Есть мнение Статьи

Глобальная конкуренция в инновационно-информационную эпоху

29 октября 2016

Наука – это большая система. И поэтому она может служить всему человечеству, народам, а может – группам людей, игнорируя интересы народов. В России всегда исходили из принципа служения народу и Отечеству, присущих традиционной русской интеллигенции.

А сегодня? Какая наука нужна и строится в России? Это обретает особый интерес в исторический для всей российской науки момент – момент принципиального реформирования РАН. Реформирования, которое решает судьбу будущего российской науки на ближайшие десятилетия. Это волнует научное сообщество. Поэтому неспроста вновь и вновь появляются попытки разобраться в переплетении социально-культурных детерминант научного развития[1].

Современная наука – это социальный институт, а не клуб любителей научного познания. «Чистая наука» это утопия. Национально-государственная наука должна быть ответственным и подотчетным обществу и государству социальным институтом. Она должна проблематизироваться, направляться, стимулироваться практикой и нести ответственность перед социальной практикой, проверяться ею. Наука в принципе не может быть свободной от общества до такой степени, к которой в идеале устремляет «академическая свобода» и ожидают научные романтики.

В современном мире можно и нужно говорить о науке для народа, нации, государства, его перспектив и стратегии, поскольку усиление конкурентного противостояния наций – уже свершившийся факт. Без усиления государства, усиления научности – конкуренции выдержать не удастся. Эта проблема совершенно обосновано ставится даже в радикально либеральных странах – как в концептуальных конструкциях, так и в политической практике. Так, в недавней работе одного из известных авторов Ф.Фукуямы обосновывается нарастающее значение государственных институтов в странах западного мира, причем, акцент делается не только на природе государства, но в особенности на совокупности механизмов государственного управления. Этот автор, например, пишет: «…для будущего мирового порядка самое важное – это обучиться построению государства. …искусство построения государства будет ключевой составляющей национальной силы, столь же важной, как способность развертывать традиционную военную мощь для поддержания мирового порядка»[2]. Добавим, что такое «искусство» должно быть основано на серьезных и комплексных социально-гуманитарных научных разработках и технологиях по их продвижению (внедрению) в реальную практику.

Важный момент – несмотря на культурно-исторические, политические, экономические, управленческие различия во всех развитых и интенсивно развивающихся в современную эпоху странах (Северной Америки, Западной Европы, Восточной Азии) в качестве базового и интегрирующего принципа организации науки, институционализации научно-технической политики во всех странах берется ориентация на национально-государственные интересы, в том числе даже в странах с либеральным государственным устройством[3].

Данный вывод должен еще раз заставить задуматься организаторов науки и образования в стране (особенно в лице Министерства науки и образования, РАН, Ростехнологий, Роснано, руководителей отраслевых и региональных научно-инновационных проектов), поскольку многие из руководителей и идеологов проектов, во-первых, продолжают безосновательно исповедовать принципы организации англо-американской либо европейских моделей, а, во-вторых, в подавляющем большинстве неоправданно занижают требования в отношении национально-государственной эффективности результатов научного поиска, ориентации на обеспечение национальных интересов России. Отнюдь не странно, что в сложившейся ситуации принимаемые организационно-управленческие решения приводят в лучшем случае лишь к точечным прорывам (таким как НИЦ «Курчатовский центр») либо научным симулякрам (типа «Сколково», «Роснано»), продолжая усугублять ситуацию в стране в целом и укрепляя тенденцию на уничтожение российской науки и образования. Причем, несмотря на имеющиеся внутренние проблемы в самой российской науке, нельзя снимать со счетов активность зарубежных конкурентов российской науки, прилагающих направленные и серьезные усилия для ее дискредитации в глазах российского политического истеблишмента, мирового сообщества, а также все более сильная трансформация менталитета части российской хозяйственной и политической элиты в сторону агрессивного антисциентизма и антинациональных установок принципов организации и управления научной и образовательной деятельностью.

При этом, мировой опыт (многих стран, не только Китая) доказывает – наука может эффективно участвовать в национально-государственной конкуренции, в интересах нации и государства. Но если в развитых и интенсивно развивающихся странах огромное внимание и приоритеты отдаются национальной науке и экономике, то в нашей стране, например, до сих пор с экранов ТВ коммерсантам можно «с чистой совестью» утверждать, что наши самолеты несколько менее экономичны и потому будем покупать на Западе, что продовольствие у нас производить некому, потому дотировать сельское хозяйство не нужно – нужно дотировать западное, а земли распродавать[4], не обращая внимания на то, что в США до сих бюджет Минсельхоза второй по объему после оборонного (в 2005 году 134 млрд. долларов) и в него включаются не только дотации производителям (более 30 млрд. долларов), но и слабозащищенным слоям населения и детям, в том числе на бесплатное питание в размере 52 млрд. долларов[5].

