Глава 1.2. Аналитика «три в одном»: три источника аналитического метода

1.2. Аналитика «три в одном»: три источника аналитического метода

Я вновь встретился с Вадимом, чтобы продолжить разговор об аналитике. Напомню: в компании «Аналитика+» Вадим находится на позиции стратега.

Поэтому мой первый вопрос, который я задал Вадиму: «Почему стратег? Что тебя отличает как стратега от твоих коллег?»

Все просто, – сказал Вадим,  – я самый главный. Я босс, они мне подчиняются».

Оценив удивление, отразившееся на моем лице, он продолжил уже серьезно: «Ладно, расслабься. Это была шутка. На самом деле все мы работаем на общее дело. Поэтому у нас не должно быть трех разных «аналитик» - только одна, единая.

В действительности так и есть. Аналитика представляет собой единство трех начал, включая: поиск небанального актуального знания, информации; определение истинного смысла и значения объективной обстановки; деятельность по преобразованию существующей практики, мыслительной в том числе. А общей целью выступает решение встающих проблем – ради практической пользы, расширения наших познаний и опыта, а также для совершенствования методов и способов решения».

«Почему у тебя и твоих коллег разные направления? Вы даже называетесь по-разному» - продолжил я свой «допрос».

Мы в одной лодке, у нас общие задачи. Продвижение начнется, если мы сумеем договориться, как действовать, начнем искать пути решения сообща и увидим, что движение идет в правильном направлении, которое принесет пользу нашим заказчикам.

Для понимания поясню на примере. Сегодня вследствие пандемии коронавируса экономика испытывает шок, связанный с приостановкой работы предприятий. Предпринимателям грозит разорение, т.к. нет выручки, а платить по счетам надо; работникам грозит снижение заработка и безработица; государству нужно думать, как выходить из этой ситуации, нужно ли распечатывать резервы, кому помогать, какие меры нужны, как сохранить контроль над ситуацией.

Посмотрим, кто и что делает в этих обстоятельствах, какие задачи решает.

Правительство предлагает: «Я знаю, что нам нужно. Мы тут посовещались со всеми заинтересованными сторонами из числа работодателей, представителей гражданского общества, политических партий и т.д. и считаем необходимым принять следующее решение: предоставить хозяйствующим субъектам, больше других пострадавшим в сложившейся ситуации, беспроцентные кредиты на выдачу заработной платы. Дополнительно: для граждан, лишившихся заработка или его существенной части и имеющих долговую нагрузку, объявим кредитные каникулы на полгода, чтобы они смогли пережить этот период». Иными словами, Правительство решает задачу: в меру своей информационной и иной «подкованности» указать выход из возникшей ситуации, адекватный этой ситуации и вытекающим из нее угрозам для бизнеса, граждан и экономики в целом.

Центральный Банк возражает: «Предложенная Правительством программа мер стоит денег, точнее – очень больших денег. Мы не можем позволить себе быть неэкономными, т.к. это грозит нам всем общей катастрофой.  Тем более, что есть и другие драйверы шокового падения экономики, кроме пандемии коронавируса: кризис перепроизводства на нефтяном рынке, например. Мы определились вместе с банковским сообществом, прежде всего, с системообразующими банками, и предлагаем в сложившейся ситуации установить такой-то конкретно предел объема помощи. Устроит всех это или нет, но пока мы другого разумного решения не видим, и отказываться от своей позиции не согласны». Другими словами, ЦБ решает задачу, как с учетом предложенных Правительством мер, сохранить стабильность и устойчивость национальной банковской системы, как важнейшей системы для всей экономики. Фактически ЦБ ограничивает «фантазию» Правительства конкретными рамками, настаивая не выходить за эти объективно обоснованные границы.

Очевидно: несмотря на то, что и Правительства, и ЦБ объективно находятся в одной лодке, их приоритеты не совпадают.  Исполнительная власть нацелена на то, чтобы найти решение проблемы, чтобы эту проблему снять, тогда как Центральный Банк нацелен на то, чтобы заплатить по возможности меньшую цену за снятие проблемы. На этой почве между ними возникают объективные противоречия, для преодоления которых требуется, прежде всего, искать и еще раз искать взаимно приемлемое для обеих сторон решение.

