Философия и наука

Есть несколько причин написания этой книги, посвященной проблемам философии и науки, проблемам их взаимодействий, сходств и различий. Назовем их.

Во-первых, в последние годы, к сожалению, достаточно конкретно проявляет себя тенденция умаления, а нередко и отрицания социальной роли философии. Пиком этой тенденции являются попытки отрицать научный статус философских знаний (См. Волкогонова О.Д., Сидорова Н.М. Основы философии. – М.: ИД «Форум»: ИНФРА – М, 2006, с. 10; Кохановский В.П. Основы философии науки. – Изд. 5-е. – Ростов Н/Д: Феникс, 2007, с. 41; Кузнецов В.Г., Кузнецова И.Д., Миронов В.В., Момджян К.Х. Философия. – М.: ИНФРА. – М.: 2008, с. 135; Лешкевич Т.Г. Философия. – М: ИНФРА. – М: 2006 с. 6). Очевидно, что согласиться с таким подходом к философии вряд ли разумно, да и возможно.

Во-вторых, оригинальную, но, в то же самое время, весьма противоречивую точку зрения исповедуют те люди, которые утверждают, что философия – это наука и не наука одновременно (См., Вечканов В.Э. Философия. – М.: Издательство «Экзамен», 2007, с.12-13; Философия: Учебник под ред. В.Н. Лавриненко. – М.: Юристъ, 2007, с. 15-26). Подобный подход к философии, без сомнения, рождает в сознании людей немало проблем, которые не стимулируют их позитивное отношение к ней.

В-третьих, нельзя признать продуктивными выводы о том, что философия является мировоззрением, идеологией, умением мудрствовать, способностью людей умело вести споры, беседы и т.д. (См. Бучило Н.Ф., Чумаков А.Н. Философия. – 2008, с. 9; Вальяно М.В. Философия. – М.: Изд-во «Дело и Сервис», 2003, с. 8; Губин В.Д. Основы философии. – М.: Форум: ИНФРА, 2008, С. 9; Данильян О.Г. Философия. – М.: ТК Велби, изд-во Проспект, 2007, с. 4; Основы философии. – Ростов Н/Д: Феникс, 2007, с. 9; Солопов Е.Ф. Философия. – М.: Изд-во Владос-Пресс, 2003, с. 16; Стрельник О.Н. Философия. - М.: Юрайт-Издат, 2008, с. 7), но только не наукой. Очевидно, что подобные трактовки содержания философии уводят нас в сторону от понимания ее как специфической общенаучной системы знаний.

В-четвертых, определенные сложности в понимании статуса философии проявляются тогда, когда ее трактуют как науку и как мировоззрение одновременно. Очевидно, что у философии есть мировоззренческая функция, как она есть фактически у всех наук. Вместе с тем, трактовать философию как науку и как мировоззрение одновременно, нам представляется, не совсем корректным. Философия, прежде всего, наука, выполняющая мировоззренческую функцию, наряду с гносеологической, логической, методологической, методической и другими функциями, присущими фактически всем наукам. Словом, не отрицая мировоззренческой направленности философии, важно, прежде всего, и главным образом, понимать ее как полноценную систему научных знаний. Еще раз заметим, что в противоречие с подобной точкой зрения вступают авторы работ, в которых философию трактуют одновременно как науку и мировоззрение (См. введение в философию/под ред. А.В. Солдатова. –СПб.: Изд-во «Лань», 2007, с.10, 12; Философия. – М.: Вузовская книга, 2007, с. 21; Философия/под. Ред. В.Н. Лавриненко. – М.: Юристъ, 2007, с. 15, 26.).

В-пятых, явно ослабили позицию философии как науки действия ученых, сводивших ее в разное время то к истории развития философских знаний, то к этике, то к эстетике, то к религиоведению. Не отрицая наличия у названных дисциплин философских основ, взаимодействий их с философией, взаимодополнений их друг другом, нам представляется, что все же нельзя «растворять» в них философию как специфическую науку.

В-шестых, нельзя оставить без внимания и еще один разрушительно действующий на философию способ отрицания ее практической направленности, отрицания практической значимости философских знаний. Специалисты этого направления абсолютизируют роль, как они называют, конкретных, точных наук. При этом с усердием, заслуживающим лучшего применения, безапелляционно пытаются отрицать практическую направленность философских знаний.

