Статьи

«Племя, рожденное во лжи…»

13 марта 2017

«Племя, рожденное во лжи…»

Тацит

В чём только не обвиняют мою Родину. И в агрессивных планах насчёт Европы. Хотя первой Россия никогда в Европу не приходила, а только когда загоняла супостата назад в его логово. И в том, что спровоцировала гражданскую войну на УкраЙне, хотя первым актом гражданской войны стал кровавый переворот в Киеве. Стоит ли удивляться, что значительная часть населения страны 404 на захотела иметь ничего общего с теми субъектами, что пришли к власти после переворота. Ведь ещё до Майдана было видно, что интернациональные Крым и Донбасс категорически не приемлют идеологии оголтелого украинского национализма, ставшего движущей силой переворота.

Так и хочется сказать грибоедовским: «А судьи кто»? Имеют ли те страны, вводящие антироссийские санкции, третирующие нашу страну на всевозможных мировых форумах и площадках, сделавшие антироссийскую риторику основой внешней политики, на то моральное право. Так ли чиста и девственна их простыня? Или в шкафу спрятано грязное замаранное бельё, которое пытались тщательно отстирать, да не получилось.

Я о блистательной Америке, о Доме на Холме. звёздно-полосатом флаге Соединённых штатов Америки есть такие намываемые пятна, узнав про которые хочется воскликнуть: «Оепиа теп-д.ас'ю па1;ит»! Когда Тацит писал эти строки никаких США ещё в помине не было. «Племя, рождённое во лжи» - он сказал это про германцев. Но вся история создания, расширения и гегемонии Североамериканских штатов свидетельствует – эта держава появилась на свет с помощью провокации, провокациями живёт до сих пор. Обман, ложь и провокации не только неотъемлемый принцип их внешней политики, но и родовая черта самого государства. Впрочем великая ложь легла в фундамент государства, основанного североамериканскими колонистами, ведь история США началась с грандиозной провокации.

1. "Ты помнишь как всё начиналось…»

А, собственно, Америка, как государство, начиналось с акции, известной в истории как Бостонское чаепитие. Наверное стоит вспомнить предысторию этой акции.

На протяжении 60-х годов восемнадцатого столетия постоянно нарастало напряжение между североамериканскими колонистами и метрополией. Британский парламент устанавливал законы, налоги и таможенные пошлины для британских колоний. Жители колоний не имели своего представительства в парламенте страны, не избирали и не могли быть избранными в Британский парламент, поэтому они отстаивали точку зрения, что парламент Великобритании не имеет права облагать колонии новыми налогами без согласия их выборного представителя.

Камнем преткновения стала торговля чаем. В 1767 году для борьбы с контрабандой чая и поддержки Ост-Индийской компании, британский парламент ввёл так называемые Таушендские пошлины. Это привело к бойкоту английских товаров и, прежде всего, чая. Американцы мотивировали свои протесты тем, что они имеют не представительства в парламенте, а значит не могут облагаться налогом, принятым этой организацией. Парламент настаивал на своём праве издавать законы для колоний «на все случаи».

В 1773 году Парламентом был принят новый чайный закон, оставивший 10% пошлины на чай и Тайшендскую пошлину в колониях размером в 3 пенса. В ответ американские колонии стали массово отказываться от приобретения и употребления чая, перейдя на кофе и напиток из малиновых листьев. В Британии на складах ост-индийской компании скопились огромные излишки продукта, который никто не покупал. Сейчас бы сказали, что сложился типичный клинч, а по-старому – «нашла коса на камень». Английское правительство, уверенное в своём праве, демонстративно отправило в свои колонии семь кораблей, перевозивших чай Ост-Индийской компании.

В ноябре 1773 года в Бостонском порту пришвартовался «Дартмут», первый из «чайных» кораблей. 29 ноября 1773 года бостонцы, собравшиеся на митинг, приняли резолюцию, призывающую капитана корабля отплыть обратно без выплаты пошлины. Губернатор отказался выполнить требование протестующих, а вскоре в порт прибыли ещё два корабля с грузом чая. 16 декабря на новом митинге, узнав об отказе покидать порт, лидер протеста Самюэль Адамс, произнёс знаменитую фразу: «этот митинг не может дальше ничего сделать, чтобы спасти эту страну», которая и стала сигналом к акции.

Вечером того же дня группа из 30-130 поселенцев, переодевшись в одежду индейцев племени могавков, совершили налёт на три корабля с грузом чая и принялись сбрасывать ящики с чаем в морскую воду. За три часа они успели уничтожить таким образом 342 ящика с чаем. Акция, получившая название «Бостонское чаепитие», вызвала большой общественный резонанс и стала символом вскоре развернувшейся борьбы за независимость североамериканских колоний.

