Есть мнение Статьи Открытая трибуна

СМЕРШ- история создания и факты.

25 апреля 2017

СМЕРШ — аббревиатура от «Смерть шпионам», так назывались ряд контрразведывательных органов СССР во время Великой Отечественной войны. СМЕРШ был создан 19 апреля 1943 года и просуществовал всего 3 года, до 1946 года

Однако даже этого, исторически ничтожного срока, хватило для того что бы часть либерально мыслящей публики записало СМЕРШ в репрессивно-карательные органы сталинского режима.

Чем заслужил это СМЕРШ?

Трудно сказать точно, возможно тем, что через него, через сито фильтрационных лагерей проходили вернувшиеся из плена красноармейцы или сыграл свою роль тот факт, что самый известный диссидент советской эпохи А.И. Солженицын был арестован именно СМЕРШом.

Служба оперативного состава ГУКР СМЕРШ была крайне опасной — в среднем оперативник служил 3 месяца, после чего выбывал по смерти или ранению.

Только во время боев за освобождение Белоруссии погибли 236 и пропали без вести 136 военных контрразведчиков.

Деятельность этой организации сейчас, в последние года два-три, вызвала повышенный интерес, даже кинематограф разразился парой сериалов на эту тему, справедливости ради, стоит сказать, что по качеству данная кинопродукция уступает экранизации «Момента истины» Богомолова.

В общем, стоит рассмотреть работу СМЕРШа пристально и ничего нет более объективного, чем документы самого СМЕРШа, в свое время не предназначенные для широкого круга читателей.

Задачи, поставленные перед СМЕРШ были такие:

а) Борьба со шпионской, диверсионной, террористической и иной подрывной деятельностью иностранных разведок в частях и учреждениях Красной Армии;

б) Борьба с антисоветскими элементами, проникшими в части и учреждения Красной Армии;

в) Принятие необходимых агентурно-оперативных и иных [через командование] мер к созданию на фронтах условий, исключающих возможность безнаказанного прохода агентуры противника через линию фронта с тем, чтобы сделать линию фронта непроницаемой для шпионских и антисоветских элементов;

г) Борьба с предательством и изменой Родине в частях и учреждениях Красной Армии [переход на сторону противника, укрывательство шпионов и вообще содействие работе последних];

д) Борьба с дезертирством и членовредительством на фронтах;

е) Проверка военнослужащих и других лиц, бывших в плену и окружении противника;

ж) Выполнение специальных заданий народного комиссара обороны.

Органы „Смерш“ освобождаются от проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с задачами, перечисленными в настоящем разделе»

(из Постановление ГКО об утверждении положения о ГУКР «Смерш» НКО СССР)

Почему необходимость создания такой контрразведывательной службы как СМЕРШ возникла именно в 1943 году?

Активность Абвера была высокой с самого начала Великой отечественной войны.

В 1942 году спецслужбы Германии начали резко наращивать масштаб операций против СССР, в 1942 году в специальных школах и учебных пунктах абвера и СД одновременно проходило подготовку до 1500 человек.

Обучение длилось от полутора (для так называемых обычных шпионов) до трех (для шпионов-радистов и диверсантов) месяцев. Вместе взятые, все разведывательные школы, пункты и курсы за год выпускали примерно около 10 тысяч шпионов и диверсантов. Ставилась задача разведывательного изучения перемен в инфраструктуре на гораздо большую глубину, заговорили о необходимости добывать данные обо всем, что касалось мобилизации и стратегического развертывания резервов Вооруженных Сил СССР, их морального состояния, уровня дисциплины и выучки.

Требовали не только оценить состояние обороны и концентрацию технических средств на направлении главного удара, но и выяснить возможности советской экономики справляться с неотложными нуждами войск в условиях, когда продолжается массовое перемещение промышленных предприятий и научно-исследовательских институтов в восточные районы страны.

Во взаимодействии с СД абверу предстояло развернуть активную диверсионную деятельность в промышленности и на транспорте с целью разрушения коммуникаций, транспортных узлов, вывода из строя шахт, электростанций, оборонных заводов, хранилищ горюче-смазочных материалов, продовольственных складов.

Абвер перешел к более агрессивной и наступательной деятельности.