В-седьмых, разрушительно по отношению философии, ее научного статуса, действуют люди, которые пытаются доказать тезис: современная философия ничего не дает, ничего не делает позитивного для развития других наук. В нем, фактически, генерируется позиция отрицания общенаучного методологического статуса философии.

В-восьмых, все более очевидным становится вывод о том, что развитию вышеназванных подходов к философии во многом способствовали люди, специалисты, работающие на философском поле, но относящиеся к философскому знанию упрощенно, во многом вульгарно. Эти упрощения многолики, имеют самые разные проявления: незнание «горе философами» философии, но создание иллюзий по поводу того, что предлагаемые ими «инновации» и есть собственно философия; снижение общей философской культуры современного общества; незнание, «так называемыми философами» содержания основных философских форм (категорий, законов, принципов, идей); догматизация ранее полученных философских знаний, отрицание их развития, возможности появления в современной философии новых категорий, законов, принципов, идей; не владение людьми философскими методологией и методикой, что, в конце концов, так же ведет к снижению практической нацеленности, практической значимости философии как науки.

В-девятых, существует еще одна причина, занимающая особое место среди побудительных мотивов, повлиявших на содержание данной работы. Ее суть. Многие работы последних лет, имеющие статус философских, явно не способствуют усвоению студентами, аспирантами, соискателями, специалистами нефилософских отраслей знания содержания основных положений современной философской науки. Ни в коей мере, не стремясь умалить, принизить чей-либо вклад в развитие, пропаганду и популяризацию философских знаний, все же обратим внимание на позиции тех авторов, которые, на наш взгляд, в своих работах, посвященных философии, науке и практике значительно снижают теоретическую, методологическую и методическую значимость философских знаний.

Позиция 1. Представляется, что не совсем точным, отвечающим основным задачам курса обучения специалистов философии и поиску путей ее практического применения в системе научного знания, является его название. Оно традиционно звучит так: «Философия науки» (См. Голубинцев В.О. Философия науки. – Ростов н/Д: Феникс, 2007. – 541 с.; Зеленов Л.А. История и философия науки. – М.: Флинта: Наука, 2008. – 472 с.; Ивин А.А. Современная философия науки. – М.: Высшая школа, 2005. – 592 с.; Лешкевич Т.Г. Философия науки. – М.: ИНФРА. – М.: 2008. – 272 с.; Философия науки. – Ростов н/Д: Феникс, 2007. 441 с.). Исходя из названия курса в такой редакции следует: а) что есть некая специальная область философии, которая исключительно ориентирована на науку; б) если это так, то должны существовать другие области философии, ориентированные на экономику, идеологию, право, нравственность, культуру, информацию, экологию, военное строительство и т.д.; в) следствием такого подхода, по сути, является увод людей, изучающих философию, от основной ее проблематики, от ее объекта и предмета, которые предполагают получение знаний о природе, обществе и мышлении людей, взятых в единстве; г) очевидно и то, что, если существует некая специальная философия науки, то она не может выполнять функцию науки о всеобщих процессах бытия, что, в конце концов, вступает в неразрешимое противоречие с утверждением о том, что философия была, есть и будет наукой о всеобщих процессах бытия.

Словом, есть все основания считать, что название курса: «Философия науки» не совсем корректно как по отношению к сути самой философии, так и науки в целом. Это, с одной стороны. С другой – если в качестве главной задачи такого курса рассматривать стремление определить функции, возможности, практическую значимость философской науки для всех других отраслей научных знаний, то, конечно же, более точным является название курса обучения в редакции: «Философия и наука».

Вышеприведенное название курса, как раз ориентировано на раскрытие функциональных возможностей философии как науки по отношению ко всем другим ее сферам и областям. По сути, именно на этом пути можно и нужно представить читателю теоретические, методологические и методические возможности философии в системе научных знаний. Именно так названа данная работа.

Позиция 2. Нельзя в полной мере принять точку зрения тех авторов, которые считают, что только через историю философии, представление взглядов наиболее авторитетных философов, школ можно решить задачу вооружения людей философской методологией, которая должна работать на общественную практику. Заметим, что такой подход к обучению современных людей, специалистов разных областей науки, содержит немало существенных противоречий, очевидно несильных, если не сказать жестче, слабых, сторон.  Представим их, при этом заметим, что история философии играла, играет и будет играть важную, необходимую роль в развитии философии как науки. Это, первое. Второе. В рамках философии должны работать люди, специально ориентированные на все более и более глубокое познание ее истории. Третье. Нельзя ни в коей мере отрицать роль истории философии как важнейшего звена мировой культуры. Все это важно. Вместе с тем, у нас нет права ориентировать людей, специалистов разных наук только на изучение взглядов тех или иных, пусть даже самых выдающихся, историков философии и вот почему.

