Нациестроительство в постсоветской Украине

Статья посвящена изучению особенностей нациестроительства в постсоветской Украине. Главной целью данного процесса представляется легитимация независимого существования страны и консолидация ее населения. В ходе анализа рассматриваются «западноукраинская» и «восточноукраинская» модели идентичности, исторически сформировавшиеся в стране, выделяются географические регионы их распространения. Отмечается, что украинская идентичность изначально формируется под лозунгом «Украина – не Россия» в ущерб «восточноукраинской» модели идентичности, в наибольшей мере сохранившей в себе влияние российской истории и культуры. Последовательно описываются периоды нациестроительства при руководителях страны с акцентом на приоритетных направлениях данного процесса. При этом особое внимание уделено языковому и религиозному вопросам, «политике памяти», в которых на протяжении всего исследуемого периода наблюдается украинизация различной степени интенсивности. Примечательным является факт совпадения периодов политической нестабильности и интенсификации нациестроительства. Однако нациестроительство на Украине не только не достигло своих целей, но и стало одной из причин политической нестабильности в стране в 2013-2014 гг., а после смены власти в феврале 2014 года процесс нациестроительства был фактически сведен к интенсивной дерусификации всех сфер общественной жизни. Так, государственные учреждения и средства массовой информации Украины переходят на работу на украинском языке, наблюдается тенденция дерусификации православия, формируется негативный образ России как страны-агрессора. По мнению автора, подобная политика не только нарушает законные интересы русскоязычного населения, негативно влияя на русско-украинские отношения, но и может спровоцировать возникновение очага политической нестабильности в регионе.

С обретением Украиной независимости 24 августа 1991 года, перед политическими элитами страны встал вопрос нациестроительства. В политической науке под данным понятием принято понимать процесс формирования у населения идентичности, то есть осознания гражданами принадлежности к единой социальной, экономической, национальной, политической, религиозной общности [2]. Иными словами, требовались целенаправленные меры по легитимации независимого существования государства и консолидации граждан. Однако данный процесс осложнялся отсутствием у Украины продолжительной традиции собственной государственности и этнокультурной гетерогенностью населения – подразделением Украины на «Западную» и «Восточную» [1]. Более того, подобная неоднородность стала объектом внешнего воздействия крупных политических акторов (в первую очередь, США, ЕС и России) в рамках глобального геополитического противостояния. Нельзя отрицать факт того, что политические элиты Украины на протяжении всего периода независимости также пытались извлечь собственную выгоду из противоречий между «Востоком» и «Западом», например, оперируя тематикой языкового вопроса или религии в ходе электоральных кампаний. Таким образом, процесс нациестроительства имеет комплексный характер и продолжает оказывать непосредственное влияние на текущий статус Украины на мировой политической арене.

«Западноукраинская» и «восточноукраинская» идентичности

Исторически на территории Украины сосуществуют две модели идентичности, являющиеся результатом длительного социокультурного развития, зачастую происходившего под влиянием или при непосредственном участии государств-соседей. В качестве непродолжительного опыта самостоятельной государственности некоторые исследователи отмечают лишь Запорожскую Сечь, уничтоженную в 1755 году манифестом Екатерины II [3]. Так, в разные исторические периоды западные области Украины входили в состав княжества Литовского, Речи Посполитой, Австрийской империи, Австро-Венгрии. Области юга и востока страны, испытав влияние Османской империи и Крымского ханства, вошли в состав Российской империи к середине XVIII века. Ранее С. Хантингтон утверждал, что линия цивилизационного разлома проходит именно по территории Украины: «Линия разлома между цивилизациями, отделяющая Запад от православия, проходит прямо по ее центру вот уже несколько столетий».