Массовая вербовка агентуры, небывалые размеры ее заброски рассматривались в тот период доказательством способности руководителей гитлеровской разведки анализировать, познавать изменяющиеся условия и приспосабливаться к ним

В 1943 году активность Абвера достигла своего пика.

Глава Абвера адмирал Канарис совершил поездку на Восточный фронт в июне 1943 года.

На совещании в Риге, где присутствовали руководители абверштелле и полевых разведывательных органов, начальники разведывательно-диверсионных школ, Канарис положительно оценил деятельность отдела Абвер III — на него произвело впечатление сообщение начальника абверкоманды-104 майора Гезенрегена о массовых арестах и расстрелах русских, не принимающих «новый порядок».

Канарис так и сказал: «Служба нашей контрразведки помогает фюреру укреплять новый порядок».

Что касается первого и второго отделов абвера в группе армий «Норд», то их действия он оценил как неудовлетворительные.

«Наш отдел агентурной разведки и диверсионная служба, — сказал он, — утратили наступательный дух, на чем я настаивал всегда.

Мы не имеем агентуры в советских штабах, а она должна быть там. Я решительно требую массовой засылки агентуры.

Мною создано вам столько школ, сколько нужно… »

В 1943 году масштабы заброски агентуры в советский тыл выросли почти в полтора раза по сравнению с 1942 годом.

Надо сказать, что Абвер не сильно заботился о качестве агентуры, качество подготовки приносилось в жертву ради количества. Возможно в Абвере исповедовали философский закон о неминуемом переходе количества в качество.

Но, в любом случае такие «стахановские методы» заброски шпионов и диверсантов в тыл Красной Армии неминуемо приводили к напряжению всех контрразведывательной служб РККА и НКВД , создавали благоприятные условия для работы наиболее ценных и опытных агентов.

Интересно, что руководство Абвера порой страдало явно авантюристическими замыслами, ставя перед своей агентурой, прямо скажем, задачи космического масштаба.

Так в августе 1943 в Казахскую ССР была заброшена группа, которая должна была опираясь на помощь местных националистических элементов, развернуть агитацию среди населения за отделение Казахстана от Советского Союза и за образование, ни больше ни меньше, самостоятельного государства под протекторатом Германии.

Еще пример, 23 мая 1944 года была зафиксирована в районе поселка Утта Астраханской области посадка вражеского сверхмощного самолета, с которого был высажен отряд диверсантов в количестве 24 человек во главе с официальным сотрудником германской разведки капитаном Эбергардом фон Шеллером

Эта группа была направлена немецким разведорганом «Валли I» для подготовки на территории Калмыкии базы для переброски 36 (!)эскадронов так называемого «Калмыцкого корпуса доктора Долля» для организации восстания среди калмыков.

Дебютом СМЕРШ и проверкой на прочность стала Курская битва. СМЕРШ предпринимал титанические усилия по обеспечению секретности проведения этой стратегической операции.

Одним из источников информации для немецкой разведки были перебежчики.

Из докладной записки УКР «Смерш» Брянского фронта зам.

наркома обороны СССР B.C. Абакумову об итогах оперативно-чекистских

мероприятий под кодовым названием «Измена Родине»

19 июня 1943 г.

Совершенно секретно

В мае с.г. наиболее пораженными изменой Родине были 415-я и

356-я сд 61-й армии и 5-я сд 63-й армии, из которых перешли к противнику 23 военнослужащих.

Одной из наиболее эффективных мер борьбы с изменниками

Родине, в числе других, было проведение операций по инсценированную под видом групповых сдач в плен к противнику военнослужащих, которые проводились по инициативе Управления] контрразведки «Смерш» фронта под руководством опытных оперативных работников отделов контрразведки армии.

Операции происходили и 3 июня с.г. на участках 415-й и 356-й

сд с задачей: под видом сдачи в плен наших военнослужащих сблизиться с немцами, забросать их гранатами, чтобы противник в будущем каждый переход на его сторону группы или одиночек изменников встречал огнем и уничтожал.

Для проведения операций были отобраны и тщательно провере-

ны три группы военнослужащих 415-й и 356-й сд.

В каждую группу входили 4 человека.