Пока они занимаются этими поисками и согласованиями, Президент напомнил им всем про еще одно актуальное измерение проблемы – политическое. «Помочь надо всем, –  сказал, как отрезал Президент – кому объективно требуется помощь государства в создавшейся ситуации. Нужно помочь экономике, помочь предприятиям, помочь людям, помочь семьям.  Если я увижу, что оказанной помощи недостаточно, я попрошу вас, т.е. Правительство и ЦБ изыскать возможность ее увеличить. И сделать это необходимо оперативно, то есть сейчас. При этом нельзя допустить, чтобы возникли риски, угрожающие стабильности и устойчивости банковской системы, как в текущем моменте, так и в перспективе». 

Иными словами Президент сформулировал общую задачу всем, которая звучит примерно так: «Я не знаю, что и как вы будете делать, но мне нужно, чтобы вы все вместе нашли выход из ситуации, в которой мы оказались, устраивающий всех участников, включая меня как Президента.  И найдите решение быстро, т.к. времени, как всегда, у нас нет».

«Получается, что ситуация на всех одна, т.е. и Президент, и Правительство, и даже ЦБ – все «в одной лодке». Но позиции и интересы у каждого из членов этой единой команды – разные. Как будто они все имеют перед собой одну и ту же картину, но каждый видит в ней что-то свое, более ему близкое и дорогое».

Да, ты все правильно понял.

Я бы еще добавил, что, несмотря на имеющиеся между ними объективные противоречия, каждый из участников команды по-своему необходим, играет свою незаменимую роль для получения ожидаемого всеми, устраивающего всех решения.

Роль Правительства очевидна - оно предлагает, как решить стоящие перед нами проблемы, основываясь на имеющейся в его распоряжении информации о положении дел, которую исполнительная власть регулярно получает из разных источников, с учетом мнений и предложений многочисленных экспертов, наблюдателей, как собственно из правительственных структур, так и независимых.  Роль правительства – генерировать решения проблем на основе всей совокупной информации, имеющегося опыта и специальных, в т.ч. узкопрофессиональных знаний и подходов.

Роль Центрального Банка – не дать Правительству оторваться от реальности и «воспарить в фантазиях», не имеющих под собой объективной почвы.  ЦБ призван возвращать на «грешную землю» экспертов, слишком увлекающихся абстрактными построениями, оторванными от фактического положения вещей, напоминая о необходимости соизмерять желаемое с реально возможным, а возможное – с действительно необходимым. 

ЦБ (а также находящееся с ним по одну сторону баррикады Министерство финансов) выступает в роли строгого оценщика запросов и предложений Правительства, подходя к ним с позиции критериев, прежде всего, исключительно формальных, «бухгалтерских», типа соотношения затрат и эффективности и различных производных от него показателей.

В отличие от генерирующего предложения Правительства, для ЦБ, а также Минфина важны не только и, может быть, не столько содержательная сторона предлагаемых решений и их смысл, сколько значение этих предложений, прежде всего, для «кошелька». Важна «ресурсная обеспеченность» предлагаемых решений и целесообразность тех или других трат не только для получателей помощи, но и для тех, кто ее предоставляет.

Позиция ЦБ и Минфина не просто логична – она консервативна, основывается, прежде всего, на текущих реалиях и «железобетонных» фактах (данных). То, что эти данные могут измениться, аргументом не признается, пока эти данные не изменились фактически.

Выход за пределы, диктуемые имеющимися на данный момент данными, рассматривается «консервативной» частью команды не как целесообразное расширение поля возможностей для поиска, а как увеличение рисков непредсказуемости, нецелесообразное с точки зрения обеспечения стабильности и реализуемости предлагаемых решений.

