что:

«требовать работать себе в убыток тоже невозможно» (См. выше)

Что-то не видно, чтобы кто то добровольно ушёл с рынка нефтепродуктов. Зато желающих попасть туда – пруд пруди. Собрать бы с руководителей этих 13 компаний по 100 тыс. руб., итого 1 млрд. 300 млн. руб., да направить эти деньги на снижение цен нефтепродуктов. Уверен, Сечин не умрёт с голода на 610,74 млн. руб., при реальной средней ЗП по стране 25-30 тыс. руб. А там можно и с замов и прочих, для начала двух высоко оплачиваемых, топ-менеджеров собрать по 50 млн. руб. на снижение цен нефтепродуктов. Это ещё 1 млрд. 300 млн. руб. Глядишь нефтепродукты и подешевеют.

В очередной раз Козак опарафинился 20 июля 2018 года, на совещание Президента с членами Правительства сетуя на то, что:

«…Даже сегодня от торговли горюче-смазочными материалами на внутреннем рынке, при продаже по той цене, к которой мы стремились, 40 рублей за литр, каждый день нефтяники теряют один миллиард рублей недополученной выгоды» (http://www.kremlin.ru/events/president/news/57815).

Путин поправил:

«Ничего не теряют, это недополученный доход просто» (Там же).

Козак не унимался:

«Не теряют, да, но это упущенная выгода. В такой экономической ситуации требовать альтруизма от бизнеса тоже довольно тяжело» (Там же).

Озабоченность Козака «упущенной выгодой» королями нефтепродуктов, мягко говоря, настораживает. Правительство либо не дорабатывает, либо его устраивает положение дел с ценами на нефтепродукты. Пока Путин не озадачился повышением цен на нефтепродукты, Правительство бездействовало. Даже после того, как он дал команду разобраться, Медведев поручив дело своему заместителю Козаку, явно пришёл вместе с ним в Кремль на совещание, зная озабоченность Козака «упущенной выгодой» королями нефтепродуктов, т.е. солидаризируясь с ним по данному вопросу. Иначе, если бы он до Путина поправил Козака, думается тот не стал бы наступать на грабли во второй раз, да ещё на более высоком уровне. А так, не встретив сопротивление со стороны Медведева, Козак, видимо, полагал, что согласие или молчание - всё едино – Председателя Правительства России относительно его видение повышения цен на нефтепродукты соответствует и видению этого вопроса Президента России Путина. Оказалось не так.

Всякий раз, когда речь заходит о деньгах в чужом кармане, непременно находятся люди, главным образом из числа обладателей этого самого чужого кармана, талдычащие, что, дескать, не хорошо считать чужие деньги. Абсолютно согласен, коли в чужом кармане действительно лежат чужие деньги.

Чужие деньги есть деньги заработанные потом и кровью их обладателя.

Здесь другой случай. Деньги Сечина и иже с ним не есть деньги заработанные потом и кровью Сечена и иже с ним. Деньги Сечина и иже с ним преимущественно состоят из денег заработанных потом и кровью чужих людей, то есть нами, а потому это наши деньги, полученные ими за счёт завышенной ими стоимости нефтепродуктов, электроэнергии, билетов на концерт, в кино, театр, и прочих товаров и услуг.

Тут сечины начинают выть, реветь и истошно вопить о законе, о свободе, о праве человека. Стоит завести с ними разговор о принадлежности недр земли российской, о любви к Родине, о народе, о чувстве долге, о справедливости и т.д., так они впадают в ярость, вплоть до бешеного желания разорвать на куски всякого оппонента. В том числе усопшего, о чём поведал отец олигархов А. Чубайс, – который даже в кризисный 2009 год, когда большинство россиян влачило жалкое существование, умудрился заработать почти 202,7 млн. руб. (https://rb.ru/article/chubays-vo-vremya-krizisa-smog-zarabotat-milliony-na-tsennyh-bumagah/6353427.html), - на страницах лондонской газеты «Financial Times». Об этом я писал в недавно вышедшей в свет своей работе «Конституция России 1993 года: государственная идеология запрещена – государственное рабство разрешено». Поскольку это актуально и здесь, постольку не беда, коли повторюсь:

««Когда официант, – пишет корреспондент «Financial Times» в Москве Аркадий Островский, – приносит чай с мёдом, я спрашиваю Чубайса, не находит ли он, что капитализм не годится для России с её народной ненавистью к богачам и верой в нравственное превосходство бедных.