В 415-й сд одна группа состояла из разведчиков дивизии,

вторая — из штрафников.

В 356-й сд создана одна группа из разведчиков дивизии.

Не следует удивляться тому, что были перебежчики в июне 1943, такое случалось и в 1945 году.

И немцы и наши разбрасывали всю войну миллионы листовок-пропусков в плен.

Вот, что вспоминал Гельмут Клауссман, 111 ПД Вермахта:

«Вообще перебежчики были с обоих сторон, и на протяжении всей войны.

К нам перебегали русские солдаты и после Курска. И наши солдаты к русским перебегали.

Помню, под Таганрогом два солдата стояли в карауле, и ушли к русским, а через несколько дней, мы услышали их обращение по радиоустановке с призывом сдаваться.

Я думаю, что обычно перебежчиками были солдаты, которые просто хотели остаться в живых.

Перебегали обычно перед большими боями, когда риск погибнуть в атаке пересиливал чувство страха перед противником.

Мало кто перебегал по убеждениям и к нам, и от нас.

Это была такая попытка выжить в этой огромной бойне.

Надеялись, что после допросов и проверок тебя отправят куда-нибудь в тыл, подальше от фронта.

 А там уж жизнь как-нибудь образуется.»

Комментарии 2

https://альфановости.рф/андрей-маевич-антироссийские-либера/ вот тут посмотрите!!От чистого сердца и искренно!
Смерш (сокращение от «Смерть шпионам!») — название ряда независимых друг от друга контрразведывательных организаций в Советском Союзе во время Второй мировой войны.

Главное управление контрразведки «Смерш» Наркомата обороны (НКО) — военная контрразведка, начальник — В. С. Абакумов. Подчинялось непосредственно наркому обороны И. В. Сталину.
Управление контрразведки «Смерш» Наркомата Военно-Морского Флота, начальник — генерал‑лейтенант береговой службы П. А. Гладков. Подчинялось наркому флота Н. Г. Кузнецову.
Отдел контрразведки «Смерш» Наркомата внутренних дел, начальник — С. П. Юхимович. Подчинялся наркому Л. П. Берии.
19 апреля 1943 года секретным Постановлением СНК СССР № 415—138сс на базе Управления особых отделов (УОО) НКВД СССР были созданы:

Главное управление контрразведки «Смерш» Народного комиссариата обороны СССР, начальник — комиссар ГБ 2 ранга В. С. Абакумов.
Управление контрразведки «Смерш» Народного комиссариата Военно-Морского флота СССР, начальник — комиссар ГБ П. А. Гладков.
15 мая 1943 года, в соответствии с упомянутым постановлением СНК, для агентурно-оперативного обслуживания пограничных и внутренних войск, милиции и других вооруженных формирований Наркомата внутренних дел, приказом НКВД СССР № 00856 был создан:

Отдел контрразведки (ОКР) «Смерш» НКВД СССР, начальник — комиссар ГБ С. П. Юхимович.
Эти три структуры являлись независимыми контрразведывательными подразделениями и подчинялись только руководству данных ведомств. Главное управление контрразведки «Смерш» в НКО подчиняось напрямую наркому обороны Сталину, управление контрразведки «Смерш» НКВМФ подчинялось наркому флота Кузнецову, отдел контрразведки «Смерш» в Наркомате внутренних дел подчинялся непосредственно наркому Берии. Высказываемое некоторыми исследователями предположение, что Берия и Абакумов использовали структуры «Смерш» в целях взаимного контроля, не подтверждается документами из архивных источников[3].

21 апреля 1943 года И. В. Сталин подписал Постановление ГКО № 3222 сс/ов «Об утверждении положения о Главном управлении контрразведки НКО („Смерш“) и его органах на местах». Данное постановление находится на секретном хранении[4].

31 мая 1943 года И. В. Сталин подписал Постановление ГКО № 3461 сс/ов «Об утверждении Положения об Управлении контрразведки НКВМФ „Смерш“ и его органах на местах». Данное постановление находится на секретном хранении[5].

