Статьи

Иркутская аномалия: почему вернулись конкурентные выборы губернаторов

29 октября 2016

Телеведущий Дмитрий Киселев в воскресном эфире не побоялся первым подвести итоги самой революционной избирательной кампании в России за последние 10 лет. Победа оппозиционного кандидата наглядно иллюстрирует тезисы, которые озвучил на встрече с губернаторами президент Владимир Путин, сказал телеведущий и добавил еще про то, что «заданы стандарты конкурентных выборов». Внезапно обретенной конкурентности порадовался и глава генсовета «Единой России» Сергей Неверов. Ночью он поздравил кандидата от КПРФ Сергея Левченко, ставшего губернатором Иркутской области. Поздравление от Сергея Неверова пришло в момент, когда результаты выборов уже были очевидны: после обработки 92% протоколов коммунист Левченко почти на 16% опережал своего оппонента, врио губернатора Сергея Ерощенко, выдвинутого «Единой Россией».

Накануне выборов наблюдатели и эксперты говорили, что победит Ерощенко, потому что иных результатов в Москве не примут. Но оказалось, что это не так. Упреки в имитационном характере выборов губернаторов иркутский кейс на какое-то время снял. Теперь в Иркутске доказано, что хорошо проведенная кампания важна, что консолидация протестного электората эффективна и может стать источником не просто успеха, а реальной победы. И еще что в Кремле готовы мириться с такими победами представителей парламентской оппозиции. А это значит, что серьезные игроки регионального уровня могут теперь задуматься: может быть, стоит побороться за пост главы своей области или края?

Прецеденты беспрецедентного

С чем связаны разговоры о «беспрецедентности» выборов в Иркутске, понятно. Впервые после возвращения губернаторских выборов в 2012 году состоялся второй тур. Впервые после возвращения выборов в ходе этого второго тура убедительно победил оппозиционный кандидат.

Не то чтобы мы никогда этого не видели – видели, и не раз, просто очень давно. Последний раз второй тур состоялся в России непосредственно перед отменой губернаторских выборов в 2005 году в Ненецком автономном округе. А в апреле 2004 года состоялась самая громкая победа оппозиционного кандидата тех лет – известный сатирик Михаил Евдокимов на выборах губернатора Алтайского края во втором туре обошел действующего главу региона Александра Сурикова. Владимир Путин позднее высказывался в том духе, что выборы, на которых побеждают юмористы, – не лучший способ формировать исполнительную власть в регионе. Тогда еще была популярна версия, что победа Евдокимова стала одной из главных причин отмены выборов после теракта в Беслане.

Годом ранее кремлевский кандидат на выборах в Санкт-Петербурге Валентина Матвиенко не без усилий переиграла кандидата из команды предыдущего губернатора, Владимира Яковлева, – Анну Маркову. 2002 год запомнился жестким клинчем в Красноярском крае, где кандидат от «Норильского никеля» Александр Хлопонин с большим трудом смог обойти кандидата от «Русала» Александра Усса. И так далее. Интересных губернаторских кампаний, конкурентных, с абсолютно непредсказуемым результатом в России на сегодня насчитываются уже десятки. Но все они прошли более десяти лет назад.

Когда выборы губернаторов вернули, многим показалось, что Кремль сохранит стопроцентный контроль за политическими процессами в регионах и не допустит настоящей конкуренции на выборах. Тем более что первая серия возрожденных губернаторских выборов показала – официальные кандидаты вполне способны договориться с сильными оппонентами, а если и нет, то мягкое модерирование процесса из Москвы дает ожидаемый результат. В 2012 году сильного оппозиционного кандидата в Рязани, Игоря Морозова, вместо выборов отправили в Совет Федерации. Тогда же непопулярному губернатору брянской области Николаю Денину, которого на какое-то время снимали с выборов по решению суда, все равно обеспечили переизбрание. Сергей Собянин дотянул до планки 50% в 2013 году в Москве; в 2014 году регионов с особо интригующим сценарием выборов не нашлось вовсе. И вот в 2015 году, на четвертый год вновь обретенных губернаторских выборов, случилась сенсация.

Особый регион, особые коммунисты

Однако экстраполировать результат коммуниста в Иркутске на возможные результаты оппозиции в целом по России сложно. Иркутская область – регион со специфической политической культурой. Еще в 2010 году оппозиционным кандидатам удалось выиграть выборы мэра в Братске и Иркутске. Мэром Иркутска тогда стал коммунист Виктор Кондрашов.