“Вы знаете, – отвечает Чубайс, – я перечитывал Достоевского в последние три месяца. И я испытываю почти физическую ненависть к этому человеку. Он, безусловно, гений, но его представление о русских как об избранном, святом народе, его культ страдания и тот ложный выбор, который он предлагает, вызывают у меня желание разорвать его на куски”» (Arkady Ostrovsky. Father to the Oligarchs // The Financial Times, November 13, 2004 г., Цитировано по: https://www.inopressa.ru/article/15Nov2004/ft/chubais.html, доп. см. «Российская газета» - Федеральный выпуск №3634 (0), 19 ноября 2004 г., или https://rg.ru/2004/11/19/chubajs.html).

Безусловный гений не чета безусловному ничтожеству. Безусловные ничтожества всегда люто ненавидели безусловных гениев. Остаётся надеяться, что патологическая ненависть Чубайса к Достоевскому не выльется в трупокопательство, в осквернение им могилы последнего в порыве «желания разорвать его на куски».

Но чем не угодил Достоевский Чубайсу?

Правдой и только правдой! Гениальность Достоевского в том, что он чутко уловил и отчётливо выразил основные черты западопоклонников, стремящихся привнести в Россию чуждые, пагубные для российского народа традиции, обычаи, нравы, идеи, ценности и идеалы Запада. Не знаю, что именно читал в указанные три месяца Чубайс у Достоевского, но то, что в том числе и «Идиота» и «Бесов» – сомневаться не приходится. Скажем в «Идиоте», много чего нелицеприятного для Чубайса. Имеющееся там определение либерала, несомненно могло вызвать у него приступ ярости, ведь он и его соратники по буржуазному, капиталистическому цеху осквернивши, как было сказано выше, своими деяниями слово демократ нынче именуют себя либералами, а тут такое:

«… Русский либерализм не есть нападение на существующие порядки вещей, а есть нападение на самую сущность наших вещей, на самые вещи, а не на один только порядок, не на русские порядки, а на самую Россию. Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм... Эту ненависть к России, ещё не так давно, иные либералы наши принимали чуть не за истинную любовь к отечеству и хвалились тем, что видят лучше других, в чём она должна состоять; но теперь уже стали откровеннее и даже слова «любовь к отечеству» стали стыдиться, даже понятие изгнали и устранили, как вредное и ничтожное» (Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений в 30-ти томах. Т. 8, с. 277).

Однако, в «Бесах» его ждало ещё большее разочарование. Читая восьмую главу второй части, он наверняка пережил свою недавнюю историю, с головой окунулся в 80-90-е годы, когда разваливал Советский Союз. Да…, он знал изнутри как это делалось, он сам принимал активное участие в разложении, в доведении до крайности советского-российского народа, моря его голодом, холодом и иными невзгодами облегчая, по свидетельству Илларионова, «запуск рыночных механизмов обеспечения населения продуктами питания», чтобы народ, глядя на вытащенные демократами-либералами из-под полы и со складов товары, – припрятанные ими с целью создания искусственного дефицита для возбуждения масс против советской власти – объяснённого Илларионовым имевшим место (точнее говоря намеренно созданном) при всевластие демократов-либералов во главе с Ельциным «крайне неэффективным размещением имевшихся тогда в стране продовольственных ресурсов и колоссальными потерями при хранении излишних запасов», – не мог активно противиться установлению капитализма в России.

Ради сохранения целостности изложения и полноты картины предвидения Достоевского, цитирую часть монологов Верховенского, обращённые к Ставрогину по дороге от Кириллова:

« – Слушайте, мы сделаем смуту… Вы не верите, что мы сделаем смуту? Мы сделаем такую смуту, что всё поедет с основ… Вы боитесь, вы не верите, вас пугают размеры… Нынче у всякого ум не свой. Нынче ужасно мало особливых умов… У меня повсеместно паспорты и деньги, хотя бы это? Хотя бы это одно? И сохранные места, и пусть ищут. Одну кучку вырвут, а на другой сядут. Мы пустим смуту… Неужто вы не верите, что нас двоих совершенно достаточно?...

– Каждый член общества смотрит один за другим и обязан доносом. Каждый принадлежит всем, а все каждому. Все рабы и в рабстве равны. В крайних случаях клевета и убийство, а главное равенство. Первым делом понижается уровень образования, наук и талантов. Высокий уровень наук и талантов доступен только высшим способностям, не надо высших способностей! Высшие способности всегда захватывали власть и были деспотами. Высшие способности не могут не быть деспотами и всегда развращали более, чем приносили пользы; их изгоняют или казнят. Цицерону отрезывается язык, Копернику выкалывают глаза. Шекспир побивается каменьями, вот шигалёвщина!