Первым приказом по личному составу ГУКР «Смерш», 29 апреля 1943 года, (приказ № 1/сш) Нарком обороны СССР И. В. Сталин установил новый порядок присвоения званий офицерскому составу нового Главка, имевшему преимущественно «чекистские» спецзвания:

«В соответствии с утвержденным Государственным Комитетом Обороны положением о Главном Управлении Контрразведки Народного Комиссариата Обороны „СМЕРШ“ и его органах на местах, — П Р И К А З Ы В А Ю : 1. Присвоить личному составу органов „СМЕРШ“ воинские звания установленные Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР в следующем порядке: НАЧАЛЬСТВУЮЩЕМУ СОСТАВУ ОРГАНОВ „СМЕРШ“: а) имеющим звание мл.лейтенант гос.безопасности — МЛ.ЛЕЙТЕНАНТ; б) имеющим звание лейтенант гос.безопасности — ЛЕЙТЕНАНТ; в) имеющим звание ст.лейтенант гос.безопасности — СТ.ЛЕЙТЕНАНТ; г) имеющим звание капитан гос.безопасности — КАПИТАН; д) имеющим звание майор гос.безопасности — МАЙОР; е) имеющим звание подполковник гос.безопасности — ПОДПОЛКОВНИК; е) имеющим звание полковник гос.безопасности — ПОЛКОВНИК.

2. Остальным лицам начальствующего состава, имеющим звание комиссар гос.безопасности и выше, — воинские звания присвоить в персональном порядке».

Однако, вместе с тем, есть достаточно примеров, когда военные контрразведчики-«смершевцы» (особенно это касается старших офицеров) носили персональные звания госбезопасности. Так, например, подполковник ГБ Г. И. Поляков (звание присвоено 11 февраля 1943 года) с декабря 1943-го по март 1945-го возглавлял отдел контрразведки «СМЕРШ» 109-й стрелковой дивизии.

Сотрудникам всех трех ведомств «Смерш» надлежало носить форму одежды и знаки различия воинских частей и соединений, ими обслуживаемых.

26 мая 1943 г. Постановлением СНК СССР № 592 СНК СССР (опубликовано в печати) руководящим работникам органов «Смерш» (НКО и НКВМФ) были присвоены общегенеральские звания.

Начальник ГУКР НКО СССР «Смерш» В. С. Абакумов — единственный «армейский смершевец», несмотря на назначение его, по совместительству, заместителем Наркома обороны (занимал этот пост чуть более месяца — с 19.04 по 25.05.1943 г.), сохранял за собой вплоть до июля 1945 г «чекистское» спецзвание комиссар ГБ 2 ранга.

Начальник УКР НКВМФ СССР «Смерш» П. А. Гладков 24.07.1943 стал генерал-майором береговой службы, а начальник ОКР НКВД СССР «Смерш» С. П. Юхимович — оставался до июля 1945 г. комиссаром ГБ.

В 1941 г. Сталин подписал постановление ГКО СССР о государственной проверке (фильтрации) военнослужащих Красной Армии, бывших в плену или в окружении войск противника. Аналогичная процедура осуществлялась и в отношении оперативного состава органов госбезопасности. Фильтрация военнослужащих предусматривала выявление среди них изменников, шпионов и дезертиров. Постановлением СНК от 6 января 1945 г. при штабах фронтов начали функционировать отделы по делам репатриации, в работе которых принимали участие сотрудники органов «Смерш». Создавались сборно-пересыльные пункты для приема и проверки советских граждан, освобожденных Красной Армией.


«СМЕРШ»: Исторические очерки и архивные документы. М. 2005
Сообщается, что с 1941 по 1945 гг. советскими органами было арестовано около 700 тыс. человек — около 70 тыс. из них расстреляно. Также сообщается, что через «чистилище» СМЕРША прошло несколько миллионов человек и около четверти из них тоже были казнены[6]. В годы войны был арестован 101 генерал и адмирал: 12 умерли во время следствия, 8 освободили за отсутствием состава преступления, 81 был осужден Военной коллегией Верховного суда и особым совещанием[7].

Для слежки и контроля над инакомыслием СМЕРШ создал и поддерживал целую систему слежки за гражданами в тылу и на фронте. Угрозы расправы приводили к сотрудничеству с секретной службой и к безосновательным обвинениям против военнослужащих и гражданского населения[6].