В целом «консерватизм» части команды весьма продуктивен, т.к. стимулирует думать не только над содержательной стороной предлагаемых решений, но над их значением: как они могут сказаться на устойчивости всей системы в целом, как отразятся не ее слабых, более уязвимых, менее защищенных сторонах и элементах.

Роль Президента – первого среди равных – обусловлена его положением в системе и той ответственностью, которая лежит на нем персонально и не может быть им делегирована ни при каких, ни хороших, ни плохих обстоятельствах.  Функция Президента – обеспечивать эффективное и непрерывное содержательное взаимодействие между всеми позициями, одновременно обеспечивая необходимый баланс, чтобы ни одна из позиций, сколь бы мотивированной она ни была, не доминировала при выработке и принятии консолидированных решений.

Президент напоминает держателям каждой позиции, в чем состоит их функция в команде, и требует от них сохранять и защищать свои позиции в диалоге, проявляя при этом максимально возможную, полезную для общего результата гибкость и изобретательность. В отсутствии этой президентской роли система командной работы по выработке решений становится менее управляемой, что сказывается на ее успешности и качестве принимаемых решений.

При этом позиция самого Президента должна оставаться максимально гибкой: он должен ко всем прислушиваться, но не должен становиться ни на чью сторону. Должен принимать решение, но не должен делать это за членов своей  команды – они должны сообщать ему, к какому решению консолидированно пришли, почему считают его оптимальным, какие альтернативы при этом были отклонены и по каким основаниям.

Принимаемое Президентом решение основывается на представленной ему полной информации и с учетом того, что оно устраивает всех членов команды. Если оно не устраивает самого Президента, он отправляет решение команде на доработку со своими предложениями.

Если предложения Президента после их всестороннего обсуждения отклоняются членами команды, Президент вправе принять окончательное решение под собственную ответственность. Этот механизм позволяет избежать патовой ситуации, состоящей в невозможности принятия никакого окончательного решения, и одновременно гарантирует, что каждое предложение, включая предложение самого Президента, будет рассматриваться на равных с любыми другими предложениями. Значение последнего правила сложно переоценить, т.к. оно служит гарантией стабильности системы, условием того, что сколь бы ни были сложны и конфликтогенны решаемые проблемы, сохранению самой системы командной выработки и принятия решений ничто не угрожает.

«Если я правильно понял тебя, Вадим, ты сейчас представил в кратком виде образ работы команды аналитиков, расписал их роли и соответствующий этим ролям функционал.

Как я понимаю, под условным наименованием «Правительство» ты вывел образ аналитика-«информационщика», создающего картину обстановки. А позиция условного «Центрального Банка», которую ты изобразил, напомнила позицию аналитика данных, опирающегося, прежде всего, на цифры и факты, а не на умозрительные построения.

Между условным «Правительством» и условным «ЦБ» существует деловой конфликт: «Правительство», на основе знания и понимания обстановки, событийного контекста, генерирует предложения, а «ЦБ» – на основе знания и понимания фактического состояния, фактической оценки ресурсов системы – оценивает соответствие этих предложений реалиям, отражаемым в цифрах и фактах.

«Правительство» и «ЦБ» нужны друг другу, потому что их функции взаимно дополняют и ограничивают друг друга. Также и «аналитик-информационщик» (ты назвал его «охотником за новостями», подчеркнув обратную связь с источниками информации) нуждается во взаимодействии с аналитиком данных, который оценивает выводы и предложения «информационщика» на соответствие фактологической базе (базе данных).

Что касается условного «Президента», то его позиция в системе напомнила мне позицию аналитика-стратега, который стремится получить из обеих позиций – и «информационщика», и аналитика данных – максимум пользы, т.е. максимально широкую и глубокую аналитическую картину обстановки, согласующуюся с максимально обширной и разнообразной базой данных.

После каждого очередного раунда взаимодействия между «информационщиком» и аналитиком данных, стратег «заставляет» «информационщика» вновь переосмыслить созданные им построения, чтобы они включили в себя как можно полнее сведения, предоставленные аналитиком данных. А аналитика данных, в свою очередь, стратег просит о расширении базы данных, поиске новых данных, которые бы подтвердили (или опровергли) картину обстановки, созданную «информационщиком».