– Рабы должны быть равны: без деспотизма ещё не бывало ни свободы, ни равенства, но в стаде должно быть равенство… Горы сравнять — хорошая мысль… Не надо образования, довольно науки! И без науки хватит материалу на тысячу лет, но надо устроиться послушанию. В мире одного только недостаёт, послушания. Жажда образования есть уже жажда аристократическая. Чуть-чуть семейство или любовь, вот уже и желание собственности. Мы уморим желание: мы пустим пьянство, сплетни, донос; мы пустим неслыханный разврат; мы всякого гения потушим в младенчестве. Всё к одному знаменателю, полное равенство. «Мы научились ремеслу, и мы честные люди, нам не надо ничего другого» — вот недавний ответ английских рабочих. Необходимо лишь необходимое, вот девиз земного шара отселе. Но нужна и судорога; об этом позаботимся мы, правители. У рабов должны быть правители. Полное послушание, полная безличность, но раз в тридцать лет Шигалёв пускает и судорогу, и все вдруг начинают поедать друг друга, до известной черты, единственно чтобы не было скучно. Скука есть ощущение аристократическое; в шигалёвщине не будет желаний. Желание и страдание для нас, а для рабов шигалёвщина.

– Знаете ли, я думал отдать мир папе (Папе римскому – В.К.). Пусть он выйдет пеш и бос и покажется черни: «Вот, дескать, до чего меня довели!» — и всё повалит за ним, даже войско. Папа вверху, мы кругом, а под нами шигалёвщина. Надо только, чтобы с папой Internationale согласилась; так и будет. А старикашка согласится мигом. Да другого ему и выхода нет, вот помяните моё слово, ха-ха-ха, глупо? Говорите, глупо или нет?

– Довольно! Слушайте, я бросил папу! К чёрту шигалёвщину! К чёрту папу! Нужно злобу дня, а не шигалёвщину, потому что шигалёвщина ювелирская вещь. Это идеал, это в будущем. Шигалёв ювелир и глуп, как всякий филантроп. Нужна чёрная работа, а Шигалёв презирает чёрную работу. Слушайте: папа будет на западе, а у нас, у нас будете вы!

– Ставрогин, вы красавец! Знаете ли, что вы красавец! В вас всего дороже то, что вы иногда про это не знаете. О, я вас изучил! Я на вас часто сбоку, из угла гляжу! В вас даже есть простодушие и наивность, знаете ли вы это? Ещё есть, есть! Вы должно быть страдаете, и страдаете искренно, от того простодушия. Я люблю красоту. Я нигилист, но люблю красоту. Разве нигилисты красоту не любят? Они только идолов не любят, ну, а я люблю идола! Вы мой идол! Вы никого не оскорбляете, и вас все ненавидят; вы смотрите всем ровней, и вас все боятся, это хорошо. К вам никто не подойдёт вас потрепать по плечу. Вы ужасный аристократ. Аристократ, когда идёт в демократию, обаятелен! Вам ничего не значит пожертвовать жизнью и своею и чужою. Вы именно таков, какого надо. Мне, мне именно такого надо как вы. Я никого, кроме вас, не знаю. Вы предводитель, вы солнце, а я ваш червяк…

– Может и брежу, может и брежу! Но я выдумал первый шаг. Никогда Шигалёву не выдумать первый шаг. Много Шигалёвых! Но один, один только человек в России изобрёл первый шаг и знает, как его сделать. Этот человек я. Что́ вы глядите на меня? Мне вы, вы надобны, без вас я нуль. Без вас я муха, идея в стклянке, Колумб без Америки.