Также сегодня сообщается, что СМЕРШ играл большую роль в распространении сталинской системы террора на страны Восточной Европы, где установились дружеские к Советскому Союзу режимы. Например, сообщается, что на территории Польши и Германии после войны некоторые бывшие нацистские концлагеря продолжали функционировать «под эгидой» СМЕРШ как место репрессий идеологических противников новых режимов (в качестве обоснования приводится информация, что в бывшем нацистском концлагере Бухенвальд ещё несколько лет после войны содержалось свыше 60 тыс. противников социалистического выбора)[6].

Вместе с тем, репутация СМЕРШ как репрессивного органа часто преувеличивается в современной литературе. Никакого отношения к преследованию мирного населения ГУКР СМЕРШ не имело, да и не могло этим заниматься, так как работа с мирным населением — прерогатива территориальных органов НКВД-НКГБ. Вопреки распространённому мнению, органы СМЕРШ не могли приговорить кого-либо к тюремному заключению или расстрелу, так как не являлись судебными органами. Приговоры выносил военный трибунал или Особое совещание при НКВД.

Заградотряды при органах «Смерш» никогда не создавались, и сотрудники «Смерш» их никогда не возглавляли. В начале войны заградительные мероприятия осуществлялись войсками НКВД по охране тыла Действующей армии. В 1942 г. начали создаваться заградительные отряды при каждой армии, находившейся на фронте. Фактически они предназначались для поддержания порядка во время боёв. Только во главе заградотрядов Сталинградского и Юго-Западного фронтов в сентябре-декабре 1942 г. стояли работники особых отделов НКВД.

Для обеспечения оперативной работы, охранения мест дислокации, конвоирования и охраны арестованных из частей Красной Армии органам «Смерша» выделялись: для фронтового управления «Смерш» — батальон, для армейского отдела — рота, для отдела корпуса, дивизии и бригады — взвод. Что же касается заградотрядов, то заградительные службы активно использовались работниками «Смерш» для розыска агентуры разведки противника. Например, накануне наступательных операций фронтов большой размах приобретали с участием органов «Смерш» мероприятия по линии заградслужбы. В частности, осуществлялось прочёсывание военных гарнизонов, до 500 и более населенных пунктов с прилегающими к ним лесными массивами, производился осмотр нежилых помещений, тысяч заброшенных землянок. В ходе таких «зачисток», как правило, задерживалось большое число лиц без документов, дезертиров, а также военнослужащих, имевших на руках документы с признаками, указывающими на их изготовление в Абвере.

Военные контрразведчики «Смерш» иногда не только выполняли свои прямые обязанности, но и непосредственно участвовали в боях с гитлеровцами, нередко в критические моменты принимали на себя командование ротами и батальонами, потерявших своих командиров. Немало армейских чекистов погибло при исполнении служебных обязанностей, заданий командования Красной Армии и Военно-Морского Флота.

Например, ст. лейтенант А. Ф. Калмыков, оперативно обслуживавший батальон 310 сд., был награждён посмертно орденом Красного Знамени за следующий подвиг. В январе 1944 г. личный состав батальона пытался овладеть штурмом деревней Осия Новгородской области. Наступление было остановлено сильным огнём противника. Повторные атаки результатов не давали. По договорённости с командованием Калмыков возглавил группу бойцов и с тыла проник в деревню, обороняемую сильным вражеским гарнизоном. Внезапный удар вызвал у немцев замешательство, однако их численное превосходство позволило окружить смельчаков. Тогда Калмыков вызвал по рации «огонь на себя». После освобождения деревни на её улицах, кроме погибших советских воинов, было обнаружено около 300 трупов противника, уничтоженного группой Калмыкова и огнём советских орудий и миномётов[8].

Всего за годы войны четверо сотрудников СМЕРШа были удостоены высшей награды — звания Героя Советского Союза: старший лейтенант Пётр Анфимович Жидков, лейтенант Григорий Михайлович Кравцов, лейтенант Михаил Петрович Крыгин, лейтенант Василий Михайлович Чеботарёв. Все четверо удостоены этого звания посмертно.


Ви́ктор Семёнович Абаку́мов (11 (24) апреля 1908, Москва — 19 декабря 1954, Ленинград) — советский государственный деятель, генерал-полковник (09.07.1945, комиссар государственной безопасности 2-го ранга).

