Есть мнение

Победа Жаира Болсонару и новый глобальный антиглобализм США

13 ноября 2018

Избрание Жаира Болсонару президентом Бразилии стало важным событием в современной истории Латинской Америки. Оно способно стать точкой отсчета для нового формата международных отношений, в том числе и для тех, в которых активно участвует Россия.

«Правый поворот», который привел к власти Болсонару, ранее произошел и во второй по величине стране Южной Америки, Аргентине. Можно констатировать конец длившейся значительное время гегемонии левых политиков, занимавших достаточно критические позиции по отношению к влиянию США на континенте. Новый президент Бразилии часто сравнивался с Дональдом Трампом, а его предвыборные заявления свидетельствуют о том, что приоритетом Болсонару будут отношения с американским правительством и другими союзниками Вашингтона, например, Израилем.

При таком курсе новых властей под угрозу попадают отношения Бразилии в рамках БРИКС. Этот блок, даже если не потеряет Бразилию, будет ослаблен как единое целое и лишится прежнего влияния в Южной Америке. Особенно чувствительным это может быть для Китая, чей бизнес рискует быть вытесненным из Бразилии.

Кроме экономического, важен и политический подтекст победы Болсонару. Известно, что администрация Трампа помогала новому бразильскому президенту, а его консультантом был экс-советник американского лидера Стив Бэннон. Поэтому заявления Болсонару об ориентации на интеграцию с Западом и борьбу с коммунизмом и социализмом — это свидетельство формирования новой международной политики, в которой ведущая идеологическая роль Вашингтона не отменяется, а переосмысливается.

В январе 2019 года должна пройти учредительная встреча участников проекта «Движение» (The Movement), которое по замыслу Бэннона должно объединить европейских националистов и популистов. Этот проект — часть идеологической альтернативы идеям «открытого общества» и либеральному глобализму. Круги в американской элите, ставшие выгодополучателями избрания Трампа, с помощью правых популистов могут получить новое, отличное от идеологии Демократической партии, обоснование своему стремлению к глобальному господству. В версии Бэннона оно должно выглядеть как сообщество правых режимов, которые тесно связаны с США экономическими связями и идеологическим единством.

Для успеха The Movement победа Болсонару играет большую роль. Бэннон показал эффективность своей работы в качестве идеолога и политтехнолога, что должно снизить уровень недоверия к американским политикам, характерный для многих евроскептиков. Цель получить не менее трети голосов на выборах в Европарламент и сформировать в нем влиятельную объединенную фракцию евроскептиков, сейчас разделенных между фракциями «Европа наций и свобод» и «Европа за свободу и демократию» выглядит очень амбициозной, но Бэннон показывает своими успехами, что способен работать в условиях серьезного информационного противодействия.

Для Латинской Америки последствием избрания Болсонару уже можно считать заявление советника президента США по национальной безопасности Джона Болтона о том, что Венесуэла, Куба и Никарагуа являются «тройкой тирании», с которой американцы намерены бороться самыми жесткими мерами. Можно ожидать, что будут предприняты шаги по свержению властей этих стран или трансформации их политики под давлением США.

Значимого влияния на внутреннюю политику США успех Болсонару, судя по результатам американских выборов 6 ноября, влияния не оказали. Но Трамп получил серьезный аргумент в свою пользу, который может быть необходим в дальнейшем, так как борьба за власть внутри США после перераспределения сил в Конгрессе и Сенате лишь обострилась.

Для России последствия «правого поворота» в Бразилии связаны как с экономическими, так и с политическими аспектами. Неизбежно усиление давления на Венесуэлу, где есть интересы российского бизнеса, изменение характера и объема торговых отношений Бразилии и Китая, чем могут воспользоваться некоторые отечественные экспортеры. Главный геополитический риск — это развал блока БРИКС, который создавал определенный противовес американскому глобальному влиянию. Для внутренней политики в России наметившийся «правый поворот» пока остается неактуальным ввиду ряда ведущихся либеральных реформ в экономике и социальной сфере, которые порождают запрос скорее на новую версию левого патернализма.

В глобальном плане большое значение для России может иметь скорее оформление нового варианта американской гегемонии. Если Демократическая партия при Клинтоне и Обаме делала ставку на транснациональные компании и наднациональные структуры, то влиятельные круги республиканцев явно стремятся сделать свой, альтернативный проект с опорой на национальные государства и военную мощь. В этом контексте усилия Бэннона как идеолога и политтехнолога направлены на формирование в странах мира соответствующей политической элиты, а бразильские выборы показывают его эффективность и успешность. С этой новой реальностью в будущем России предстоит иметь дело, что следует учитывать как во внешней, так и во внутренней политике: теперь и глобализм, и правая версия антиглобализма идеологически монополизируются американцами.

Комментариев пока нет