1. Главная задача философии по отношению к специалистам других наук заключается в том, выражаясь фигурально, чтобы они овладели не «буквой» философской науки, а ее методом. Это означает, что изучение ими философии должно быть нацелено не только, и не сколько на наполнение своего сознания максимальным количеством информации философского толка, а на овладение методологией философской науки с целью применения ее в ходе решения задач познания явлений предметных областей тех наук, которыми они заняты. Нет оснований отрицать методологический заряд у историко-философских знаний, как нет оснований его преувеличивать. Последний значительно сильнее у современной философии как науки, диалектически снимающей в своем содержании все положительное, что было накоплено в ходе ее исторического развития. Отсюда следует, что специалистов других наук, других отраслей знаний, прежде всего, следует учить философии, а не ее истории.

2. Хорошо известно, что философия – это одна из самых старейших областей знаний, если не старейшая. Ее история насчитывает тысячелетия. Отсюда следует, что, если серьезно настаивать на последовательном, полном изучении истории философии, то очевидно, что задача становится невыполнимой, причем не только для специалистов нефилософских отраслей знаний, но и для самих философов. А коль скоро это так, то, настаивая на историко-философских приоритетах, мы неизбежно порождаем начетничество, формализм, путаницу в сознании людей, поскольку объем информации, которую несет в себе история философии, огромен, с ним вряд ли могут справиться даже самые выдающиеся умы. Такое состояние, такой подход к обучению философии, и это можно видеть на практике, вызывает, мягко говоря, непонимание у обучаемых, зачем им нужна философия, говоря жестче – неприятие философии как науки, отчуждение от нее.

3. Современный мир, мир электронных носителей информации, позволяют каждому человеку достаточно легко и быстро получать любую информацию, включая и историко-философскую. Электронные средства дают возможность любому человеку при необходимости ее «вызвать», получить и ознакомиться с ней. Отсюда следует, что ориентированность процесса обучения специалистов нефилософских наук на историю философии через пересказ, интерпретацию взглядов тех или иных философов становится малопродуктивным в современных условиях.

4. Существует очевидная проблема и в процедуре выбора философов, чьи взгляды должны приоритетно представляться в ходе историко-философских курсов. Эта проблема имеет не формальный, а реальный характер. Нередко их выбор обусловлен симпатиями к ним тех людей, которые формируют и читают курсы по истории философии; идеологической и политической конъюнктурой, сложившейся в обществе; популярностью в тот или иной период общественного развития взглядов тех или иных философов и т.д. Все это не способствует формированию системного подхода к обучению людей теории, методологии и методике использования философских знаний для решения практических задач.

Таким образом, еще раз заметим, что ни в коей мере не умаляя значимость историко-философских знаний в ходе общественного развития, следует констатировать, что современная наука ждет от философии общенаучные теорию, методологию и методику. Именно они необходимы специалистам всех отраслей знаний для решения ими практических задач своих направлений. Это значит – курсы обучения их философии должны быть, прежде всего, ориентированы на показ общетеоретических, общеметодологических и обще методических возможностей философии.

Исходя из всего изложенного, назовем задачи, попытка решения которых, предпринята в данной работе.

Задача первая. Она заключается в том, чтобы представить философию как полноценную науку, имеющую все ее атрибуты: свои объект и предмет; свои формы (категории, законы, принципы, идеи), имеющие общенаучное значение; свои методологию и методику, отличающиеся от методологий и методик всех других наук.

Задача вторая. Она состоит в том, чтобы показать изменения, произошедшие в ходе развития философии, представить ее современный вид.

Задача третья. Ее суть – раскрыть содержание общенаучных категорий, законов, принципов, философских концепций, показав их практические возможности.

Задача четвертая. Она предполагает иллюстрацию методологических и методических возможностей основных форм современного философского знания (категорий, законов, принципов, концепций). Их трансформацию в ходе практического использования в общенаучные приемы, способы, подходы и методы решения практических задач.

Задача пятая. Ее решение ориентировано на определение основных функций современной философии, раскрытие сути диалектических взаимодействий философии и других наук.

Задача шестая. Она заключается в том, чтобы всем содержанием данной книги доказать актуальность современных философских знаний, их общенаучный характер и практическую направленность, а значит показать необходимость и возможность их использования всеми людьми, специалистами всех отраслей науки.

В заключении заметим, что автору данной работы наиболее близки и понятны позиции тех ученых, которые правомерно отстаивают точку зрения на философию как полноправную науку в системе современных представлений о действительности (См. Вундт В.В. Введение в философию. – М.: Добровест, КДУ, 2007, с. 29; Сычев А.А. Основы философии. – М.: Альфа. – М.: ИНФРА, 2008. с. 19; Тарасов Ю.Н. Философия. – М.: Изд-во Московского психолого-социального института; Воронеж: Изд-во НПО «МОДЭК», 2006, с. 16; Философия/Под ред. проф. М.Н. Росенко. – М.: Гардарики, 2005, с. 9). Их позицию вряд ли можно и нужно квалифицировать как консервативную, догматичную. Нам она представляется как наиболее обоснованная, точная и последовательная.

 

Объект и предмет философии

Как известно, каждая наука имеет свою объектно-предметную область. Ее формируют явления, изучением которых она занимается.

Без особых проблем и противоречий мы находим ответы на вопросы об объектно-предметных областях физики (молекулярный состав явлений), химии (атомарное устройство мира), астрономии (тела, окружающие Землю, как планету), биологии (изучающей возникновение и развитие живых существ), истории (ориентированной на изучение процесса возникновения и развития всех без исключения феноменов окружающего нас мира), математики (дающей нам представления о количественных параметрах явлений), физиологии (изучающей биологическое строение человека) и т.д.

Жизнь убеждает в том, что определение объектно-предметных областей этих и других наук, как правило, не вызывают особых споров, противоречий. Это обусловлено рядом причин.

Во-первых, выразимся так, относительной узостью и конкретностью их объектно-предметных областей. Как известно, все эти науки не претендуют на изучение всего мира, а ориентированы на познание только феноменов определенных классов.

Во-вторых, возникновение названных частных наук, определение их объектно-предметных областей в значительной степени было подготовлено философией - «наукой наук», как ее определяли ранее, от которой многие из них отпочковались. Такой была судьба у медицины, астрономии, физиологии, математики, астрономии и многих других. Иными словами, конкретность их объектно-предметных областей исторически формировалась в рамках философии, изначально ориентированной на изучение природы, общества и мышления людей, рассматриваемых в их единстве.

В-третьих, как правило, частные науки направлены на изучение каких-то фрагментов либо природы, либо общества, либо сознания людей. Но не всех феноменов названных трех областей бытия. Это, опять же, во многом упрощает решение задач определения их объектно-предметных областей.

В-четвертых, облегчает понимание сути их объектно-предметного статуса близость частных наук к практике, особая их «плодоносность», если вспомнить слова великого Ф. Бэкона, позволяющая снимать массу проблем и споров об объектно-предметных областях частных отраслей знания.

Словом, названные и неназванные аргументы свидетельствуют об относительной простоте и конкретности определения объектов и предметов частных наук. Совсем по-другому обстоит дело с определением объектно-предметной области философии как науки.  На наш взгляд, существуют несколько факторов, усложняющих акцентированное, точное понимание объекта и предмета философии. Назовем некоторые из них.

Первый фактор – исторический. Выразим его в нескольких взаимосвязанных зарисовках.

Зарисовка первая. Общеизвестно, что изначально философия трактовалась как наука наук. Это означало, что все без исключения науки являлись составляющими, элементами философского знания. Понятно, что в такой ситуации весь мир, все процессы, происходящие в нем, являлись объектом философии.

Зарисовка вторая. Объективное развитие социальной практики и следовавшее за ней развитие науки, привели к потребности формирования частных систем научных знаний, которые обрели достаточно строгие объектно-предметные формы. На разных этапах развития науки, как уже отмечалось, появились математика, астрономия, медицина, психология, физика, химия и другие науки, которые обрели свои объекты и предметы. Это привело к их «выходу» из философии и обретению статуса самостоятельных научных дисциплин.

Зарисовка третья. С появлением частных наук философия не потеряла себя. Она продолжала развиваться, отвечая на вызовы социальной практики. В этих условиях понимание предмета философии как любви к мудрости (любомудрие) было вполне оправданным, так как сохранялась потребность размышлять о мире в целом, мудро осмысливать процессы, происходящие в нем. Долгое время в истории развития человеческой мысли, принималась названная трактовка объектно-предметной области философского знания, предложенная древними греками. Справедливости ради заметим, и в наши дни, можно встретить людей, которые связывают предметную область философии исключительно с любовью к мудрости. Нет оснований полностью отвергать подобный подход к предмету философии, как нет оснований абсолютизировать его, не видеть новые возможности, данные нам общественным развитием, для более точного, конкретного, современного понимания объекта и предмета философии.

Зарисовка четвертая. Нельзя оставить без внимания трактовку предмета философии, которую предложили древнеиндийские философы. Хорошо известно, что в переводе с древнеиндийского языка «даршака» философия трактовалась как «видение истины». При таком подходе предметом философского знания становился процесс, ведущий людей к истине в ходе познания ими явлений действительности. Подобное понимание предмета философии не вступает в неразрешимое противоречие с современным его видением. Действительно, одной из важнейших задач философии, было, есть и будет стремление приблизить знания людей к истине. Вместе с тем, не только эту задачу решала и решает философия. Это дает нам право более широко и предметно представлять ее объект и предмет.

Зарисовка пятая. В истории развития человеческой мысли, как уже отмечалось, были и есть люди, которые пытались и пытаются отрицать научный характер философии, представляя ее то как веру, то как мировоззрение людей, то как идеологию, а то и просто как умение людей вести споры, дискуссии между собой. Такие подходы либо искажают объектно-предметную область философии, либо ее просто отрицают. Позже на страницах данной работы будет высказано критичное к ним отношение. Сейчас же есть необходимость аргументировано представить современное видение объекта и предмета философии как науки.

Подавляющее большинство людей долгое время исповедовало единую точку зрения на объект и предмет философии, считая, что ни одна наука, кроме нее, не изучает природу, общество и сознание людей, взятых в их единстве, то есть общие законы, которые, по сути, характеризуют их единство (См. Гуревич П.С. Основы философии. – М.: Гардарики, 2007, с.13; Тарасов Ю.Н. Философия. – М.: изд-во Московского психолого-социального института: Изд-во НПО «МОДЭК», 2006, с. 16; Философия: Учебник/Под ред. проф. М.Н. Росенко. – М.: Гардарики, 2005, с. 9). Однако в последнее время стало новомодным трактовать объект и предмет философии по-своему. Появились оригинальные точки зрения. Априори, не возражая против них, проанализируем их суть.

Наиболее широкое распространение получило утверждение о том, что объектом и предметом философии является процесс взаимодействий, отношений «человек-мир» (См. Вечканов В.Э. Философия. – М.: Изд-во «Экзамен», 2007, с. 11; Кузнецов В.Г., Кузнецова И.Д., Миронов В.В., Момджян К.Х. Философия. – М.: ИНФРА-М.: 2008, с. 127; Лешкевич Т.Г. Философия. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007, с. 8; Стрельник О.Н. Философия. – М.: Юрайт-Издат, 2008, с.8; Философия: - М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2006, с. 12; Философия: учебник/Под. Ред. А.Ф. Зотова, В.В. Миронова, А.В. Разина. – М.: Академический Проект; Культура, 2008, с. 5; Философия: Учебник для вузов/Под общ. Ред. В.В. Миронова. – М.: Норма, 2005, с. 1).

Специфическим развитием вышеназванной точки зрения на объект и предмет философии является утверждение о том, что философия есть не что иное, как мировоззрение (См. Бучило Н.Ф., Чумаков А.Н. Философия. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008, с. 9; Вальяно М.В. Философия. – М.: «Дело и Сервис», 2003, с. 8; Введение в философию: учебное пособие/Под ред. А.В. Солдатова. – Спб.: Изд-во «Лань», 2007, с. 10; Губин В.Д. Основы философии: учеб. пособие. – М.: ФОРУМ: ИНФРА, 2008, с. 6; Данильян О.Г. Философия. – М.: Изд-во Владос-Пресс, 2003, с. 16; Философия. – М.: Вузовская книга, 2007, с. 21). Нетрудно заметить, что его исповедуют авторы, считающие, что объектно-предметную область философии представляют, опять же, отношения человека к миру. Действительно, такие отношения носят мировоззренческий характер. А коль скоро это так, то правомерно вести речь о единстве вышеназванных подходов к объекту и предмету философии.

Есть и другие точки зрения на объект и предмет философии. В частности, существует позиция, ориентирующая философию на проблемы познания явлений, строение научного знания, закономерности его развития, научного исследования (См. Вундт В. Введение в философию. - М.: Добросвет, КДУ, 2007, с. 29; Ерина Е.Б. Основы философии. – М.: РИОР, 2007, с. 4; Голубинцев В.О. Философия науки. Ростов Н/Д: Феникс, 2007, с. 3).

Очевидно, что, для того, чтобы аргументировано высказаться по поводу приведенных точек зрения, прежде всего, следует определиться с понятиями объект и предмет науки. При этом заметим, что если у тех или иных систем знаний нет своих, специфических, «неповторимых» объектов и предметов, они не могут квалифицироваться как самостоятельные, конкретные науки.

Что следует понимать под объектом науки? Под объектом науки следует понимать совокупность явлений, процессов, на изучение которых она направлена.  Другими словами, некая предметная область, ставшая зоной внимания конкретной науки, есть не что иное, как ее объект.

А что следует понимать под предметом науки? Под предметом науки следует понимать совокупность явлений, процессов, на изучение которых она нацелена. Это некое ядро, сущность предметной области, являющейся зоной особого внимания конкретной науки. Если попытаться наглядно представить различия между объектом и предметом науки, то можно использовать следующий, как нам представляется, достаточно наглядный образ. Хотя, предлагая его в данной работе, мы отдаем себе отчет в том, что он многое упрощает в подходах к объектам и предметам наук. Используем же мы его исключительно в гносеологических целях. В целях иллюстрации различий между объектами и предметами наук.

Объект науки – это «некая мишень», на которую «направлена» наука. Предмет науки – это «яблочко», «десятка», на которую наука «нацелена». Другими словами, у каждой науки есть предметная область, на изучение которой она направлена. Вместе с тем, в этой предметной области есть явления, процессы, которые должны стать главными фигурантами, определяющими процесс получения знаний о ней.

Экстраполируем приведенные определения объекта и предмета на философскую область знаний. Итак, что следует понимать под объектом философии? На изучение каких явлений она направлена?

Философия, как известно, была, есть и будет наукой, направленной на изучение природы, общества и человеческого сознания. Причем, на изучение названных феноменов не в их отдельности, обособленности друг от друга, а в их органичном единстве.

А что является предметом философии? На изучение каких феноменов она нацелена? Она нацелена на изучение законов, действие которых определяет существование и единство природы, общества и человеческого мышления.

Итак, резюмируем. Объект философии – это природа, общество и человеческое мышление, рассматриваемые в их единстве. Предмет философии – это законы, общие для природы, общества и человеческого мышления, детерминирующие их единство.

Понимая подобным образом объект и предмет философии, правомерно сделать несколько выводов.

Во-первых, очевидно, что никакая другая наука, кроме философии, не изучает природу, общество и мышление людей, рассматриваемых в единстве. Именно эти феномены являются специфическим объектом философского знания.

Во-вторых, ни одна из существующих в мире наук не ставит перед собой задачу познания законов, общих для природы, общества и мышления людей. Только философия делает своим предметом названные законы. Именно на их познание она была, есть и будет нацелена.

В-третьих, вышеприведенные определения объекта и предмета философии, позволяет отреагировать на заявления тех людей, которые склонны утверждать: познание всеобщих законов либо невозможно, либо не нужно, либо малопродуктивно. Всем им можно возразить, опираясь на реально существующее единство мира. Коль скоро мир един, то он несет в себе детерминацию единства природы, общества и мышления людей. Отсюда следует – должна существовать наука, которая бы изучала детерминированное единство природы, общества и мышления людей. Без научного взгляда на названный процесс получить по-настоящему объективную картину мира, как понятно, невозможно.

Таким образом, можно констатировать факты реального существования у философии своих объекта и предмета. Это является первым признаком и основанием для квалификации философии как науки. Вместе с тем известно, что есть знания, имеющие свою объектно-предметную область, но не являющиеся науками, не обретающие ее статус. В этой связи возникают вопросы: каким еще требованиям должны отвечать знания об определенных предметных областях, для того, чтобы их можно было квалифицировать как науку? Это, с одной стороны. С другой – отвечают ли этим требованиям современные философские знания? На эти вопросы мы постараемся ответить в следующем параграфе данной работы.

А.А. Кокорин, доктор философских наук