Hяд западных областей Украины традиционно относят к «западноукраинской» модели идентичности. По данным ряда социологических опросов, на данной территории языком домашнего обихода у населения является преимущественно украинский (от 66 до 97% респондентов), для политических взглядов характерен высокий уровень поддержки гражданами курса на вступление в Евросоюз (от 55 до 87% респондентов). Касательно религиозных взглядов, жители западных областей преимущественно являются прихожанами ПЦУ (44,6%) или Греко-католической церкви Украины (28,5%). В свою очередь, для областей с «восточноукраинской» моделью идентичности характерно двуязычие (суржик) или русский язык как язык домашнего обихода и отсутствие консолидированного общественного мнения насчет членства страны в Евросоюзе (поддерживают порядка 30-47% респондентов). Также на территории Юго-Востока Украины проживает значительное количество прихожан УПЦ Московского Патриархата (19.7% - 29,8% респондентов). Ряд областей центральной части страны сочетает в себе признаки двух моделей идентичности. Здесь затруднительно выявить резко превалирующие тенденции в используемом языке, политических настроениях и религиозных взглядах граждан.

Приблизительные контуры распространенности каждой из моделей идентичности, основанные на данных социологических исследований, представлены на рис. 1.

Периодизация и основные этапы украинского нациестроительства

Таким образом, вопрос нациестроительства, вставший перед политическими элитами Украины, заключался в выборе между «западноукраинской» и «восточноукраинской» моделью идентичности и ее распространении на территории всей страны. Первый президент Украины Л.М. Кравчук, как и его преемник Л.Д. Кучма, проводили политику умеренной украинизации, соответствовавшей постепенному переходу к «западноукраинской» идентичности. Основы нациестроительства были заложены именно при Л.М. Кравчуке – так, в 1993 году по его инициативе Национальная Академия наук Украины начала создание 15-томного проекта истории украинского народа, было положено начало дерусификации госаппарата, системы образования и медиапространства. Затронута была и религиозная сфера жизни общества – президент поддержал лозунг митрополита Филарета (Денисенко) «Независимая церковь в независимом государстве» [6] и принимал непосредственное участие в создании Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата, появившейся в результате церковного раскола в 1992 году. Неотъемлемым и наиболее остро воспринимаемым населением аспектом нациестроительства является «политика памяти», заключающаяся в признании тех или иных знаковых фигур национальными героями. В данной сфере первые президенты Украины старались уменьшить разрыв между двумя моделями идентичности, вводя в национальный нарратив персоналии из обеих версий. К ним можно отнести известных украинских писателей и поэтов – Т.Г. Шевченко, И.Я. Франко, Лесю Украинку. Особо примечателен выдвинутый Л.Д. Кучмой лозунг «Украина – не Россия», отражающий суть политической идентичности современной Украины и проявившийся в продолжении инициированной Л.М. Кравчуком политики дерусификации.

«Оранжевая революция» ознаменовала собой качественно новый этап нациестроительства на Украине. В.А. Ющенко, пришедший к власти в качестве лидера революции, обозначил четкий прозападный внешнеполитический вектор наряду с интенсификацией процесса дерусификации во внутриполитической сфере. В отличии от своих предшественников, В.А. Ющенко уделял большее внимание языковой политике, стремясь законодательно вывести из употребления в различных сферах русский язык. Ярким примером может послужить одно из постановлений Верховной рады Украины от 2008 года, согласно которому предполагалось в течение 3 лет перевести все высшее образование в стране исключительно на использование украинского языка. В период президентства В.А. Ющенко формируется негативный образ Российской Федерации, в дискурс активно вводятся понятия «русификация» и «дерусификация», «информационная угроза», целенаправленно сокращаются объемы русскоязычного контента в теле- и радиоэфирах. Говоря о «политике памяти», необходимо упомянуть интерпретацию Голодомора 1932-1933 годов как геноцида украинского народа, получившую развитие при В.А. Ющенко и закрепленную соответствующим законом. Сюда же можно отнести и крайне резонансную политику героизации Украинской повстанческой армии (УПА), в частности ее командира Р.И. Шухевича, а также лидера Организации украинских националистов С.А. Бандеры. О многомерности нациестроительства В.А. Ющенко свидетельствуют и изменения, коснувшиеся религиозной сферы. Фактически президенту принадлежит идея об объединении православных конфессий на Украине в единую автокефальную (самостоятельную) церковь, что было воплощено на практике лишь в 2018 году П.А. Порошенко. 26 июля 2008 года В.А. Ющенко лично обратился ко Вселенскому патриарху Варфоломею I с просьбой о благословлении на создание украинской поместной церкви. С данного момента можно констатировать, что дерусификация Православия на Украине также является компонентом процесса нациестроительства.