Важным является исследование основных организационных структур научно-технической деятельности, в том числе с целью консолидации национального научно-технического потенциала. На примере стран Европы, США и Азии можно увидеть такие организационные формы, как национальная исследовательская программа, консорциум, национальная программа развития, рамочная программа и другие, углубленный анализ помогает более эффективно осмыслять и использовать зарубежный опыт при выборе организационных форм научно-технической деятельности в России. Причем, нужно сделать вывод: а) существуют некоторые универсальные закономерности; но б) каждая страна вырабатывает свою модель, поскольку организация науки в национальном масштабе имеет культурно-историческую привязку; в) как следствие, неизбежно проведение собственных государственных комплексных исследований и практических экспериментов в сфере развития и управления научным сообществом и научным развитием.

Различны и системы мотивации научной деятельности, и, соответственно, деградации науки. Так, для России (и российских ученых) проблема никогда не сводилась только к финансированию (хотя его катастрофически и хронически не хватает). Высшие смыслы, «великие дали» (А.И.Неклесса), Родина никогда не были для русского человека пустым звуком, но, напротив, являли собой одни из важнейших организующих начал его духовной и материальной деятельности, включая научный поиск. Это сказалось и в системе социальной мотивации, в которой уважение общества (социальный авторитет, престиж профессии, включая государственные награды, система пропаганды) и социальная стабильность профессии и пожизненные социальные гарантии – всегда были предпочтительнее временно высоких доходов и связанных с ними рисков; постоянный труд всегда воспринимался как смысл, благо, радость – в противовес идеологии «один раз урвать и всю жизнь не работать». Даже интеллектуальная собственность, продажа результатов творческого труда, интеллектуальная пожизненная рента, теперь введенная в ранг закона в IV главе Гражданского кодекса РФ – культурно-исторически противоречит российскому мировоззрению, в котором, начиная с религиозного этапа развития и до секулярного в советский период, талант считался данным (свыше) одному человеку для того, чтобы служить всем людям, народу, обществу, стране, а не торговать им для собственной корысти. Утрата великих созидательных смыслов, социальной престижности профессии ученого, замена чистоты помыслов творческой личности финансовым чистоганом – сегодня одна из важнейших причин деградации и «старения» системы науки и научного сообщества, падения престижа образования. Конечно, без соответствующего финансирования многие отрасли науки развиваться не могут и это должно оставаться предметом постоянного внимания и борьбы научного сообщества. Но, подчеркнем, отнюдь не только в финансировании дело – например, в случае социально-гуманитарных и даже теоретических естественных и технических наук деградация так же глубока, хотя для развития многих отраслей которых в качестве оборудования достаточно ручки, бумаги, библиотеки и пишущей машинки (хотя и в виде компьютера).

Болезненный, но важный аспект проблемы организации государственной научной системы – какая же страна будет на территории России через некоторое время? От этого зависят и характер и перспективы науки. Сценариев здесь несколько:

- колониальная сырьевая территория, объединенная единой государственностью феодально-криминального типа с персонифицированными пожизненными удельными вотчинами (модель управления XVI-XVII веков);

- единая территория с формально единой государственностью, фактически, поделенной на протектораты нескольких государств или межгосударственных объединений – Единая Европа, США+Великобритания+Польша, Китай, тюркский мир;

- несколько крупных государственных либо квази-государственных образований с перспективой организации в государства: Дальний Восток, Восточная Сибирь, Западная Сибирь, Европейский Север, Урал и Поволжье, Северный Кавказ, Центральная Россия (причем, некоторые регионы в разных вариантах – Северо-Кавказский Халифат, Идель-Урал, Казацкое государство и т.д.);

-  разделение на более мелкие регионы в пределах административного деления России, не претендующие на статус отдельных государств и являющиеся (избирательно, как дама на вечер, типа прибалтийских стран, с принадлежностью какому-либо отдельному государству на время).

За каждым из указанных (и других, менее возможных) сценариев стоят крупные геополитические стратегии, серьезные научные расчеты, активные группы в российском сообществе, в том числе в системе РАН.

Несколько слов о выживании науки для сильного и могущественного российского государства как одного из пока еще возможных сценариев и важнейшего компонента конкурентоспособности страны. Полагаем, что социальная подсистема науки, ориентированная на интересы страны, сегодня может выжить лишь тремя способами:

- активным и резким давлением на власть, выступая как организованная и сплоченная корпорация, осознающая ответственность перед страной;

- посредством поиска среди власть предержащих и деловых людей тех, кто еще не до конца забыл слова «Родина» и «народ»;

- посредством выхода на те уровни власти, которые отброшены от основного «национального пирога» и, питаясь крошками со стола, не смогут выжить без современных социально-управленческих технологий (многие регионы и подавляющее число муниципальных образований).

Однако все три варианта предполагают, что отечественная патриотическая наука должна выйти из подполья (засады), начать говорить своим голосом, преодолеть собственные комплексы. Теперь – пора выдвигаться из засады, где стоял научный полк, брошенный «командирами», но не тративший даром времени. Выйти и сказать свое слово в битве за Россию.