Причина проигрыша провластного кандидата банальна – неумная и откровенно провальная кампания и нереалистичные амбиции бывшего губернатора Дмитрия Мезенцева. Почему-то у иркутян не сложились отношения с Мезенцевым. В результате фактор поддержки губернатора сыграл не за, как рассчитывали в обладминистрации, а против его протеже Сергея Серебренникова. Не учли в администрации и того, что их кандидат до выборов был мэром Братска. Иркутск и Братск в известной степени являются городами-антагонистами. И в Иркутске выдвижение «человека из Братска» однозначно воспринималось как «Мезенцев хочет сдать Иркутск Олегу Дерипаске». Иными словами: нелюбимый губернатор старается ради почти ненавидимого олигарха. При таких изначальных позициях возможности административного ресурса были ограничены.

Помимо этого, кандидата от КПРФ в администрации в принципе не принимали всерьез. Основным оппонентом Серебренникова там справедливо считали самовыдвиженца единоросса Антона Романова. Он популярный в городе политик и крайне нетипичный единоросс. Например, в одном из интервью в 2009 году он говорил следующее: «Я сторонник народного государства, сторонник общенародной собственности на средства производства и убежден, что мы рано или поздно все равно вернемся к этой форме общественной жизни. Иначе Россия как геополитический объект перестанет существовать». Такая риторика скорее соответствует именно Компартии, быть может – ЛДПР, но никак не партии власти. И нет сомнений, что у значительной части иркутских избирателей востребована именно такая риторика.

Когда над кандидатом от администрации явно нависала угроза проигрыша, власти пережали – сняли с выборов Антона Романова. Избиратели обиделись и проголосовали назло – за не очень известного бизнесмена, кандидата от КПРФ Виктора Кондрашова. Надо сказать, он тоже был странным коммунистом: на выборах в региональный парламент шел по списку КПРФ на непроходном месте, но в результате один из коммунистов выше него в списке отказался от мандата. Обычно такое происходит, когда кандидат пониже является основным спонсором кампании, и мандат ему был за это гарантирован.

Ловцы протестного электората

Иркутская кампания 2010 года хорошо объясняет то, что случилось в области сейчас. Партийные бренды политиков не имеют особого значения. В кампании 2010 года за пост мэра боролись два формальных единоросса, а победил формальный коммунист. Но это не совсем единороссы и не вполне коммунист. Просто в данный момент конкретные местные политики выбрали себе такую партийную крышу. Тот же Виктор Кондрашов в 2011 году сменил мундир коммуниста на более приличествующий мэру статус единоросса.

Второй важный момент – в регионе сильны протестные настроения. Губернатор в Иркутске не царь и бог, не «хозяин региона», как какой-нибудь Аман Тулеев в Кемерове или Евгений Савченко в Белгороде. В Иркутской области с 1991 года сменился уже седьмой губернатор, а если считать еще и врио, так и вовсе девятый. То есть средний губернатор не высидел там даже одного полноценного срока. Игорь Есиповский, правда, трагически погиб при крушении вертолета, но в целом губернатор Иркутской области – фигура не сакральная и политически не тяжелая.

Важно и то, что в Иркутской области существует несколько политических центров силы. Влиятельными политиками, помимо Кондрашова и его соратников, является группа депутатов регионального парламента (в том числе спикер Людмила Берлина), а также председатель совета директоров ОАО ФСК «Новый город» Александр Битаров. Плюс ряд фигур чуть меньше по статусу и политическому весу. Эти группы внутри иркутской элиты действуют далеко не всегда согласованно и с администрацией области периодически находятся в весьма сложных отношениях. По крайней мере, нельзя сказать, что элита области монолитна, а это сказывается в том числе на популярности губернатора.

Разумеется, на результате иркутских выборов сказалось и то, как были организованы избирательные кампании Левченко и Ерощенко, но все-таки главной причиной успеха оппозиции стало сильнейшее нежелание жителей голосовать за кандидата от власти. И тут нельзя говорить о торжестве КПРФ даже в отдельно взятой Иркутской области. Это голосование было не за Левченко, а против Ерощенко.

Также иркутские выборы вряд ли можно использовать в попытках спрогнозировать ход избирательной кампании в Думу в следующем году. На выборах в Госдуму избирателю будет предложена широкая линейка партийных брендов: надо думать, что все 14 партий, которые имеют право на выдвижение списков без сбора подписей, примут участие в выборах. И единолично присвоить себе весь протестный электорат им будет гораздо сложнее.

Михаил Захаров, эксперт Центра политического анализа, политолог, журналист

Источник: Вестник Московского Центра Карнеги

Комментариев пока нет