Заместитель наркома обороны и начальник Главного управления контрразведки «СМЕРШ» Народного комиссариата обороны СССР (1943—1946), министр государственной безопасности СССР (1946—1951).

Депутат Верховного Совета СССР 2 созыва.

12 июля 1951 года В. С. Абакумов был арестован, обвинён в государственной измене и сионистском заговоре в МГБ.

После смерти Сталина обвинения против Абакумова были изменены; ему вменялось в вину «Ленинградское дело», сфабрикованное им, согласно новой официальной версии.

Предан закрытому суду в Ленинграде и 19 декабря 1954 года расстрелян в Левашово под Ленинградом.

В 1997 году Военной коллегией Верховного суда приговор был переквалифицирован по статье «воинские должностные преступления» и заменён 25 годами заключения.

Александр Анатольевич Вадис (1906—1968) — контрразведчик, заместитель министра государственной безопасности Украинской ССР, генерал-лейтенант (1944).
Родился в украинской крестьянской семье. С 1913 до 1917 учился в гимназии в города Бахмут. С ноября 1918 беспризорничал в Киеве. С июня 1920 до ноября 1922 служил в РККА. После демобилизации батрак у кулака Вильчинского в селе Конюшевка. В 1923 вступил в комсомол. С августа 1924 секретарь районной ячейки ЛКСМ Украины, Немировский детдом, местечко Вахновка. С сентября 1925 коммунар в коммуне «Пахарь». С декабря 1926 заведующий районным детским бюро райкома ЛКСМ Украины, с июля 1927 ответственный секретарь Винницкого райкома ЛКСМ Украины. Член ВКП(б) с апреля 1928. Снова в РККА курсант в 96-м стрелковом полку 96-й стрелковой дивизии с ноября 1928 до ноября 1930.

С 1930 в ГПУ Украины. В 1938 начальник Бердичевского городского отдела НКВД, начальник 4-го отделения 3-го отдела УГБ НКВД УССР. В 1939 начальник 3-го отдела УГБ УНКВД Каменец-Подольской области. В 1941 начальник УНКВД, начальник УНКГБ Тернопольской области[1], начальник Особого отдела НКВД 26-й армии. В 1941—1942 заместитель начальника Особого отдела НКВД Юго-Западного фронта. В 1942 начальник Особого отдела НКВД Брянского фронта. В 1942—1943 начальник Особого отдела НКВД Воронежского фронта. В 1943—1945 начальник Управления контрразведки СМЕРШ Центрального — Белорусского[2] — 1-го Белорусского фронта — Группы советских оккупационных войск в Германии. В 1945—1946 начальник Отдела контрразведки СМЕРШ, начальник Управления контрразведки МГБ Забайкальско-Амурского военного округа. В 1947—1951 начальник Главного управления охраны МГБ СССР на железнодорожном и водном транспорте. В 1951 заместитель министра государственной безопасности УССР.

24 ноября 1951 уволен из органов МГБ СССР. В 1951—1953 работал в системе ИТЛ МВД СССР. В 1952 исключён из коммунистической партии за злоупотребление служебным положением. 25 декабря 1953 уволен из органов МВД СССР «по фактам дискредитации». 23 ноября 1954 постановлением Совмина СССР № 2349-1118сс лишён воинского звания генерала и всех боевых наград «как дискредитировавший себя за время работы в органах… и недостойный в связи с этим высокого звания генерала». Вслед за этим лишён пенсии, а в 1955 выселен из квартиры. До самой смерти в 1968 А. А. Вадис жил в съёмной комнате коммуналки и работал сторожем. После 1957 когда маршал Г. К. Жуков был смещён с поста министра обороны, ему предлагали написать покаянное письмо Н. С. Хрущёву и подать заявление о восстановлении в КПСС, однако он категорически отказался это делать.

Михаил Дмитриевич Рюмин (1 сентября 1913 — 22 июля 1954) — видный деятель НКГБ — МГБ СССР, полковник, заместитель министра государственной безопасности СССР (19 октября 1951 — 13 ноября 1952 г.).


