Британские университеты и свобода слова

Как известно за Великобританией давно закрепилась слава одной из самых свободных стран в мире вообще, а по части свободы слова в первую очередь. В этом праве с ней за первенство не может соревноваться даже конституция США с её первой поправкой, гласящей: «Конгресс не должен издавать ни одного закона, относящегося к установлению религии либо запрещающего свободное её исповедание, либо ограничивающего свободу слова или печати, или право народа мирно собираться и обращаться к правительству с петициями об удовлетворении жалоб». Эта конституция с 10-ю поправками был ратифицирована 13 штатами только в 1787 году. А Билль о правах, в котором содержится статья о свободе слова и дебатов, был принят английским парламентом ещё в декабре 1689 года.

Однако за прошедшие с тех пор времена много изменилось как в Штатах, так и в Великобритании. Сегодня функции ограничителя свободы слова в тех же США взяли на себя глобальные IT-корпорации, создающие и контролирующие глобальные социальные сети в интернете, что вызвало беспокойство у того же Конгресса. Но дальше беспокойства дело не пошло, и история с «баном» действующего президента США в Твиттере – наглядное тому подтверждение.

А на Британских островах, точнее на острове, где расположены 3 из четырех «наций», образующих союз под названием Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии, случилась другая напасть. Как бы совершенно неожиданно обнаружилось, что главным источником угрозы для священного права на свободу слова и дебатов являются институции, смысл существования которых как раз и заключается в сохранении и развитии этой самой свободы. И это, как ни парадоксально – знаменитые британские университеты, обычно и привычно занимающие первые места в любых рейтингах высших учебных заведений мира. Да, да – и Оксфорд, и Кэмбридж в том числе!

Но как же это может быть – наверняка воскликнет читатель, всегда уверенно полагавший, что именно в британской системе высшего образования находит своё идеальное воплощение свобода мысли, слова и дебатов. Как это может быть в стране, в которой ещё 170 лет назад классик либерализма Джон Стюарт Милль в своём знаменитом эссе «О свободе» по полочкам разложил все негативные последствия для общества любых посягательств на свободу мысли и слова!?

Ближайшим объяснением этой парадоксальной ситуации, когда свобода находится под угрозой в самой, так сказать, «цитадели свободы», мог бы стать тот факт, что в нынешнем правительстве Бориса Джонсона министерством образования руководит в недавнем прошлом министр обороны Гэвин Уильямсон. А до этого служивший главным «випом» - «погонялой»-куратором фракции тори в Палате Общин при премьерстве Терезы Мэй. Действительно, было бы вполне логично ожидать, что назначение, говоря бессмертным грибоедовским языком, «фельдфебеля в Вольтеры» тем и кончится. Однако – всё не так. И даже совсем наоборот.

Именно Гэвин Уильямсон обнаружил, что в системе высшего образования Англии и Уэльса давно и безнаказанно нарушается базовый принцип этой системы – право на свободное выражение своих мыслей и участие в дебатах. Дело дошло до того, что в прошлом году Оксфордский Университет 7 марта отменил выступление экс-министра внутренних дел Эмбер Радд за полчаса до начала. Как выяснилось – из-за протестов студентов.  И обнаружив это, министр образования ещё в июле прошлого года выпустил рестрикт, предписывающий университетам рачительней относится к получаемым из бюджета деньгам и не допускать нарушений свободы слова.

А сейчас пришло время и для более решительных действий. Теперь будет учреждён пост “Free Speech and Academic Freedom Champion» - то есть, условно, «Защитник свободы слова и академической свободы». А также предлагается законодательно обеспечить право на судебную апелляцию для тех членов академической корпорации, которые пострадали (были уволены) из-за высказывания взглядов, не соответствующих неким произвольно введённым в данном университете «нормам».

На самом деле, эти «некие нормы» всем хорошо известны и понятны. Речь идёт о том, что в английских и валлийских университетах доминирует левая интеллектуальная культура, в последнее время принявшая такие агрессивные формы как “woke culture”  и “cancel culture”. При том, что последняя есть лишь естественное порождение и продолжение первой.

При всей своей терминологической новизне этот феномен есть лишь воспроизведение достаточно старой концепции итальянского марксиста Антонио Грамши о необходимости установления идеологической или культурной «гегемонии» как ключевой предпосылки победы коммунистической партии в капиталистической стране. Единственное различие состоит в том, что активисты woke culture сегодня в современных «культурных войнах» переходят, что называется, «от слов к делу». Например, начинают войну с историей – свергают памятники Христофору Колумбу, капитану Джейсму Куку, королеве Виктории, Уинстону Черчиллю и даже Махатме Ганди. В общем, любому деятелю прошлого, за которым обнаружится какой-то «грешок» по меркам современного мультикультурализма и толерантности.

Но одно из самых серьёзных и уже основательно раскрученных «дел» - это практически установленная гегемония левых в британских университетах.  И это – не преувеличение, а эмпирически установленный факт.

В прошлом году респектабельная британская «фабрика мысли» (Think tank) Policy Exchange провела исследование на тему «Академическая свобода в Соединённом Королевстве». Исследование проведено с соблюдением всех канонов, правил и процедур на обширном «материале», с ясным описанием методологии и методов обработки полученных данных. И результат оказался хотя и предсказуемым, но всё же достаточно шокирующим. Повторюсь: в «цитадели свободы» - в британской академической системе со свободой слова, с правом выражать и в открытых дебатах защищать свои взгляды ситуация близкая к катастрофической.

