Маркеры политической идентичности в исследовании идеологического молодежного экстремизма

В публикации представлен анализ части результатов исследования, проведенного при финансовой поддержке РФФИ и АНО ЭИСИ в рамках научного проекта № 19-011-31376 «Конфликтологический аудит как система технологий воздействия на идеологический молодежный экстремизм в современной России». Методология исследования основывается на технологии конфликтологического аудита. Технология предусматривает использование маркерной составляющей в определении специфики признаков политической идентичности современной российской молодежи. Эмпирическую базу исследования составили материалы пяти фокус-групповых опросов и двадцати пяти глубинных интервью, проведенных в Татарстане, Санкт-Петербурге и Ленинградской области, Москве и Московской области, а также аналитический банк интернет-материалов. Основным маркером формирования идентичности современной российской молодежи в процессе исследования определен запрос на социальную справедливость. Отличительными признаками политической идентичности молодежи определены: дискретность групповой принадлежности, отсутствие сформированных идеологических установок, латентный характер формирования общей идеологии той или иной политической молодежной группировки.

Риски протестной активности молодежи, транслируемые частью отечественных средств массовой информации, не только выходят в медийную повестку дня, но и все более обрастают эмпирикой отечественных исследователей различных научных направлений. Интерес обусловлен качественными характеристиками современных поколений, пребывающих сегодня в российском политическом поле. Возможное понимание этих поколений предоставляет поколенческий подход. [1][2][3] Основной категорией, подвергающейся анализу сквозь призму данного подхода, становится идентичность. Особое внимание уделяется политической идентичности молодежи.

Политическая идентичность является социальной по своей природе… и формируется как результат самоопределения в системе политических отношений. [4, С 143] Влияние группы на человека проявляется не только в дополнительном нормативном регулировании его поведения. Включение в группу формирует идентичность, т.е. особое чувство, связывающее его с конкретной группой. [4, С 68] Исследование процессов включения молодого человека в политическую жизнь, политического поведения требует методологического инструментария, который учитывал бы поколенческие особенности идентификации субъектов.

Таковой методологией, представленной в 2019 году группой казанских и петербургских исследователей, стал конфликтологический аудит. Конфликтологический аудит в рамках представленного выше грантового исследования группы методологически представляет собой систему технологий выявления и воздействия на деструктивную активность молодёжи. Методология конфликтологического аудита базируется на критериальности оценки, которая складывается из двух составляющих: маркерной и критериальной.

Маркеры, определяемые в исследовании: дерационализирующее влияние идеологического молодежного экстремизма на осознание неудовлетворенности социальным положением; манифестирование требований; стратегии участия в протестных движениях; доминирование «идеологического бессознательного» (квазиидеологий); наличие негативной модели идентичности (например, чрезмерной идентификации с носителями той или иной радикальной идеологии); несформированность политических установок; отсутствие выработанных моделей политического участия; отсутствие опыта политического участия с использованием традиционных форм; нереалистический конфликт:  неудовлетворение определённых требований участников, несправедливое распределение между участниками конфликта каких-либо преимуществ, субъективность оценки (эмоциональность при отсутствии аргументации); «смещенные» и «неверно приписанные» конфликты. [5, С 205-210]

Технология использования маркеров, как единиц анализа, носит семантический характер.  С их помощью: определяется наличие/отсутствие элементов проявления идеологического молодежного экстремизма; дается описательная картина насколько глубоко выявленный маркер входит в систему ценностей исследуемого субъекта. Объективизация субъективного характера качественных методов исследования (фокус-группы, экспертные опросы, глубинные интервью) достигается посредством использования метода семантического дифференциала. Шкалирование осуществляется с помощью детализированных рейтинговых (балльных) шкал с биполярными метками от 0 до 10.

Исследуемые сегменты: конфессиональный, гендерный, оппозиционно-настроенные группы, субкультурные сообщества. Эмпирическую базу исследования составили материалы шести фокус-групповых опросов и двадцати пяти глубинных интервью, проведенных в Татарстане, Санкт-Петербурге и Ленинградской области, Москве и Московской области, а также аналитический банк интернет-материалов.

Задачами проведения фокус-групповых опросов молодежи ставились: анализ риторики молодежной социально-демографической группы по проблемам коммуникации в сетевых и оффлайн-сообществах, принадлежности к таковым, использованию «языка агрессии» и отношению к государству и обществу; определение позиции представителей молодежной формации относительно взаимодействия с обществом и государством и взаимных обязательств к данным институтам.

По результатам проведенного исследования можно выделить ряд тенденций, характерных для большинства регионов, как центральных, так и периферийных: радикализацию, увеличение доли идеологического молодежного экстремизма, рост протестной активности в молодежной среде. Основные радикальные тренды, которые популярны среди молодежи - это праворадикальный (включая гендерно-конфликтные группы), ультралиберальный, леворадикальный, уличнокриминальный и исламистский (салафитский).

Очень часто правый молодежный идеологический экстремизм отталкивается от ксенофобии и мигрантофобии. Ему подвержены две категории - студенты и молодые специалисты. Активизация экстремистски настроенной праворадикальной молодежи происходит не только в период общей политической нестабильности, но и после отдельных случаев несправедливости, которые затрагивают ее ценности и идеалы.

Популярные группы среди городской молодежи – это группы гендерно-маскулинной направленности, которые выход из конфликтов с противоположным полом видят в создании национал-патриархата. Это одно из праворадикальных ответвлений, набирающих популярность среди молодежи.

