Есть мнение Статьи Главная тема

КРАСНЫЕ НАВАЛЬНЯТА ИЛИ НЕУЛОВИМЫЕ ЛЕВЕНЬКИЕ И ПСЕВДОЛЕВЫЕ

16 ноября 2017

Развал левого движения руководителями парламентских КПРФ и СР, оттенённая деятельностью бюрократов-партократов РОТ-Фронта и товарища-капиталиста Максима Сурайкина из КП «Коммунисты России» окончательно дискредитировали левую идею. Попытками её разнообразить являются полуигровые виртуальные партейки и организации сталинистского типа. Все они небольшие и находятся в конкурентных отношениях друг с другом. По большей части, они медленно умирают. Сталинистские «комсомолы» подобных партеек проходят молодые люди с воспаленным сознанием и собственными - неизвестно откуда взявшимися - представлениями, как должно выглядеть левое коммунистическое движение. Они варятся в организациях года по три под руководством более старших партайгеноссе, потом исчезают, и на смену им приходят другие.

Никаких массовых «новых левых» движений — в подлинном смысле этого слова в России нет. Те «новые левые», которые возникли в эпоху «перестройки» и в первой половине 1990-х, подражали «новым левым» Запада. Их идеи попали в Россию с опозданием на 30–40 лет, и эти организации довольно быстро умерли. Взамен уже не возникло ничего.

Другой блок современных левых можно назвать анархистско-автономистским.Это тоже явление, варящееся в собственном соку. В нем происходит то же самое, что в мире сталинистских организаций, только контингент вновь обращенных моложе: у сталинистов это 17-летние, а у анархистов могут быть и 14–15-летние. Они тоже несколько лет варятся в анархо-автономистской среде, которую можно определить в первую очередь как тусовку и субкультуру. Зачастую там расклейка листовок и панк-концерт важнее всякой политической деятельности. Потом подобные ряженные псевдоанархисты, подавляющее большиство из котрых не знает об анархизме ничего, кроме в лучшем случае десятка имён и статусов вконтакте, взрослеют и уходят, кто в работу, кто в семью, кто в армию.

Всё это сопровождается идейным размыванием. Партия КПРФ, в которой коммунистического осталось только слово в названии давно и прочно превратилась в буржуазную с откровенно правыми идеями — имперскостью, религиозностью. Имперские и шовинистические идеи не чужды и большинству сталинистов. А в анархистское сообщество происходит инфильтрация идей «новых правых» — в результате возникает уже «автономный национализм».

Где-то на краях левого сообщества существует еще ряд псевдолевых навальнистских тусовок, которые тоже никуда не развиваются. Из того же ряда покрашенных красной краской и припудренной розовой пудрой навальнят-псевдолевых – Левый блок (с активистами воющими на стороне карательных батальонов Украины), Искра, Российское пролетарское движение, Левый альянс и иже с ними. Всё это не левые движения, и их воззрения не являются даже так называемыми новыми левыми в традиционном европейском понимании этого слова. Они сами не знают кто они и зачем. Некая секта-тусовка с выпученными глазами и замутнёнными зрачками и лозунгами.

В интернете эти левые спорят, рассказывают о «героических» акциях, в которых участвовало несколько человек. Там же действуют молодые доморощенные как бы теоретики, которые постоянно изобретают велосипеды. Называя вещи своими именами, нынешняя левая сцена производит удручающее впечатление.

Одна из крупнейших таких тусовок — Российское социалистическое движение (РСД), которое успешно засветилось на «белоленточных» мероприятиях (не до уровня «Левого фронта», но все-таки). Но РСД — организация несамостоятельная, де-факто это дочерняя структура французской Новой антикапиталистической партии, криптотроцкистской. Насколько это несерьезно, видно из того, что РСД даже программу за шесть лет выработать не смогла.

Данные движения пытаются затушевать тот факт, что протесты не имели широкой поддержки в рабочем классе и находились под контролем правых сил, ориентированных на политику «свободного рынка». Цель Левого блока, Левого альянса, РПД, Искры, РСД состоит в том, чтобы блокировать выдвижение рабочим классом социалистических требований в пику «несистемной» российской оппозиции.

Данные группки и группировки на волне действий Навального и его сторонников приоткрыли для себя «двери в публичную политику».

Лидеры псевдолевых и левеньких настроены на тесные связи с правыми силами, выступающими мотором «демократического движения» и ведущими за собой состоятельных москвичей, составляющих костяк политической поддержки Навального.

Данные силы хотят выбросить за борт любую, даже поверхностную, идентификацию с социализмом, поскольку выступают за некую глобальную идею: общество, строящееся на базовых демократических основаниях, укорененных в гуманистическом и общечеловеческом левом проекте». Всё это начинает походить на некий бразильский карнавал с прерывающими бачату популисткими криками "One solution - revolution!"