– Мы сначала пустим смуту… Мы проникнем в самый народ. Знаете ли, что мы уж и теперь ужасно сильны? Наши не те только, которые режут и жгут, да делают классические выстрелы или кусаются. Такие только мешают. Я без дисциплины ничего не понимаю. Я ведь мошенник, а не социалист, ха-ха! Слушайте, я их всех сосчитал: учитель, смеющийся с детьми над их Богом и над их колыбелью, уже наш. Адвокат, защищающий образованного убийцу тем, что он развитее своих жертв и, чтобы денег добыть, не мог не убить, уже наш. Школьники, убивающие мужика, чтоб испытать ощущение, наши. Присяжные, оправдывающие преступников сплошь, наши. Прокурор, трепещущий в суде, что он недостаточно либерален, наш, наш. Администраторы, литераторы, о, наших много, ужасно много, и сами того не знают! С другой стороны, послушание школьников и дурачков достигло высшей черты; у наставников раздавлен пузырь с желчью; везде тщеславие размеров непомерных, аппетит зверский, неслыханный… Знаете ли, знаете ли, сколько мы одними готовыми идейками возьмём? Я поехал — свирепствовал тезис Littré, что преступление есть помешательство; – приезжаю — и уже преступление не помешательство, а именно здравый-то смысл и есть, почти долг, по крайней мере благородный протест. «Ну как развитому убийце не убить, если ему денег надо!» Но это лишь ягодки. Русский Бог уже спасовал пред «дешовкой». Народ пьян, матери пьяны, дети пьяны, церкви пусты, а на судах: «двести розог, или тащи ведро». О, дайте взрасти поколению. Жаль только, что некогда ждать, а то пусть бы они ещё попьянее стали! Ах как жаль, что нет пролетариев! Но будут, будут, к этому идёт…

– Одно или два поколения разврата теперь необходимо; разврата неслыханного, подленького, когда человек обращается в гадкую, трусливую, жестокую, себялюбивую мразь — вот чего надо! А тут ещё «свеженькой кровушки», чтоб попривык. Чего вы смеётесь? Я себе не противоречу. Я только филантропам и шигалёвщине противоречу, а не себе. Я мошенник, а не социалист. Ха-ха-ха! Жаль только, что времени мало. Я Кармазинову обещал в мае начать, а к Покрову кончить. Скоро? Ха-ха! Знаете ли, что я вам скажу, Ставрогин: в русском народе до сих пор не было цинизма, хоть он и ругался скверными словами. Знаете ли, что этот раб крепостной больше себя уважал, чем Кармазинов себя? Его драли, а он своих богов отстоял, а Кармазинов не отстоял.

– Вас заботит, кто я такой? Я вам скажу сейчас, кто я такой, к тому и веду. Не даром же я у вас руку поцеловал. Но надо, чтоб и народ уверовал, что мы знаем, чего хотим, а что те только «машут дубиной и бьют по своим». Эх, кабы время! Одна беда — времени нет. Мы провозгласим разрушение… почему, почему, опять-таки, эта идейка так обаятельна! Но надо, надо косточки поразмять. Мы пустим пожары… Мы пустим легенды… Тут каждая шелудивая «кучка» пригодится. Я вам в этих же самых кучках таких охотников отыщу, что на всякий выстрел пойдут, да ещё за честь благодарны останутся. Ну-с, и начнётся смута! Раскачка такая пойдёт, какой ещё мир не видал… Затуманится Русь, заплачет земля по старым богам… Ну-с, тут-то мы и пустим… Кого?...

– Ивана-Царевича…

– Мы скажем, что он «скрывается»… Но он явится, явится. Мы пустим легенду получше чем у скопцов. Он есть, но никто не видал его. О, какую легенду можно пустить! А главное — новая сила идёт. А её-то и надо, по ней-то и плачут. Ну что в социализме: старые силы разрушил, а новых не внёс. А тут сила, да ещё какая, неслыханная! Нам ведь только на раз рычаг, чтобы землю поднять. Всё подымется!...

– Я вас никому не покажу, никому: так надо. Он есть, но никто не видал его, он скрывается. А знаете, что можно даже и показать, из ста тысяч одному, например. И пойдёт по всей земле: «видели, видели». И Ивана Филипповича бога-саваофа видели, как он в колеснице на небо вознёсся пред людьми, «собственными» глазами видели. А вы не Иван Филиппович; вы красавец, гордый как бог, ничего для себя не ищущий, с ореолом жертвы, «скрывающийся». Главное, легенду! Вы их победите, взглянете и победите. Новую правду несёт и «скрывается». А тут мы два-три соломоновских приговора пустим. Кучки-то, пятёрки-то — газет не надо! Если из десяти тысяч одну только просьбу удовлетворить, то все пойдут с просьбами. В каждой волости каждый мужик будет знать, что есть, дескать, где-то такое дупло, куда просьбы опускать указано. И застонет стоном земля: «новый правый закон идёт», и взволнуется море, и рухнет балаган, и тогда подумаем, как бы поставить строение каменное. В первый раз! Строить мы будем, мы, одни мы!» (Там же. Т. 10, с. 322-326).