В фундаменталистских сообществах явно выраженный «экстремистский текст» не является типичным. Акцент делается на религиозных ритуалах, на визуальный яркий ряд. Прежде всего, он предназначен для нетюркской молодежи школьно-студенческого возраста. Контент носит популярный, игровой характер. Здесь отсутствуют объемный цитаты из религиозных текстов и их обсуждение. Идентификация членов сообществ идет по сходному с другими сообществами принципу дифференциации на «Мы» и «Они».

При анализе ультралиберальных молодежных сообществ выявлено следующее: дерационализирующее влияние идеологического молодежного экстремизма на осознание неудовлетворенности социальным положением; конфликт с действующей властью для всех респондентов стал самоцелью; манифестирование требований тоже находится в поле дерационализированного конфликта. Здесь идейно доминирует борьба с коррупцией вне четких представлений об инструментах и путях достижения требования; несформированность политических установок – это «красная нить» рассуждений в процессе интервьюирования. Респонденты не декларируют никаких политических установок, кроме требования смены действующей власти.

Наиболее явными проблемами для большинства выступают коррупция, полярная дифференциация на богатых и бедных и отсутствие политических свобод, что отмечается как на региональном, так и на общероссийском уровнях. О проблеме коррупции прямо или косвенно упоминают все информанты, считая, что из - за наличия коррупции в стране не происходит решения многих социально-экономических и политических проблем. Механизмов кроме протеста не предлагается.

По результатам эмпирического исследования во всех сообществах сегментов обнаруживаются универсальные структурные признаки, такие, как: дихотомия «Свой-Чужой (Враг)»; наличие лидера-идеолога (только вокруг которого жизнеспособно сообщество); некая совокупность сторонников (по оценкам экспертов сегодня это 20-30 активных человек в сообществе); предписанные формы поведения для всех акторов (нетерпимые по отношению к конкретным Врагам); безальтернативная система взглядов на действительность и видение будущности общества. Однако отсутствие одного признака или присутствие другого в разных группах не отменяют идеологичности экстремистских признаков их членов и сообщества в целом.

Сущностной чертой идеологического молодежного экстремизма выступает его опора на кризис идентичности современной молодежи, выражающийся в ее негативной направленности (отрицание схожести с любыми иными возрастными, социальными, гендерными, политическими группами) и фрагментарности (веер идентичностей часто находится в состоянии экзистенционального конфликта, т.к. не актуализирована базовая идентичность, в роли которой может выступать гражданская идентичность).

Этой особенностью идентичности молодежи активно пользуются идеологи экстремистских движений в своих интересах, в том числе через манипулятивные практики. Позиционирование идеологами существующей власти как Врага, в независимости от типа экстремизма, так же является сущностной чертой. В этом случае функциональна еще одна технология – технология противопоставления Врага, позиционируемого властью, Врагу, изысканному идеологами сообществ. Учитывается запрос молодежи (вне зависимости от типа экстремистской идеологии) на социальную справедливость. Исходя из этого внешнему Врагу противопоставляется более близкий Враг внутренний. [6, С 211-214]

Основным маркером формирования идентичности современной российской молодежи в процессе исследования определен запрос на социальную справедливость. Отличительными признаками политической идентичности молодежи определены: дискретность групповой принадлежности, отсутствие сформированных идеологических установок, латентный характер формирования общей идеологии той или иной политической / политизированной молодежной группировки.

Интерес для дальнейших научных изысканий представляет проблема отсутствия у молодежи запроса на единые идеологические позиции даже внутри радикализованных и сугубо политических сообществ. Наличие устойчивых идеологических позиций в принципе способствовало бы запуску для этих сообществ внутренних интегративных процессов и стабильному рекрутингу.

В контексте формирования политической идентичности современной российской молодежи можно говорить о признаках формирования в России своего рода «поколения тринадцатой статьи» (Статья 13 Конституции РФ), которое в отрицании единой идеологии не признает и конструктивных, системообразующих, интегрирующих принципов значимости идеологии даже внутри сообществ, с которыми она себя идентифицирует.

 

Список использованной литературы:

  1. Твенге Д. Поколение I. Почему поколение Интернета утратило бунтарский дух, стало более толерантным, менее счастливым и абсолютно не готовым ко взрослой жизни / Д. Твенге; [пер. с англ. А. Толмачева]. – М.: Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2019. – 406 с.
  2.  Радаев В. Миллениалы: Как меняется российское общество / В.В. Радаев; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2019. – 224 с.
  3. Шамис Е., Никонов Е. В семье не без Миллениума. Что делать поколению (1985-2002 г. р.), которое меняет мир / Е. Шамис, Е. Никонов. – М.: Synergy book, 2019. – 184 с. 
  4. Пушкарева Г.В. Homo politicus: человек политический. – М.: Аргамак-Медиа, 2014. – 336 с. (Монография).
  5. Храмова Е.В., Большаков А.Г., Иванов А.В., Шибанова Н.А. Методология конфликтологического аудита: практики применения при исследовании агрессии в образовательной среде и молодежного идеологического экстремизма // Казанский педагогический журнал. 2019. №6. С 205-210.
  6. Иванов А.В., Козлов В.Е., Бурмистрова Ю.Ю. Последователи идеологии АУЕ в Республике Татарстан: факторы и акторы негативной социализации // Казанский педагогический журнал. 2019. №6. С 211-214.

Автор: Храмова Е.В., Казанский федеральный университет, г. Казань

Источник: Соотношение конфессиональной, этнической, региональной и гражданской общероссийской идентичности в общественной и политической среде Республики Башкортостан: сборник материалов Всерос. молодежной науч. школы-конф., проведенной 26-28 марта 2020 г. – Уфа: Мир печати, 2020. - С. 47-54.