Таким путем стратег «заставляет» обоих участников процесса «информационно-аналитического со-творчества» выходить на пик своих возможностей».

«Блестяще. Я бы сам не смог сказать лучше. Главное, что мы поняли: процесс создания информационно-аналитической продукции не сводится к индивидуальной деятельности некоего «одиночки». Напротив, это «три в одном»: работа для трех не сводимых друг на друга подходов или позиций: «информационщика», аналитика данных и стратега.

«У твоих коллег и у тебя разные специализации – не унимался я, – расскажи об этом поподробнее»

Да, у каждого из нас своя задача.

Мой коллега «информационщик» (он же «охотник за новостями») как самый информированный среди нас в самых эксклюзивных, наиактуальнейших, тонких нюансах и малоизвестных деталях происходящего, обладающий самой конфиденциальной информацией из самых разных источников, создает на основе своих представлении картину обстановки.   Ее ценность заключается в ее небанальности, не формальности и не трафаретности.

Картина обстановки – это не общее место, которое можно многократно переписывать разными словами, и не канон, от которого нельзя отступать. Это, прежде всего, авторский продукт, отражающий уникальное видение автора, овладевшего широчайшей источниковой базой и сумевшего всю почерпнутую информацию «переварить», переосмыслить в своей голове, и этот созданный им смысл передать максимально простым, непротиворечивым (логичным), доступным языком.

Другой мой коллега – аналитик данных решает не менее важную задачу: располагая широчайшей базой «железобетонно» истинных (многократно наблюдавшихся, подтвержденных, проверенных, доказанных) данных «про все вокруг и про всех на свете», он должен «прокачать» созданную «информационщиком» картину через свои базы, чтобы выявить все несоответствия этой картины тем или иным фактическим данным.

Результатом работы аналитика данных служит откорректированная картина обстановки, из которой исключены те ее элементы, которые явно и однозначно не соответствуют имеющимся неоспоримым данным.  Свои базы аналитик данных никому не предоставляет, чтобы, в частности, не было искушения у автора картины обстановки заранее подгонять свой продукт под имеющиеся на данный момент данные.

С другой стороны аналитик, создающий картину обстановки, в принципе не обязан ориентироваться на содержание баз данных. Хотя бы потому, что сколь бы «могучими» («всеохватывающими», залезающими во все щели) ни были эти базы, не все им доступно, не за всем ежеминутно и ежесекундно происходящим в мире (и в какой-либо конкретной области) они поспевают. Как ни странно, ценность картины, создаваемой ее автором, отнюдь не в том, чтобы целиком и полностью соответствовать наличному содержанию баз данных.

Ведь создавая картину реальности, аналитик должен заложить в нее прогностический смысл, а для этого он должен опираться не только на то, что есть по факту, наличествует здесь и сейчас, но и на тенденции. 

Базы данных напрямую как таковых тенденций не содержат, ведь тенденция – это не факт, не событие само по себе, а лишь намек на то, что из этого факта (фактов) или события (событий) проистекает. Это не сами по себе факты и события, а их смысл, мыслимое развитие установленных фактов и событий, видимый автору картины обстановки, но не содержащийся физически в базах данных.

Все отмеченные объективные противоречия между позицией создателя картины обстановки и позицией, отстаиваемой «согласно штатному расписанию» аналитиком данных, должен конструктивно разрешить стратег. Он принципиально не поддерживает ни ту, ни другую позицию, выступая с позиции интересов потребителей и пользователей аналитической продукции.

На этом месте я попросил Вадима прервать свой рассказ, чтобы дать мне возможность «переварить» и переосмыслить ту картину аналитической работы, которую он уже успел нарисовать.

Вскоре мы встретимся вновь и продолжим наш разговор. До встречи.

Продолжение следует...

Игорь Рабинович, политический аналитик