Нельзя исключать факт существования «компромиссного» варианта при выборе идентичности в ходе нациестроительства на Украине. По мнению ряда экспертов, «для украинского руководства куда более оптимальной явилась бы федеративная форма, которая предоставляет больше простора для поисков баланса и компромисса между частями страны, ощущающими различную цивилизационную принадлежность» [7]. Однако национальная политика на протяжении существования независимой Украины была направлена именно на украинизацию различной степени интенсивности. Последней попыткой вернуться к умеренной украинизации в рамках исследуемого периода является период президентства В.Ф. Януковича, сторонника политики «лавирования», как во внешнеполитической, так и во внутриполитической сфере. Примером подобной политики может послужить закон «Об основах государственной языковой политики», принятый Верховной радой Украины и подписанный президентом 8 августа 2012 года. Данный закон частично снял вопрос статуса русского языка в стране, ранее не закрепленного на официальном уровне (помимо закона «О национальных меньшинствах на Украине»), в то время как Закон предоставил ему статус «регионального» в ряде областей (10% русскоязычного населения и более). В свою очередь, статус «регионального» языка означал ряд преференций, например, он мог использоваться в работе органов власти на данной территории, изучаться и применяться в госучреждениях. Следовательно, данный закон одновременно закрепил за украинским статус единственного государственного языка и предоставил особый статус и защиту русскому языку, не ущемляя прав его носителей. Отдельным направлением политики В.Ф. Януковича можно назвать «сглаживание» наиболее радикальных мер нациестроительства, принятых экс-президентом В.А. Ющенко. Так, в январе 2011 года президентом был отменен указ В.А. Ющенко о признании С.А. Бандеры Героем Украины, ослаблено квотирование русскоязычного контента в СМИ, закрепился статус-кво в государственно-церковных отношениях.

Переход к радикальным формам нациестроительства

Произошедшая в феврале 2014 года неконституционная смена власти на Украине внесла дисбаланс в процесс нациестроительства. По мнению М.В. Космачева, последующие события «свидетельствуют о приверженности пришедших к власти элитных групп курсу ускоренного построения нации-государства в ее радикальной форме» [5]. Следует отметить, что ускоренное построение нации-государства рассматривается истеблишментом как необходимый этап для дальнейшей евроинтеграции страны. Одной из причин перехода к такой радикальной форме считается несостоятельность проекта нациестроительства, проводимого элитой страны с 1991 по 2014 год. Иными словами, цель процесса нациестроительства – формирование единой идентичности у населения Украины – не была достигнута. Напротив, непоследовательность политики и резкие переходы к радикальной украинизации лишь усилили противоречия между «Востоком» и «Западом», а также привели к политической нестабильности в стране и последующем проведении референдума в Крыму 16 марта 2014 года (о вхождении в состав Российской Федерации) и в Донецкой и Луганской областях 11 мая 2014 года (о независимости) [1]. Также нельзя не учитывать геополитическое значение произошедшей смены власти – она отвечает стремлениям США сделать Украину опорной точкой в регионе и по сути своей является «результатом хорошо подготовленной геополитической операции» [4], разрушившей двусторонние отношения между Российской Федерацией и Украиной. 

Политика нациестроительства, проводимая П.А. Порошенко, во многом дублирует политику В.А. Ющенко. Например, в рамках политики памяти П. А. Порошенко продолжил героизацию лидеров УПА и украинских националистов, в частности, С.А. Бандеры. Усилился дискурс о роли Украины в Великой Отечественной войне, во многом в ущерб роли России. Примером политики радикальной украинизации, проводимой правительством П.А. Порошенко, можно назвать признание неконституционным упомянутого ранее закона «Об основах государственной языковой политики» и принятие Верховной радой Украины 25 апреля 2019 года закона «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного». Согласно Закону, украинский признается единственным государственным языком, вводится квотирование украиноязычного контента в СМИ, в частности на телевидении, с 1 сентября 2020 года школы страны переходят на обучение исключительно на украинском языке. Более того, закон запрещает использование в госучреждениях всех уровней иных языков помимо украинского [8]. Пика достиг и процесс инструментализации религии. Вот как президент прокомментировал вопрос получения томоса об автокефалии Православной Церковью Украины на церемонии празднования Дня Независимости 24 августа 2018 года: «Вопрос томоса для Украины выходит далеко за рамки религиозного… Он из того же ряда, что укрепление армии, что защита языка, что борьба членство в ЕС и НАТО – еще один стратегический ориентир на нашем историческом пути. Весомая составляющая нашей независимости…». Данная формулировка наиболее емко отражает представление украинского истеблишмента о нациестроительстве не как о конечной цели, а как о необходимом этапе на пути к членству в евроатлантической системе безопасности и методе борьбы с влиянием России.