Как тут не взбеситься отцу олигархов, если Достоевский не только описал и высмеял, но и указал на губительность для России и российского народа проводимых им и его сотоварищами преобразований в стране:

– и проникли они в самый народ, паразитируя не столько естественными трудностями роста нового общества, сколько искусственно создаваемыми ими;

– и сделали они смуту, такую смуту, что всё поехало с основ;

– и устроили они рабство, а в рабстве равенство;

– и использовали они клевету и убийство;

– и понизили они первым делом уровень образования, наук, талантов и здравоохранения;

– и уморили они желание;

– и пустили они пьянство, сплетни, донос;

– и пустили они неслыханный разврат;

– и потушили они всякого гения в младенчестве;

– и превратили они людей в бандитов, наркоманов, проституток, геев, лесбиянок;

– и стали люди есть гуталин, нюхать клей, пить технический спирт «Рояль», обильно поставляемые Западом в качестве гуманитарной помощи;

– и не было ни одного мусорного бака, где бы не копошились люди в поисках съестного;

– и надумали они за одно или два поколения разврата, разврата неслыханного, подленького, обратить россиянина в гадкую, трусливую, жестокую, себялюбивую мразь. А тут ещё «свеженькой кровушки», чтоб попривык;

– и провозгласили они разрушение устоев России;

– и пустили они пожары на просторы России;

– и пустили они легенду, что частная собственность, конкуренция и рынок панацея от всех бед и сами всё отрегулируют;

– и не стало ни одного детского сада, ни одной школы, ни одного высшего учебного заведения, ни одной поликлиники, ни одной больницы, ни одного стадиона, ни одного предприятия, где бы не велась торговля ширпотребом;

– и не стала уже спекуляция постыдным делом, а стала благородным занятием;

– и не стало уже преступлением или помешательством убийство отца или матери со словами: «Прости, ничего личного, это бизнес», – а стало почти долгом, по крайней мере благородным протестом против их существования в качестве тормоза на пути к наследству и избавлению от нравоучения родителей;

– и спасовал Русский Бог пред «дешовкой»;

– и затуманилась Русь, заплакала земля по старым богам;

– и пустили они на трон Бориса Царевича;

– и застонала земля российская от прихода нового правого закона, и взволновалось море, и рухнул балаган устроенный Гайдаром, Чубайсом и другими демократами-либералами во главе Ельциным с целью «запуска рыночных механизмов обеспечения населения продуктами питания»;

– и стали они думать, как поставить строение каменное;

– и придумали они запретить государственную идеологию;

– и начали они строить, они, одни они, без учёта мнения, нужд и интересов народа.

Словно в воду глядел Достоевский. В одном ошибся: не Ивана пустили бесы на трон, а Бориса» (http://jurnal.org/articles/2018/polit4.html).

С тех пор на Россию опустилась ночь антипатриотизма. Будучи разорвана Путиным в клочья, она поныне силится заволочь её. Очистимся от антипатриотизма, будет бензин, и прочие товары и услуги, по разумно низкой цене отвечающей интересу потребителя, нет – по безумно высокой цене, отвечающей интересу производителя.

* * *

Национальная (народная) идея и государственная идеология

За 10 лет царствования Бориса, пущенного на отечественный трон бесами в конце 80-х годов прошлого (ХХ) века, патриотизм в России перестал играть ведущую роль в жизни российского народа. Наиболее ярко это выразилось в экономической и политической деятельности царя Бориса и его окружения. Пришедши к власти на руинах разваленного ими советским антипатриотизмом СССР – Союза Советских Социалистических Республик – они изначально руководствовались антипатриотизмом, перенеся его с СССР на Россию, как продолжение борьбы с советским народом, одним из представителей которого был российский народ. Ежегодное сокращение ими численности россиян до одного миллиона человек тому порука.

В целом же, как явствует из сказанного Лужковым и Поповым, людьми ближайшего круга царя Бориса, то есть Президента Ельцина, они, бесы, иначе говоря, Ельцин и Компания, готовы были сократить численность населения России на более чем 100 млн. человек. Говоря о планах реализации экономической и политической деятельности царя Бориса и его окружения, Лужков и Попов (игравшие первую скрипку на политическом, вторую – на экономическом фронте бесов) свидетельствуют, что:

«Тогда уже, – в начале «славных» дел Ельцина и Компании, при численности 150 млн. россиян – В.К., – как бы в поддержку гайдаровских реформ на полном серьёзе высказывалась идея о том, что России нужно всего 45 млн. человек. Этого достаточно, чтобы качать нефть, остальное лишнее» (Ещё одно слово о Гайдаре. // «Московский Комсомолец», 22 января 2010 г.).