Правый поворот РСД и других подрывает их репутацию как «левых» организаций, благодаря чему они становятся привлекательным партнёром для КПРФ и так называемых «независимых» профсоюзов.

Компартия Геннадия Зюганова, которую РСД систематически поддерживает в своих предвыборных кампаниях, а также в рамках различных «левых» альянсов, насквозь пронизана крайним национализмом. Она выступает в защиту исторического наследия сталинизма и придерживается правой идеологии, имеющей много общего с идеологией российских фашистов. КПРФ, также как и РСД, маршировала рядом с откровенными фашистами на нескольких антипутинских шествиях. Они никогда не рассматривали присутствие неонацистов на подобных маршах как помеху собственному участию в них.

Несмотря на различия между отдельными выше перечисленными псевдолевыми а на деле контрреволюционными организациями, их всех объединяет стремление не допустить развития самостоятельного движения рабочего класса.

С точки зрения политических и социальных воззрений подобные красные, а точнее псевдокрасные навальнята представляют собой сочетание двух тенденций: прокапиталистической и антипролетарской пропаганды, получившей развитие в СССР в 1980-е годы, а вместе с тем — мелкобуржуазной идеологии западных псевдолевых политических группировок, которые приветствовали восстановление рыночных отношений.

Ориентации псевдолевых на российскую мелкую и среднюю буржуазию, бутафорски камуфлируется термином «креативный класс» для соединения вместе состоятельных представителей среднего класса с частью служащих и работников сферы услуг.

В отличие от массовых акций протеста, приведших к свержению режима Хосни Мубарака в Египте, российские протесты никогда не сопровождались широкомасштабными забастовками и выступлениями работников промышленных районов страны. Рабочий класс, по большому счёту, воздержался от участия в антипутинских протестах. И не случайно — это стало следствие программы и политического характера «белоленточного» движения.

Это движение не выдвинуло требований создания новых рабочих мест, повышения зарплат и улучшения условий жизни, или же восстановления социальных гарантий, существовавших при СССР, которые всё более широкие слои трудящегося населения вспоминают с сожалением, не говоря уже о революционном свержении коррумпированной постсоветской олигархии силами рабочего класса.

Преобладающие в антипутинских протестах требования касались и касаются «свободных и честных выборов», снятия Путина с поста главы государства и искоренения коррупции. Реализация подобной программы сделала бы более доступными влиятельные посты в государстве для чуть более широкого круга политических деятелей, ничего не дав при этом рабочим. Эта программа воплощает в себе интересы недовольных групп состоятельного среднего класса страны.

Утверждение подобных господ, согласно которому российский рабочий класс не протестовал потому, что доволен своими социальными условиями, нелепо от начала до конца. Более трети всех частных богатств России сосредоточено в руках всего 110 человек. В основной своей массе рабочий класс, значительные слои которого живут в пришедших в запустение промышленных городах, ведет борьбу за выживание в условиях нищеты и лишений.

Реставрация капитализма, вопреки всем своим обещаниям, привела к катастрофическим последствиям для народных масс. Промышленные рабочие, так же как и подавляющее большинство «работников умственного труда», — значительная часть которых была занята на низкооплачиваемых должностях в социальной сфере, в том числе в образовании, здравоохранении, искусстве, культуре и в области научных исследований, — пережили и продолжают переживать обвальное падение своего уровня жизни.

В то же время верхние эшелоны бывшей советской интеллигенции получили немалые выгоды от реставрации капитализма и новых возможностей, созданных рыночной экономикой. Часть представителей данного слоя полагает, что они получили еще не всё, что им было обещано. Открытие политических дверей, выдвигаемое антиправительственным протестным движением, отражает давно вынашиваемые мечтания этого слоя относительно «подлинной меритократии», в условиях которой предположительно будут править и пользоваться материальными плодами своего правления более достойные, квалифицированные и умные.

Когда российский рабочий класс вступит в открытую борьбу с постсоветским капитализмом, он окажется в прямом конфликте с псевдо-левыми группировками вроде Левого блока, Левого фронта, Искры, РПД, Левого альянса, РСД и всеми силами, стоящими во главе так называемого «демократического движения».

Практически единственной подлинной коммунистической организацией обещает стать Коалиция партий, политических групп и общественных движений «Октябрь 100», образовавшаяся на форуме-слёте левых сил 6-7 ноября в Ленинграде. Коалиция включает в себя 136 организаций всего советского пространства и является секцией создаваемой рабочей группы Нового коммунистического интернационала.

Комментарии 1

Надеюсь, что Коалиция "Октябрь 100" изменит данную плачевную ситуацию в политике левых.