Родился в крестьянской семье в селе Кабанье Кабанской волости Шадринского уезда Пермской губернии (ныне Шадринский район Курганской области). Член ВКП(б) с 1943 г.

Начальный период[править
В 1929 году окончил восемь классов школы 2-й ступени в Шадринске.

С мая 1929 года по февраль 1931 года работал счетоводом в сельскохозяйственной артели «Ударник» в родном селе.

С апреля 1930 года по июнь 1930 года — слушатель Шадринских бухгалтерских курсов районного Союза потребительских обществ.

С июня 1930 года по февраль 1931 года — бухгалтер в артели «Ударник».

С февраля 1931 года по июнь 1931 года — бухгалтер-инструктор Кабаниевского райколхозсоюза, районного отделения связи (Уральская область).

С июня 1931 года учился на курсах связи в Шадринске, после их окончания в сентябре 1931 года работал бухгалтером, старшим бухгалтером, бухгалтером-инструктором управления связи Уральской области (сентябрь 1931 года - июнь 1933 года), одновременно в 1931 — 1932 г. учился на комсомольском отделении Коммунистического университета имени В. И. Ленина (Свердловск).

В сентябре 1934 года — марте 1935 года учился на курсах Союзархивучёта, однако не окончил их.

С мая 1934 года по сентябрь 1935 года — главный бухгалтер управления связи Свердловской области.

В сентябре 1935 года призван в армию (рядовой, с 15 сентября 1935 года служил при штабе УрВО, с 15 декабря 1935 года по июль 1936 года — бухгалтер-экономист штаба).

В июле — августе 1937 года вновь работал главным бухгалтером управления связи Свердловской области.

С 13 сентября 1937 года — бухгалтер-ревизор финансового сектора Центрального управления речных путей Наркомата водного транспорта СССР.

С 27 сентября 1938 года — главный бухгалтер, затем, до июня 1941 г., — начальник планово-финансового отдела Управления канала Москва — Волга.

После начала Великой Отечественной войны направлен на работу в НКВД.

В НКВД-МГБ
Учился в Высшей школе НКВД СССР (22 июля — сентябрь 1941 года), затем находился на следственной работе в ОО НКВД — ОКР «Смерш» Архангельского ВО: следователь, старший следователь 4-го отделения ОО НКВД по Архангельскому ВО, с 21 мая 1943 г. — заместитель начальника, с 17 января 1944 года по 15 декабря 1944 года — начальник 4-го (следственного) отделения ОКР «Смерш» Архангельского ВО. С 15 декабря 1944 года по 23 марта 1945 года — начальник 4-го (следственного) отделения ОКР «Смерш» Беломорского ВО.

Затем переведён в центральный аппарат ГУКР «Смерш» (затем МГБ СССР), занимал должности:

старший следователь 1-го отделения 6-го отдела ГУКР «Смерш» (25 марта 1945 года — 22 мая 1946 года);
заместитель начальника 2-го отделения 6-го отдела 3-го Главного Управления МГБ СССР (22 мая 1946 года — 21 сентября 1949 года);
старший следователь Следственной части по особо важным делам МГБ (21 сентября 1949 года — 10 июля 1951 года).
В 1951 г. получил выговор за утерю папки с материалами следствия в служебном автобусе. Также он скрывал от руководства факты, компрометирующие его родственников, — отец Рюмина был кулаком, брат и сестра обвинялись в воровстве, а тесть во время Гражданской войны служил у Колчака.

М. Рюмина называли «кровавым карликом» за то, что он «выбивал» показания, истязая людей пытками. В 1948 году «добывал» материалы для ареста маршала Г. К. Жукова.

Рюмин участвовал в затеянном Абакумовым по приказу Сталина следствии по делу «Маршал» — по подготовке материалов для ареста Георгия Жукова. Он вёл дело арестованного Героя Советского Союза майора П. Е. Брайко, избивая, принудил его подписать показания в отношении «одного из Маршалов Советского Союза». Также, добиваясь показаний на Жукова и Серова, прижёг язык папиросой арестованному бывшему кладовщику Берлинского оперсектора НКВД А. В. Кузнецову.