С приходом Путина и его сторонников к власти в России на смену Ельцина и Компании, деятельность руководства страны и его окружения взамен антипатриотизма стала наполняться патриотизмом. Свидетельство чему не столько прекращение ежегодного сокращения численности россиян почти на один миллион человек, что уже само по себе положительный результат, сколько, пусть и незначительный, но всё-таки рост численности россиян.

Приверженность Путина российскому патриотизму не вызывает сомнения, чего нельзя сказать относительно его сторонников. В особенности из числа находящихся во власти и около власти. Именно отсутствие патриотизма в деяниях находящихся во власти и около власти сторонников Путина, о противниках нечего и говорить, стоит на первом месте в числе внутренних факторов тормозящих развитие России.

Но, патриотизм, как сказано выше, он и в Африке патриотизм. Он присущ всем народам. Однако это не значит, что у всех народов патриотизм есть национальная, касательно народа - народная идея. Патриотизм становится народной идеей лишь в крайнем случае, на последнем рубеже самозащиты народа от уничтожения. Следовательно, хоть круть, хоть верть, хоть верть-круть, хоть круть-верть, а придание патриотизму значения народной идеи свидетельствует о наличии смертельной угрозы для народа.

Отсюда и педалирование Путиным патриотизма: от значения объединяющей идеи, прочного фундамента российского общества, нравственного ориентира для российских подростков, священного долга россиян и т.д., до значения национальной, а по сути, в соответствии с ранее сказанным, народной идеи российского народа.

Патриотизм в качестве народной идеи, безусловно оздоровил бы российский народ от разъедающих его язв капитализма как то: индивидуализм, корыстолюбие, рынок, частная собственность, инфляция, бедность абсолютного большинства населения страны, безработица, проституция, наркомания, бандитизм, терроризм и так далее. Но для этого, во-первых, он должен стать народной идеей, во-вторых, народная идея должна соответствовать государственной идеологии. Дело в том, что народная идея есть своего рода потенциальная энергия овладевшего ею народа. Сама по себе она не приводит его в движение.

Чтобы патриотизм стал народной идеей недостаточно говорить о нём. Как от бесчисленного разговора о халве во рту не станет сладко, так и от бесчисленного разговора о патриотизме он не станет народной идеей. К тому же, патриотизм не станет народной идеей пока расколото общество. А расколотость нашего общества не вызывает сомнения. Причём у самого основания. Противостояние нескольких тысяч российских производителей, устанавливающих отвечающие их интересам безумно высокие цены на бензин и прочие товары и услуги, с одной стороны, и миллионов неплатежеспособных российских потребителей, с другой, в результате чего:

«Суммарный капитал 200 самых состоятельных россиян вырос в 2017 году до 485 миллиардов долларов, что значительно больше золотовалютных резервов Центробанка (433 миллиарда долларов) и денежных накоплений всего российского населения в банках (около 389 миллиардов долларов)» (https://inosmi.ru/politic/20180426/242084824.html),

– ничто по сравнению с накалом и глубиной диаметрально противоположных, непримиримых отношений россиян: 1) к развалу СССР; 2) к итогам последовавшей за развалом СССР приватизации народного богатства СССР; и 3) к истории Второй Мировой войны и, в особенности, той её части, которая для нас является Великой Отечественной войной. В последнем случае показательна драка в прямом эфире радиостанции «Комсомольская правда» от 30 января 2018 года в программе «Радиорубка», где, словно оправдывая название программы, отстаивая свою правоту зарубились в кулачном бою два известных журналиста, два члена Президентского совета по правам человека: противник Сталина и фальсификатор истории Второй мировой войны, в особенности той её части, которая для нас является Великой Отечественной войной Н. Сванидзе (именуемый в народе свинидзе) и его оппонент М. Шевченко (https://www.youtube.com/watch?v=Fd0skGc9dp4).

Наше общество разделено не столько на сытых и голодных, сколько на противников и сторонников благополучия России. Самое печальное, что указанные противоположности зачастую сходятся. Первые (сытые и противники благополучия России), как правило, присваивают материальное богатство России созданное вторыми сверх необходимого им – вторым – прожиточного минимума. У каждой из сторон свои взгляды, ценности, принципы и идеалы, своя мораль, свой патриотизм – совокупность которых формирует их идеологию в качестве руководящей и направляющей силы их жизнедеятельности. Таким образом, в основе протиборствующих сторон расколотого общества лежит разность их идеологий. Отсюда вывод: для нивелирования разности идеологий протиборствующих сторон нужна единая идеология.