А где же здесь провокация, скажете вы. Подлость борцов за свои шкурные интересы заключается в том, что они попытались свалить акцию на ни в чём не виноватых индейцев. А что, они же аборигены, то есть не совсем люди, их – не жалко! Метода эта пришлась американцам по вкусу и они неоднократно применяли её на протяжении всей истории. В 2013 году в пригороде Дамаска Гуте были применены боевые отравляющие вещества. Американское руководство по-привычке обвинило законное сирийское правительство, власти в Сирии – оппозиционные группировки исламских фундаменталистов. А США? Аборигенов не жалко! Только благодаря титаническим усилиям России удалось удержать американцев от прямого вооружённого вмешательства.

Потерпевшей стороной принято считать Великобританию, в конце концов потерявшую тринадцать североамериканских колоний. Конечно, они же БЕЛЫЕ! Аборигенов никто не считал. А между тем, главными потерпевшими следует считать индейцев. Могавки – самое многочисленное и культурное племя Ирокезского союза племён. Лига ирокезов – уникальное предгосударственное образование, была вскоре уничтожена новоявленными американцами. Сейчас численность могавков едва превышает шесть десятков тысяч человек. Словно понимая, что их ждёт , они доблестно и до конца сражались в войне за независимость на стороне Британии, многие стали английскими офицерами. Последнее столкновение белых с коренными жителями Америки – могавками, произошло в 1990 году в Канаде. Причина была традиционной до банальности – земля. Бледнолицые пожелали построить на старом могавском кладбище поле для гольфа. Индейцы в ответ ощетинились баррикадами. На помощь к своим канадским соплеменникам прибыли могавки из США. Противостояние зашло так далеко, что канадское правительство к его разрешению было вынуждено привлечь армию. И хотя правительство Канады в конце концов пошло на уступки и оставило предков индейцев в покое, само вооруженное решение разрешение конфликта весьма символично. Оно ясно показало индейцам, кто в доме хозяин.

2. Гибель броненосца

В конце девятнадцатого века накачавшие мышцы США, огляделись вокруг и обнаружили, что «всё украдено до нас». Свободной земли в мире осталось до смешного мало. Но если нельзя украсть, то можно отжать, у слабых. В поисках жертвы американские власти обратили внимание на дряхлеющую Испанию, которая 1895 года вела бесплодную войну с кубинскими повстанцами, боровшимися за независимость Кубы.

Америка оседлала свой любимый конёк: самая свободная страна просто обязана поддержать идеалы свободы и способствовать продвижению демократических ценностей. Политики США витийствовали в конгрессе, призывая к гуманитарной интервенции против абсолютистской Испании. Вся эта словесная шелуха призвана была прикрыть истинные цели готовящейся войны. Которые на деле были сугубо меркантильными. Во второй половине девятнадцатого века Испания, да и другие европейские катастрофически теряют влияние в Латинской Америки, где усиливается доминирование США. Латиноамериканские страны всё больше попадают в экономическую зависимость от Северной Америки. Опасаясь потери своего влияния на Кубу, в 1890 году Испания на четверть повысила ввозные пошлины на импортные товары. Ответом США стало повышение пошлины на сахар-сырец и табак, основные статьи кубинского экспорта. Торговая война между Испанией и США стала катализатором освободительного движения на Кубе.

Проблемой для правительства США были консервативные настроения в американском обществе. «Ястренбов» там было не так много. Среднестатистический американец с большим неодобрением относился к военным авантюрам своего правительства далеко за пределами Америки, что нашло своё отражение в так называемой «доктрине Монро». Любопытно, что даже спустя более, чем сто лет, американский изоляционизм и желание сосредоточиться на внутренних проблемах, никуда не исчезли. Сенсационное избрание в 2016 году Президентом США Дональда Трампа называют не иначе как бунтом консервативно настроенного «среднего» американца против глобализма политической североамериканской элиты. В общем, в отличие от истеблишмента, настроение рядовых жителей Америки можно выразить так: пусть испанцы в своей стране творят, что хотят, а «моя хата с краю и я ничего не знаю».

К 1897 году ситуация для американских ястребов стала критичной. Бесплодная, казалось бы, война Испании с повстанцами стала близка к завершению. После того, как испанскими войсками были выбиты наиболее непримиримые лидеры повстанцев, власти метрополии резко сменили тактику и пошли на широкое замирение. Прекращены репрессии против кубинцев и отправлены в отставку наиболее одиозные командиры, вплоть до главнокомандующего. Объявлена политическая амнистия, кубинцам предоставлено всеобщее избирательное право для мужчин. На следующий год Испанское правительство провело на Кубе выборы в испанские кортесы, а также в местный парламент, которому было предоставлено право сформировать правительство автономии. Фактически Куба получала те же права, что и Британские доминионы. Многотысячные армии кубинских партизан постепенно растворились, а крестьяне, составлявшие их основу, получили возможность вернуться к своим домам, к своей земле. В горах и лесах оставалось не более трёх тысяч отъявленных головорезов, которым уже нечего было терять. Вопрос для «ястребов» в Вашингтоне встал так: либо отложить свои экспансионистские планы, либо немедленно изыскать повод для вступления в войну.