Выдвинулся благодаря «делу врачей». Николай Месяцев, будучи ещё только комсомольцем-стажёром, в 1953 году провёл ревизию материалов следствия по «делу врачей» и установил, что оно было сфабриковано по инициативе Рюмина. В интервью газете «Советская Россия» он вспоминает:

Инициатором [дела врачей] надо считать начальника следчасти Рюмина, известного как отъявленный карьерист… Некоторые полагают, что толчком к возникновению «дела врачей» явилось будто бы высказанное Сталиным подозрение, что в смерти бывших членов Политбюро Калинина, Щербакова, Жданова повинны лечившие их врачи. В МГБ решили подтвердить «догадку» вождя. Появляется заявление сотрудницы кремлёвской больницы Лидии Тимашук. Создаётся экспертная комиссия, во главе которой становится Рюмин. И — закрутилась машина.
— [3]
2 июля 1951 года по требованию Д. Н. Суханова (помощника Г. М. Маленкова) направил заявление на имя И. В. Сталина, в котором обвинял министра госбезопасности СССР В. С. Абакумова в сокрытии важных материалов по поводу смерти секретаря ЦК А. С. Щербакова, в препятствовании расследованию дел арестованных профессора Я. Г. Этингера, заместителя генерального директора А/О «Висмут» Салиманова, многочисленных нарушениях следственных процедур, нарушении законов и др. 12 июля Абакумов был арестован. Были арестованы также десятки сотрудников МГБ, а на следующий день появилось закрытое письмо ЦК ВКП(б) «О неудовлетворительной ситуации в Министерстве государственной безопасности СССР».

С 10 июля 1951 года — врио начальника, с 19 октября — начальник Следственной части по особо важным делам МГБ СССР. Одновременно 19 октября 1951 года назначен заместителем министра государственной безопасности СССР и членом Коллегии МГБ. В 1952 году вел по указанию Сталина «Мингрельское дело».

Постановлением СМ СССР от 13 ноября 1952 года отстранен от работы в МГБ и направлен в распоряжение ЦК КПСС за неспособность раскрыть «дело Абакумова» и «дело врачей» (они «все ещё остаются не раскрытыми до конца»).

14 ноября 1952 года назначен старшим контролёром Министерства госконтроля СССР (по Министерству финансов и Государственной штатной комиссии).

Арест и расстрел
17 марта 1953 года, после смерти Сталина, арестован, содержался в Лефортовской тюрьме. На допросах отрицал обвинения во вражеской деятельности, охотно признавая отдельные ошибки. Выразил желание работать на любом посту, куда направит его партия. Дважды беседовал с Л. П. Берия. В первый раз он обнадёжил Рюмина, что тот может быть помилован, если «полностью раскроет своё нутро». 28 марта 1953 года состоялась вторая беседа, закончившаяся через 25 минут фразой: «Больше я вас и вы меня не увидим. Мы вас ликвидируем». Позже Рюмин стал утверждать, что дело на него было создано «врагами народа Берией, Кобуловым, Гоглидзе и Влодзимирским, которым он мешал».

2—7 июля 1954 года Военная коллегия Верховного Суда СССР рассмотрела в судебном заседании дело по обвинению М. Д. Рюмина в преступлении, предусмотренном ст. 58-7 Уголовного Кодекса РСФСР. В сообщении об этом заседании говорилось: «Судебным следствием установлено, что Рюмин в период его работы в должности старшего следователя, а затем и начальника следственной части по особо важным делам бывшего Министерства государственной безопасности СССР, действуя, как скрытый враг Советского государства, в карьеристских и авантюристических целях стал на путь фальсификации следственных материалов, на основании которых были созданы провокационные дела и произведены необоснованные аресты ряда советских граждан, в том числе видных деятелей медицины... Рюмин, применяя запрещённые советским законом приёмы следствия, принуждал арестованных оговаривать себя и других лиц в совершении тягчайших преступлений — измене Родине, вредительстве, шпионаже и др. Последующим расследованием установлено, что эти обвинения не имели под собой никакой почвы, привлечённые по этим делам полностью реабилитированы» ("Правда", 8 июля 1954 г.).

7 июля 1954 года приговорён Военной коллегией Верховного Суда СССР к высшей мере наказания с конфискацией имущества.

Расстрелян 22 июля 1954 года. Не реабилитирован.