К великому сожалению, действующая ныне Конституция России 1993 года запрещает россиянам иметь единую, т.е. государственную идеологию. Наоборот, она за многообразие идеологий, за множество протиборствующих сторон, за увеличение раскола в обществе:

«СТАТЬЯ 13

1. В Российской Федерации признается идеологическое многообразие.

2. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» (Конституция РФ. Герб. Гимн. Флаг. С изменениями на 2017 год. — Москва: Издательство «Э», 2017. С. 7).

Очевидно, что при отсутствии у народа единой идеологии и признания идеологического многообразия, каждая общность в нём будет руководствоваться своей идеологией, выражающей её интересы, ибо:

«ИДЕОЛОГИЯ (от греч. idea и logos — слово, учение; буквально: учение об идеях) — некоторая совокупность идеалов, ценностей, целей и взглядов, посредством которых определенная общность людей выражает своё отношение к существующей социальной реальности, отдельным её проблемам и конфликтам» (Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. — 7-е изд., перераб. и доп. — М.: Республика, 2001 г., с. 199).

И когда В. Фёдоров, кандидат политических наук, социолог, генеральный директор Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) с 2003 года; работавший в 1991-1993 годах в Институте массовых политических движений Российско-американского университета; бывший с 1993 по 2003 год научным сотрудником Центра политической конъюнктуры; являющийся с 2013 года научным руководителем факультета политологии и социологии Финансового университета при правительстве РФ, – на вопрос корреспондента «Российской газеты»: «Уже почти четверть века в стране отсутствует государственная идеология. Это хорошо или плохо?» – восклицает – «Это прекрасно», то он выражает интересы нынче господствующего класса в России – буржуазии. Вовсе не случайно, в его рассуждениях на заданную корреспондентом тему «Нужна ли России государственная идеология?» сквозит махровая фигура сотрудника Института массовых политических движений Российско-американского университета и мастера политической конъюнктуры:

«Корр.: - Нужна ли России государственная идеология? ВЦИОМ задавал этот вопрос своим респондентам?

Фёдоров: - Это наша излюбленная тема.

Корр.: - И каковы результаты опросов?

Фёдоров: - Большинство все-таки полагает, что идеология нужна. Но относительно того, какая это должна быть идеология, единого мнения нет. Если поверить большинству и ввести единую идеологию, то недовольных окажется больше, чем довольных. Значит, авторы нашей Конституции, введя запрет на государственную идеологию, были правы. Государственная идеология, скорее, разобщит людей, чем сблизит.

Корр.: - Но идеология, претендующая называться государственной, предполагает цементирующее воздействие на общество. Так ведь?

Фёдоров: - По идее, так. Но как только начинаешь эту общую, якобы цементирующую идею детализировать, так сразу возникают сложности. Поясню на примере. Почти все мы разделяем мнение, что чем многочисленнее будет население нашей страны, тем лучше. Когда население сокращается, это плохой знак, а когда увеличивается - хороший. Поэтому большинство считает, что надо всеми способами поддерживать рост населения и всеми способами тормозить депопуляцию. Как это сделать? Тут уже начинаются дискуссии. Скажем, кто-то предложит: давайте запретим аборты. Такая идея способна сплотить общество? Она способна только расколоть его. И таких вопросов миллион. Благих пожеланий насчет того, как бы нам всем объединиться, предостаточно. Но как только переходим к обсуждению конкретных вопросов, выясняется, что реализация этих благих пожеланий ведет нас к гражданскому конфликту.

Корр.: - Уже почти четверть века в стране отсутствует государственная идеология. Это хорошо или плохо?

Фёдоров: - Это прекрасно» (Российская газета - Федеральный выпуск №6749 (178) 13 августа 2015 г.).

Налицо профанация. Это как же сильно надо ненавидеть и бояться свой народ, чтобы ради доказательства ненужности государственной идеологии выставить его полным идиотом, вкладывая в его уста запрещение аборта в качестве общей, якобы цементирующей идеи торможения депопуляции.

В действительности государственная идеология всеобщий стержень мировоззрения народа, основа его жизнедеятельности в качестве единого целого

Отсутствие государственной идеологии – тяжёлое наследие россиян, доставшееся от бесов, т.е. демократов-либералов во главе с Ельциным. В условиях нарастания претензии Запада во главе с США на мировое господство, запрет на государственную идеологию россиян выглядит, мягко говоря, предательством его народных интересов. В то время, как под шумок о конце идеологии (Д. Белл и др.), о конце истории (Ф. Фукуяма и др.), о конце философии (Р. Рорти и др.) и прочей ереси Запад во главе с США прибрав к своим рукам материальные и трудовые ресурсы большинства стран мира навис над Россией, нам, россиянам, на законодательном уровне, конституционно запрещено иметь государственную идеологию.