В.А. Зеленский, занявший президентский пост 20 мая 2019 года, в ходе предвыборной кампании критиковал отдельные усилия П.А. Порошенко по нациестроительству. В частности, он отметил, что закон «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» требует повторного рассмотрения, так как был принят без предварительного широкого обсуждения с общественностью. Однако, несмотря на подобные высказывания, ни один из вышеперечисленных законов, принятых при президенте П.А. Порошенко, не утратил своей силы, что позволяет сделать вывод о том, что президент В.А. Зеленский поддерживает дальнейшую дерусификацию всех сфер общественной жизни, но считает неприемлемой риторику радикально-националистического толка.

Итоги и перспективы украинского нациестроительства

Подводя итог, необходимо отметить, что процесс нациестроительства на Украине имеет своей целью формирование у граждан единой идентичности с целью легитимации независимого существования страны и консолидации населения. Также на территории страны исторически сформировались две модели идентичности с присущими ими культурными чертами – «Восточная», носящая отпечаток российской культуры, и «Западная», преимущественно украинская. На протяжении всего исследуемого периода процесс нациестроительства сводился руководством страны исключительно к украинизации той или иной степени интенсивности, то есть к насаждению «Западной» модели идентичности, дерусификации. Вопреки ожиданиям, подобная политика лишь усугубила противоречия внутри страны и привела к беспрецедентной политической нестабильности во время украинского кризиса 2013-2014 годов. В силу ряда факторов, в частности, совпадения геополитических интересов США с интересами националистически настроенного истеблишмента и групп населения Украины, к власти пришли сторонники радикальной украинизации, продолжающейся и по сей день. Подобная политика руководства Украины не только препятствует восстановлению взаимоотношений с Россией, но и может в перспективе привести к эскалации напряжения между странами – в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации от 31 декабря 2015 года уже отмечена важность «удовлетворения языковых и культурных потребностей соотечественников за рубежом».

 

Список литературы

  1. Батищев Р.Ю. Идентичность и пространственные мифы в нациестроительстве современной Украины // Политический вектор-м. 2014. № 1. С. 30-36.
  2. Белозёров В.К. Понятия «народ» и «нация» в российском и международном политическом и научном дискурсе // Вестник российской нации. 2019. № 5. С. 118-125.
  3. Белозёров В.К., Звощик Е.В. О сходстве и различии русских и украинцев с точки зрения нациогенеза и этногенеза // Власть. 2016. № 1. С. 173-177.
  4. Белозёров В.К. Противостояние глобальных проектов как основное содержание современных международных отношений // Материалы международной научно-практической конференции. Под общей редакцией А.Я. Касюка, И.К. Харичкина. 2019. С. 165-171.
  5. Космачев М.В. Украина: радикальное решение вопроса построения нации-государства // Вестник РУДН, серия Политология. 2015. № 1. С. 39-49.
  6. Кравцов Д.Н. «Крестный путь» Русского православия на Украине в условиях современной дискриминационной дерусификации и антироссийской пропаганды // Коммуникология. 2017. Том 5. № 5. С. 163–176
  7. Миллер А.И. Политика строительства нации-государства на Украине // Политическая наука. 2011. № 1. С. 76-99.
  8. Овсянникова О.А. Технологии переформатирования общественного сознания посредством языковой и конфессиональной дискриминации (на примере Украины) // Геополитический журнал. Политическая психология. 2016. № 1 (13). С. 109-113.

Добавить комментарий