Для реализации этого необходимо, исходя их азов программно-целевого управления, начать выстраивание целевой управленческой стратегии и государственной политики развития науки. Это требует институциализации специализированного исследовательского подразделения внутри РАН и его институтов, осуществление работ по прогноза и проектам не кулуарными методами, а на основе научных расчетов, предложения и расчеты которого лишь и могут быть основанием для принятия управленческих решений как коллегиальными органами управления (Ученые советы РАН и институтов), так и директорами институтов.

Важным компонентом научных исследований должны стать социально-гуманитарные направления науки, практически полностью утратившие прагматический потенциал. Необходима научная политика в области разработки инновационных технологий в сфере стратегического управления, в том числе управления наукой. Отсутствие даже постановочной проблемы о разработке политики в области социально-гуманитарных наук, социально-гуманитарных технологий, организационно-управленческих технологий, в том числе применительно к самой науке, создает феномен управленческого хаоса в науке, отсутствия у российской науки собственных обеспечивающих управление аналитических технологий, маркетинга, обеспечения безопасности, конкурентоспособности, PR, взаимодействия с обществом и системами государственного и корпоративного управления и т.д. В современном государстве необходимо и неизбежно формирование такой политики, ее научная разработка, создание административно-управленческих механизмов ее осуществления и контроля исполнения, которые в настоящее время в России, к сожалению, отсутствуют. Если наша страна не хочет оставаться на задворках современности, необходимо форсированными темпами углублять исследование всего спектра проблематики по осуществлению государственной политики в научной сфере во всем комплексе – от целевой функции до проектирования и создания эффективных систем управления и контроля, далее переходить к осуществлению продуманных шагов к ее осуществлению на практике. Добавим лишь, что именно отсутствие в настоящее время такой национально-государственной политики в России является ключевой причиной деградации науки и образования.

Кроме того, наука должна создать социальную (включая информационно-идеологическую) технологию и соответствующие организационные структуры по продвижению научно-патриотических интересов. Такой технологии и структур пока также нет, и она не создается, хотя, как известно, технология продвижения продукции во всех отраслях сегодня включает в себя не менее половины усилий от всего цикла (разработки, производства, продвижения). Отсутствие системы экспертно-аналитических структур по продвижению идеалов Просвещения, знания во власть и производство – одна из серьезнейших причин, причем, вина за отсутствие лежит во многом на самом научном сообществе, которое до сих пор продолжает в лучшем случае оставаться на уровне абстракции, то есть лишь собственно производства научной продукции. Именно поэтому наука проигрывает не только клерикализму, но и антинаучности – даже на экранах ТВ. Поскольку, оказывается, абстрактным может быть не только «видение», но и действие – например, такое как «просто создавать идеи и говорить о них», а также «просить, ругать, хвалить власть или что-то ждать от нее». А необходимо и можно «вынуждать и заставлять» общество, власть, богатых считаться с наукой в интересах нации и государства – посредством современных социальных технологий, которые должны стать органической частью научных проектов. Пока же мы имеем то, что имеем, начиная с отсутствия методологии отечественной социальной науки – до доминирования банальной «экономикс» и всей либеральной экономической науки, выступающих с позиций богатых, с позиций элитарно-квазифеодального устройства мира[1].

1. Кулькин А.М. Наука в России: процесс деградации и перспективы ее возрождения. М., 2014.

2. Фукуяма Ф. Сильное государство: Управление и мировой порядок в XXI веке. М., 2006. С. 199-200.

3. Это уверенно на основе огромного количества аргументов доказывается в книге А.М.Кулькина и предыдущих работах этого автора.

4. При том, что наши земли, наряду с бразильскими, признаны наиболее плодородными в мире и при современных технологиях Россия и Украина могут прокормить 33 млрд. человек, что признают и эксперты ООН. Впрочем, может быть поэтому их и распродают.

5. См.: Назаренко В.И. Рынок продовольствия на Западе. М., 2008. С. 45-46.

Александр Селиванов, доктор философских наук


[1] Тогда как, например, даже в отсталом до недавнего времени Китае более социально-ответственно относятся к науке и ее результатам. Так, начиная с 2006 года там идет острая научная, идеологическая и политическая дискуссия, начатая сторонниками марксизма, которые упрекают китайских сторонников западных экономических теорий в постепенном выдавливании марксизма. Это, по их мнению и мнению части руководства страны, представляет для Китая серьезную опасность, поскольку в итоге может привести к разрушению установки на справедливость, что в условиях миллиардного населения, едва вырвавшегося из бедности, чревато серьезными катаклизмами. И критика китайских специалистов начинается именно с науки и системы образования, в которых начинают усиливаться позиции западных экономических учений. По оценкам китайских специалистов, в случае развития, подобного России, коллапс Китая неизбежен (см. разработки Института Дальнего Востока РАН, особенно статьи О.Н.Бороха, Э.П.Пивоваровой в сборнике: Экономическая реформа в КНР: на рубеже веков. М., 2008, с.41-57; 232-244).

 

Комментариев пока нет