Между тем, буржуазия, будучи господствующим классом современной России, прекрасно осведомлена, что она, и только она, вне зависимости от прописанности или непрописанности в Конституции разрешения или запрета государственной идеологии, находясь у власти диктует народу, что и как делать, заставляет его исполнять её волю как свою, формирует направление вектора развития России в соответствии со своей идеологией. В том числе и через указанного Фёдорова. А всё потому, что:

«Мысли господствующего класса являются в каждую эпоху господствующими мыслями. Это значит, что тот класс, который представляет собой господствующую материальную силу общества, есть в то же время и его господствующая духовная сила. Класс, имеющий в своём распоряжении средства материального производства, располагает вместе с тем и средствами духовного производства, и в силу этого мысли тех, у кого нет средств для духовного производства, оказываются в общем подчинёнными господствующему классу. Господствующие мысли суть не что иное, как идеальное выражение господствующих материальных отношений, как выраженные в виде мыслей господствующие материальные отношения; следовательно, это — выражение тех отношений, которые и делают один этот класс господствующим, это, следовательно, мысли его господства» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Изд. 2-е. Т. 3, с. 45-46)

Сей секрет Полишинеля и делает из буржуазии цербера действующей Конституции; он то и теплит её надежду на скорое, после ухода Путина из власти, возвращение к нормальной, полноценной деятельности по выжиманию сока из российского народа.

Разумеется, наличие государственной идеологии не панацея. Но то, что государственная идеология как квинтэссенция выработанных народом данного государства идеалов, ценностей, целей и взглядов, – посредством которых он не только выражает своё отношение к существующей социальной реальности, но и направляет свою деятельность на установление новой социальной реальности, – всячески способствует уберечь его (народ), как от привнесения в свою жизнедеятельность со стороны, так и от выработки в своей жизнедеятельности негативных явлений – непреложная истина.

Мы расходуем огромные средства на оборону в ожидании нападения врагов извне, и почти не обращаем внимания на врагов внутренних. А ведь внутренние враги опаснее внешних, о чём витийствует уничтожение Советского Союза гайдарами, демаковыми, ельциными, новодворскими, сахаровыми, сванидземи, собчаками, солженицыными, федотовыми, чубайсами, шохиными, явлинскими и прочими демократами-либералами без единого выстрела со стороны и вопреки желанию советского народа. Нынче те же гайдары, демаковы, ельцины, новодворские, сахаровы, сванидзе, собчаки, солженицыны, федотовы, чубайсы, шохины, явлинские и прочие демократы-либералы ежедневно, ежечасно, ежеминутно, ежесекундно искажая, извращая и оскверняя нашу историю, нашу культуру, наши традиции, наши идеи, наши идеалы и наши ценности, как в прошлом, так и в настоящем, бесовски подтачивают основы нашей государственности:

• учитель, смеющийся с детьми над их Богом и над их колыбелью, их;

• адвокат, защищающий образованного убийцу тем, что он развитее своих жертв и, чтобы денег добыть, не мог не убить, их;

• политики, не признающие волеизъявление крымчан, подавляющим большинством высказавшихся на Референдуме 2014 года за воссоединение Крыма с Россией, выступающие против признания Крыма российским, против оказания Россией помощи истекающему кровью Донбассу, их;

• школьники, убивающие мужика, чтоб испытать ощущение, их;

• присяжные и судьи, оправдывающие преступников сплошь, их;

• служащий, запустивший руку в карман народа, их;

• прокурор, трепещущий в суде, что он недостаточно либерален, их, их;

• администраторы, литераторы, о, их много, ужасно много, и сами того не знают!

Военной техникой не справиться с внутренними врагами. Ею их не вычислить и не вычистить. Для профилактики общества нужна государственная идеология.

Народ, не чтящий свою историю, свою культуру, свои традиции, не имеющий своих идей, своих идеалов, своих целей и своих ценностей, лишённый видения перспективы своего развития, обречён чтить чужую историю, чужую культуру, чужие традиции и следовать чужим идеям, чужим целям, чужому видению перспективы его развития. Он подобен слепому, которым волен манипулировать всякий мало-мальски зрячий.

Во избежание этого – россияне взыскуют государственную идеологию.


Комментариев пока нет