В этой обстановке 15 февраля 1898 года в порту Гаваны бросает якорь американский броненосец «МЭН», направленный туда американскими властями, якобы для защиты американских граждан. Как всё до боли знакомо! Пусть не смущает год пуска броненосца на воду – 1895 год. Уже на момент проектирования он был устаревшей конструкции. Он уступал современным броненосным кораблям по мощности и вооружению, автономности плавания и скорости хода. К тому же диагональное расположение орудийных башен привел к тому, что формально мощный в огневом плане корабль, оказался малоэффективен в огневом бою. То есть он был неэффективен как крейсер, то есть свободный океанский охотник, но слаб как линейный корабль в кильватерном строю. Американцы поняли, что лоханулись с кораблём только после ввода его в строй. Вопреки практике комплектования команд в американском флоте, практически весь экипаж был укомплектован исключительно чернокожими. Неграмотные негры были назначены даже на те должности, которые требуют известных технических знаний и навыков. Негров не жалко! Именно негров, поскольку политкорректный термин «афроамериканцы» в то время был неизвестен. Он является изобретением более поздних времён всеобщей толерантности.

Вечером того же дня в гаванской гавани прогремел взрыв страшной силы. Обломки носовой части броненосца, где располагался кубрики для экипажа, буквально взлетели на воздух. Взрыв унёс жизни более 2/3 экипажа, 266 человек. При этом ни один белый офицер не пострадал, «по счастливой случайности» все они в момент взрыва находились на уцелевшей корме корабля. Эх, и взвилась же американская пресса, обвиняя коварных испанцев, подложивших мину, вызывая праведный гнев простых американцев. Газетная истерия была такой степени, что янки закусили удила, их «ярость благородная» вскипела как волна. Какой изоляционизм, когда испанцы «своих бьют»! Неважно, что «свои» были теми, с кем в обычной жизни приличный белый и рядом не сядет. Это был один их первых опытов информационной войны, в которой СМИ – оружие не менее действенное, чем корабельная артиллерия главного калибра. Именно в этот период появилось выражение «a newspaper-made war», что означает «война развязанная прессой». Сразу вспоминается Колин Пауэлл, трясущий за заседании ООН пробиркой с якобы образцами ОМП, имеющимися в наличии у Ирака.

Война, объявленная США, выявила захватническую агрессивную сущность этой страны, ибо развернулась она не только на Кубе, а на огромном театре боевых действий – в Атлантике и на Тихом океане. В результате этой войны американцы посадили на Филиппинах своего президента, отжали у Испании Пуэрто-Рико, до сих пор обладающее непонятным статусом и буквально насильно навязали помощь только избранному Кубинскому правительству.

«Помощь» США была сразу же воспринята в штыки местным населением и на Кубе, и на Филиппинах, резонно полагавшим, что в результате для них всё ограничилось лишь сменой хозяев. Хотя символическая зависимость от далёкой Испании была менее обременительной, чем плотная опека могучего совета. Более десяти лет велась война с местным населением на Филиппинах. Обманутые кубинцы почти без паузы начали освободительную войну против американского господства. Лишь Фидель Кастро смог покончить с унизительной зависимостью Кубы от США,

3. Позорное начало проигранной войны

Вьетнамская война является, пожалуй, самой позорной страницей американской истории. Маленький гордый народец маленькой страны смог выстоять против самой мощной страны западного мира, использующей к тому же варварские способы ведения войны. А началось всё из-за нежелания США, в силу взятой на себя миссии продвигать по миру западные ценности, признать за народами право на самостоятельный выбор пути. На это наложилось и глобальное противостояние с Советским Союзом за доминирование в мире.

После ухода из Вьетнама Французской колониальной администрации, страна была разделена по 17-ой параллели на два государства: коммунистический Северный Вьетнам и прозападный Южный Вьетнам. После победы в Китае коммунистов, США стали рассматривать гражданскую войну во Вьетнаме как часть глобальной коммунистической экспансии и стали оказывать военную помощь режиму в Южном Вьетнаме. Однако, несмотря на помощь, дела у Сайгона шли всё хуже и хуже. С 1963 года вьетконговцы стали наносить регулярные поражения армии Южного Вьетнама. Правящий режим в Сайгоне умудрился рассориться со всеми слоями южновьетнамского общества. Предпринятое по инициативе ЦРУ свержение легитимного правительства, и его замена на генералов, не привели к внутренней стабильности в этом квазигосударстве. Социальная база стоявшей у власти хунты сужалось с каждым днём. Победа красных партизан стала очевидной и была лишь делом времени.