Вот лишь некоторые данные, которые были получены авторами этого исследования по итогам бесед с несколькими тысячами профессоров и преподавателей английских и валлийских университетов. Один из вопросов, которые были заданы респондентам, касался их собственных политических взглядов.  Им было предложена такая классификация: очень (very) левые, умеренно (fairly) левые, центристы, правые и очень правые. Выяснилось, что 53% опрошенных отнесли себя к «левым», 35% - к «центристам» и только 9% - к «правым».

Эта цифра 53% оказалась подтверждённой другим ранее проведенным исследованием политических ориентаций британской профессуры. За период с 1964 по 2017 гг. количество «академиков» (профессоров, лекторов, преподавателей) в британских университетах, сторонников лейбористской партии варьировало. Если в 1964 г. их было 47%, то к 1976 г. – 40%, а к 1989 г. – 37%. Но затем этот понижательный тренд сменился на противоположный, и к 2017 г. сторонников лейбористов в британских вузах насчитывалось 53%.

За тот же период процент сторонников консервативной партии постоянно снижался. На 1964 г. за тори голосовали 35% профессорско-преподавательского состава британских университетов, на 1976 г. – 29%, а на 1989 г. – только 18%. На этом уровне число сторонников тори держалось и до 2017 г.

Любопытную эволюцию проделала кривая, отражающая количество сторонников условного британского «центризма», представителем которого считается партия либеральных демократов. В 1964 г. в вузах насчитывалось 17% сторонников либерал-демократической партии, а к 1989 г. их число удвоилось и составляло 37%. Но затем последовал спад и на 2017 г. среди вузовских преподавателей Великобритании имелось 17% условных «центристов».

Насколько такой политический «расклад» соответствует политическим преференциям британского общества? Вот сопоставление, приводимое авторами исследования.

Голосование за тори и Брекзит-партию Найджела Фараджа в 2019 г.:

все избиратели – 45.6%; профессура – 16.3%.

Голосование за выход из Евросоюза:

все избиратели – 51.9%; профессура- 17.3%.

За увеличение иммиграции:

все избиратели – 9%; профессура – 29%.

За уменьшение иммиграции:

все избиратели – 54%; профессура – 16.5%.

Картина достаточно наглядная и убедительно показывающая, что британская «академия» и британская «публика» по ключевым вопросам жизни страны находятся практически на разных полюсах. И этот дуализм имеет прямые последствия в отношении академических свобод. В исследовании приводятся данные опросов о том, насколько свободно чувствуют себя представители разных политических взглядов в академической среде и не ощущают ли они враждебности в этом случае со стороны своих коллег. И вот какая картина обнаружилась: враждебный климат по отношению к себе ощущают 15% представителей очень левых взглядов; лишь 8% умеренных левых; 14% центристов; но 44% правых и 62% очень правых.

Эта ситуация прямо отражается на учебном процессе и научных исследованиях. На вопрос о том, воздерживаются ли профессора от открытого выражения своих взглядов, утвердительные ответы были получены: среди очень левых – 15%; среди умеренно левых – 10%; у центристов – 15%; а у правых – 32%. А по отношению к студенческой среде ситуация смотрится ещё более катастрофично: только четверо из десяти студентов-сторонников Брекзита заявили, что не испытывают проблем при выражении своих взглядов. В то время как среди студентов-противников Брекзита таковых оказалось 9 из 10.

В общем, итог очевидный и весьма плачевный. В смысле состояния академической свободы. Поэтому вполне понятна и реакция министра образования – кто-то должен постоянно заниматься этой проблемой и выявлять каждый случай травли, гонений и увольнений преподавателей вузов за их приверженность тем или иным (как правило – правым) политическим взглядам.  А по итогам разбирательства применять соответствующие санкции к конкретным вузам – вплоть до лишения их правительственных субсидий. Пусть это будет хоть «Чемпион», лишь бы этот институт действительно заработал.

P.S.  Я уже собирался было поставить точку, но обратил внимание на заметку Тоби Янга (Toby Young) -  соредактора The Spectator в свежем номере этого журнала. Она называется «Мой совет следующему “Чемпиону свободы слова”» и является наглядным свидетельством того, как непросто будет обстоять дело даже с поиском кандидата на этот пост. В 2018 г.  ещё при Терезе Мэй ему был предложен иначе называвшийся, но аналогичный по смыслу пост. Предложение сделал тогдашний министр просвещения Джо Джонсон – брат будущего премьер министра.

Как только кандидатура Тоби Янга была публично озвучена, в левом лагере поднялась волна протеста. На официальном портале для петиций почти мгновенно было собрано 200000 подписей против. И начался поиск компромата. Вскоре он был найден. В 2001 году в этом же журнале Тоби Янг опубликовал полуироническую заметку под названием «Исповеди порно-зависимого» (Confessions of porn-addict). Этого оказалось достаточно, чтобы вынудить Терезу Мэй отменить назначение.

Так что уже на самом первом этапе самому Чемпиону свободы слова придётся крайне осторожно с этой самой свободой обращаться. Потому что, как выясняется, дело защиты академической свободы не совсем шуточное. И даже – совсем не шуточное.

Леонид Поляков, член экспертного совета Фонда ИСЭПИ

https://politanalitika.ru/posts/2021/02/19/britanskie-universitety-i-svoboda-slova.html

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений