Главная тема Новости

Европейский союз: итоги-2015 и перспективы -2016

29 октября 2016

Европейский союз: итоги-2015 и перспективы -2016

В прошлом году Европейский союз столкнулся с серьезными вызовами. Нападение джихадистов на редакцию сатирического издания Charlie Hebdo в начале года в Париже, еще более резонансный теракт с многочисленными жертвами там же, объявление террористической угрозы в целом ряде европейских стран в конце года. Одновременно протекал крупнейший кризис нелегальной миграции, когда более миллиона беженцев и экономических мигрантов из стран Арабского Магриба, прежде всего из Сирии, незаконно проникли на территорию Евросоюза. Не надо быть экспертом, чтобы увидеть прямую зависимость между участившимися актами терроризма и процессом инокультурной миграции в Евросоюз масс населения из исламского мира – Ближнего Востока и Северной Африки. Несмотря на принимаемые меры, не удается остановить (или по крайней мере снизить) поток беженцев – по самым оптимистичным прогнозам в 2016 году в Европу прибудет ещё более 1,5 млн. человек.

Возрастание террористический грозы связано в том числе и с большим числом доморощенных джихадистов. Как замечает крупный американский экономист и политолог Нуриэль Рубини, сегодня для Европы вопрос заключается не в том, произойдёт ли ещё один теракт, а в том, когда и где это случится. «Регулярные теракты могут привести к резкому снижению потребительской и деловой уверенности, остановив хрупкий процесс восстановления экономики Европы», - отмечает эксперт.

Безусловно, правы те, кто усматривает в миграционном кризисе экзистенциальную угрозу для Европы. Под вопросом оказались «европейские ценности» - идеалы толерантности и мультикультурализма.

Однако на эту проблему следует взглянуть шире – дело даже не в миллионе прибывших в Европу в прошлом году мигрантов, а в тех десятках миллионов человек, отчаявшихся и пытающихся бежать от насилия, гражданских войн, недееспособных государств, деградации почв и опустынивании земли, а также экономического коллапса в своих странах. Эксперты уверены, что, если Европа не найдет верного скоординированного решения этой проблемы и не установит контроль на общей внешней границе, Шенгенское соглашение перестанет работать, между странами Евросоюза вновь возникнут внутренние границы.

Миграционный кризис обнажил имеющиеся разногласия между членами ЕС. Так, премьер-министр Италии Маттео Ренци недавно выступил с инициативой лишить поддержки те восточноевропейские страны, которые не хотят принимать у себя мигрантов. По мнению президента Эстонии Тоомаса Хендрика Ильвеса, «это не пустая угроза, так как в кулуарах в таком же ключе говорят и другие государства. Те государства, из взносов которых и состоят структурные фонды (ЕС - прим. автора)».

Кроме того, миграционный кризис усилил позиции евроскептиков и националистов. Шенген ярко продемонстрировал, что устранение внутренних границ не привело к ликвидации разногласий между странами. Попытки канцлера Германии Ангелы Меркель выступить главной защитницей «европейской открытости» успеха не имели. Более того, укрепились позиции германских националистических радикалов при одновременном снижении поддержки Меркель. Она стала объектом жесткой критики даже в собственной партии. В конечном итоге после острых дебатов правительство Германии было вынуждено объявить о введении пограничных ограничений на въезжающих в страну мигрантов.

Непредвиденные расходы на прием мигрантов усугубили и без того сложную проблему финансовой стабильности Евросоюза. В Греции, Португалии, Испании и других странах всё громче звучат голоса против проводимой в ЕС политики жесткой бюджетной экономии. А вместе с ней и германского лидерства. Кроме того, очередной кризис вокруг греческих долгов показал, что проблема евро как общей для Евросоюза валюты не может быть разрешена без создания единой общеевропейской финансовой системы.

Эксперты подчеркивают, что сегодня под сомнение поставлен сам стратегический социально-экономический курс Евросоюза. ЕС, по факту являясь в нынешней конфигурации экономической супердержавой, последние семь лет не может преодолеть разрушительные последствия глобального экономического кризиса 2008 года. Экономический рост в Еврозоне является вялым (в 2015 году валовой внутренний продукт 19 государств был меньше, чем в 2007 году, т. е. до начала кризиса) и неравномерным (растет разрыв между относительно процветающим севером и отягощенным долгами югом). Растущая внутренняя миграция – значительный переток квалифицированных кадров и отток молодежи – между бедными и богатыми странами ЕС только усугубляют ситуацию. Добавим к этому нарастающую усталость от сокращения бюджетных расходов и реформ в периферийных странах еврозоны и в странах ЕС, не входящих в еврозону, например, в Польше и Венгрии, а также усталость в ключевых странах ЕС от постоянной необходимости оказывать финансовую помощь. Эксперты предупреждают, что растущий разрыв между тем, что Европе нужно, и тем, что европейцы хотят, может стать причиной очень серьёзных проблем в текущем году.

Как считают эксперты, главная проблема европейской политики состоит в том, что не сложился как таковой общеевропейский интерес. Не следует этого ожидать и в текущем году. Подобно национальному, общеевропейский интерес должен иметь глубокие исторические основания и пройти через тяжелые испытания.

Фактически сегодня на повестке дня стоит вопрос о сохранении единства самого Евросоюза. Толчок новому витку дискуссий дало решение Лондона вынести этот вопрос до начала 2017 года на общенациональный референдум. Как считает лидер правого Национального фронта во Франции Марин Ле Пен, если Великобритания покинет Евросоюз, то это станет для объединенной Европы событием, подобным падению Берлинской стены. Более того, это создаст прецедент для проведения аналогичных референдумов в других государствах-членах Евросоюза.

Добавим, что в Европе идёт переформатирование политического пространства, результатом чего стало усиление сепаратистских настроений в ряде европейских стран. О стремлении к независимости уже заявили в Каталонии, Шотландии, стране Басков и др. Как считает руководитель Центра внешней политики России Института экономики РАН Борис Шмелёв, если произойдёт выделение Каталонии как независимого государства, то встанет вопрос о расколе Бельгии, усилятся сепаратистские настроения в Италии. Это будет подрывать и позиции самого ЕС, поскольку эти новые государства должны будут проходить процедуру вступления в Евросоюз.

Эксперты уверены, что все усилия руководства Евросоюза последних лет, направленные на расширение Союза, мотивированы не экономическими, а геополитическими интересами, поскольку состояние экономик стран Балтии в 2004–2007 годах (когда было принято решение об их членстве) изначально не соответствовало базовым требованиям ЕС. Как не соответствует сегодня этим требованиям экономическое положение ряда балканских государств, которые уже направили официальную заявку на вступление в Евросоюз (Босния и Герцеговина), или стоят в очереди (Сербия, Черногория и Македония). Хоть эти страны и небольшие, они создадут дополнительную нагрузку на ЕС, возникнут новые политические проблемы. Всё это только осложнит и без того непростую ситуацию в Евросоюзе, что тоже не содействует его политической консолидации.

Руководству Евросоюза пришлось приложить немало усилий и провести целый ряд сложных переговоров с британским премьер-министром Дэвидом Кэмероном, чтобы прийти к соглашению, фактически закрепившему особый статус Великобритании в ЕС. Это трудное решение, последствия которого безусловно отразятся на судьбе объединенной Европы. Фактически руководство ЕС, во-первых, признало мультивалютный статус Союза и право национальных парламентов игнорировать директивы Брюсселя, направленные на изменение союзного законодательства. А, во-вторых, согласилось с требованием Лондона начать структурную реорганизацию Евросоюза, призванную защитить девять стран-членов ЕС, не входящих в еврозону, от доминирования остальных 19 государств.

Безусловно, Лондон своим громким заявлением о возможном выходе из Евросоюза занимался банальным шантажом. Англосаксы хотели бы переложить свою ношу в решении общеевропейских проблем на других, но при этом сохранить имеющиеся инструменты влияния в ЕС. Надо заметить, что для Великобритании объединение Европы в любых формах всегда представляло большую проблему. Особенно сегодня, когда в Евросоюзе доминирует германоцентризм. В Лондоне осознают, что любое усиления Берлина ведет к обесцениванию Лондона как ключевого союзника Вашингтона. Как замечают эксперты, выход из Евросоюза грозит привести Великобританию к политической маргинализации.

Отметим ещё один важный момент. В Брюсселе особое значение придавали и придают взаимоотношениям с Россией. Но если несколько лет назад они рассматривались в позитивном ключе как фактор поддержания стабильности на европейской периферии, то сегодня наша страна видится евроинтеграторам агрессивной и непредсказуемой, чуть ли не противостоящей Евросоюзу в политическом и военном отношении. Взаимодействие с Россией ещё более осложнилось на фоне неурегулированного острого кризиса в Украине, в возникновении которого Запад обвиняет Россию, широкомасштабного задействования группировки российских Военно-космических сил в борьбе с международными террористическими группировками в Сирии. По мнению Брюсселя, именно активные боевые операции России там породили мощную волну миграции беженцев в Европу.

Эксперты отмечают, что путём провоцирования кровопролитных событий на Украине, Брюссель рассчитывал «подмять» европейскую экономическую периферию на выгодных для себя условиях. Однако на деле украинский кризис вышел далеко за пределы самой Украины, серьезно повлиял на континентальную геополитику в Европе. Если раньше она строилась на тесной экономической взаимозависимости Европы и России (мы продавали газ в Европу, оттуда к нам шли промышленные товары), что обеспечивало и политическую стабильность, то украинский кризис вернул нас во времена геополитического соперничества России и Европы, поскольку новые государства-члены ЕС, такие как Литва, Эстония и Польша, рассматривают европейскую интеграцию Украины в качестве гарантии собственной безопасности. Как замечают эксперты, и «старые европейцы», и Вашингтон расценивают активность России в украинском кризисе как открытый вызов будущему Евросоюза, что позволяет им обвинять нас в стремлении к историческому и геополитическому реваншу.

Безусловно, легче свалить свои проблемы на происки врагов. Куда труднее самим вырабатывать меры, направленные на развитие и прогресс. Брюссель в лице верховных учреждений Европейского союза справедливо упрекают в излишней бюрократизации, в стремлении зарегулировать всё и вся, что уже, по мнению самих западных экспертов, привело к пробуксовке европейской демократии. Так, Европейская комиссия, которая в отношениях с государствами-членами должна руководстваться исключительно базовым договором ЕС, при принятии решений нередко исходит из особой позиции ведущих государств-членов (прежде всего Германии и Франции). Подобный подход в совокупности с непрозрачным стилем управления подрывает доверие к европейскому эксперименту как к некой «универсальной модели эталонной демократии».

Как отмечают эксперты, существующая базовая институционная структура Евросоюза лишь имитирует систему сдержек и противовесов, полномочия многочисленных верховных органов Европейского Союза четко не прописаны. Это, в частности, касается Европейского совета, Совета Европейского союза и Совета Европы. Простые избиратели в странах Евросоюза не имеют ни малейшего представления о том, как вообще работает евросоюзная структура в Брюсселе. Все попытки принятия единой конституции ЕС не увенчались успехом из-за серьезных разногласий в трактовке странами-участниками Евросоюза отдельных положений проекта документа. Зато действуют многочисленные соглашения и договора, фактически превратившие евросоюзовскую систему в аналог конфедерации: Европейский союз функционирует как союз суверенных государств с достаточно сложной системой согласования на основе консенсуса. С одной стороны, множащиеся и все усложняющиеся кризисы объективно требуют большей централизации стран ЕС, движения в сторону федерализации (например, введение поста евросоюзного министра финансов с обязательным подчинением его решениям министерств финансов государств-членов еврозоны, создание евросоюзной береговой и пограничной стражи, не подчиняющейся правительствам государств-членов). С другой стороны, все большая бюрократизация ведет к росту правого популизма в государствах-членах. Евроскептики выступают за альтернативные решения, не предусматривающие дальнейшей интеграции в Евросоюзе. Например, вместо идеи создания евросоюзного пограничного ведомства они предлагают приступить к процедуре приостановки членства в Шенгене в случае, если входящее в него государство не выполняет должным образом охрану на периметре его границ.

Таким образом, альтернативой централизации Евросоюза может стать его децентрализация. Собственно, на этом как условии, при котором Великобритания готова остаться в ЕС, и настаивает Лондон. Как замечают эксперты из Европейской редакции EADaily, несмотря на усиливающуюся критику Брюсселя, европейские лидеры продолжают упрямо демонстрировать в евросоюзном управлении «высокое искусство» неразберихи в простой надежде, что ожидаемый подъем европейской экономики как-нибудь сам разрешит проблемы и наметит другие политические перспективы.

Комментариев пока нет