В этих условиях в американском руководстве возобладала точка зрения, что отдать весь Вьетнам на отпуск коммунистов недопустимо. Это лишь подхлестнёт победное шествие коммунизма по всему миру и будет плохо воспринято союзниками. Действия штатовской администрации должны были показать миру решимость бороться с «коммунистической агрессией». Но мироустройство того времени не позволяло США, так как ныне, самим решить кто прав, а кто виноват и самостоятельно наказать виновного. На мировой арене было социалистическое содружество, а также большая и влиятельная группа неприсоединившихся стран, которые не позволяли Америке быть первым и единственным мировым гегемоном. Словом, для вооруженного вмешательства требовалась причина, при чём весьма весомая. Но Америка за свою историю к этому времени накопила достаточно опыта для создания провокации на ровном месте.

События, которые привели к вступлению США в войну на стороне режима Южного Вьетнама, впрочем без официального её объявления, получили название Тонкийского инцидента.

2 августа 1964 года для проведения радиотехнической разведки в Тонкийский залив вошёл американский эсминец «Мэддокс». При заходе эсминца в территориальные воды Демократической республики Вьетнам, он был атакован тремя торпедными катерами северовьетнамцев. В завязавшемся бою эсминец был поддержан звеном истребителей с находящегося неподалёку авианосца, что заставило катера отступить, впрочем вынудив эсминец уйти в нейтральные воды. Администрация США в дальнейшем отрицала факт незаконного захода в территориальные воду другого государства.

Но это всё было прелюдией. Американцы разыграли классическую двуходовку и основные события, которые и стали поводом для вооружённого вмешательства развернулись спустя два дня. Вечером, 4 августа после тропического шторма рано стемнело, наступила кромешная тьма. В этот момент на радары эсминца показали более десятка целей, которые приближались к кораблю. Из-за темноты визуально обнаружить цели не представилось возможным. Американские корабли открыли огонь. Позже поднятые с борта авианосца самолёты не обнаружили в заливе объекты, которые можно было бы идентифицировать как торпедные катера. Но.. сообщение о нападении ушло в Вашингтон.

В Пентагоне, кроме «ястребов», служит много трезвых и холодных голов, поэтому многие военные в самих США отвергали версию торпедной атаки катеров. А тогдашний министр обороны ДРВ, признавая акт атаки 2 августа, категорически отрицал действия военно-морских сил Северного Вьетнама 4 августа. Однако в Вашингтоне уже закусили удила и завертелось. Президент США Линдон Джонсон дал отмашку на проведение на следующий день операции возмездия «Пронзающая стрела» - массированный налёт авиации по базам катеров ДРВ и нефтехранилищам. А конгресс США 7 августа принял «Тонкийскую резолюцию», которая стала основой для полномасштабного участия Америки в боевых действиях на стороне Сайгонской хунты.

А что было потом? Потом были ковровые бомбардировки, газ оранж, ужас Сангми и, в конце концов, позорное бегство американского воинства к себе на материк и острейший политический кризис в самих США.

Споры историков сводятся лишь к двум моментам. Была ли это намеренная провокация, либо ошибка неопытных операторов локатора. И был ли президент Джонсон дезинформирован «ястребами», или с самого начала был «в игре». Правду мы, скорее всего, никогда не узнаем, как и в предыдущих случаях. Но все инциденты выстраиваются в одну логическую цепочку. «Случай» происходит каждый раз, когда дальше тянуть нельзя, в самый критический момент. Из происшествий наибольшую пользу извлекают как раз США. Напротив, американским визави раз меньше всего нужно то, что неминуемо происходит. Зная эту тенденцию, очень просто ответить на вопросы, кто разбомбил гуманитарный конвой под Алеппо, кто подстрелил из обреза-дробовика бедолагу Нагояна на Киевском майдане, зачем убили албанских крестьян, свалив всё на сербов.

А что, спросят меня те, для кого капитолийский холм в Вашингтоне светится сияющим нимбом. твоя Родина вся такая «белая и пушистая». Я скажу спокойно – да! Моя Родина «белая и пушистая». Россия, которая всегда встречала врага с открытым забралом, которая всегда выручала своих союзников, которая со времён Святослава говорила своему врагу: «Хочу идти на Вы»!

Комментариев пока нет