Статьи

Британия и рассвет саудовского ваххабизма

11 марта 2018

В 1962-м под эгидой саудовского короля Фейсала после международной исламской конференции учредили Всемирную исламскую лигу, которая под руководством саудовского религиозного истеблишмента разослала миссионеров, печатала пропаганду и финансировала строительство мечетей и организацию исламских ассоциаций по всему миру. Среди первых сотрудников было много Братьев-мусульман, которые нашли убежище в Саудовской Аравии после их изгнания из Египта Насером в 1950-х годах. Среди учредители лиги были бывший великий муфтий Иерусалима Амин Аль-Хусейни; Саид Рамадан, главный международный организатор "Братьев-мусульман", который написал Конституцию Лиги; и Абдул Ала Мауди, основатель пакистанского радикального Джамаат-и-Ислами (исламского общества). Первое воззвание Лиги гласило: "те, кто искажает призыв ислама под видом национализма, являются самыми главными врагами арабов, чья слава переплетается с славой ислама.’

Британия сыграла важную роль во дворцовом перевороте, приведшем к власти Фейсала, который вышвырнул своего старшего брата, короля Сауда, который находился на троне с 1953 года. К 1958 году Фейсал взял на себя управление правительством и к 1963 году он сосредоточил в своих руках всю власть в стране. В декабре того же года Сауд приказал разместить войска и оружие за пределами своего дворца в Эр-Рияде, чтобы подтвердить свою власть; и напряженное противостояние с силами, преданными Фейсалу, продолжилось и в 1964 году, когда Сауд потребовал, чтобы Фейсал уволил двух своих министров и заменил их сыновьями короля. Решающую поддержку Фейсалу оказала Национальная Гвардия, численностью в 20 тыс. человек. Тогдашним командиром Национальной гвардии был принц Абдалла, позднее король Саудовской Аравии, и он был связан с британской военной миссией в стране, приглашенной Фейсалом в 1963-м. Два британских советника Национальной гвардии, бригадный генерал Тимбрелл и полковник Бромаж, разработали планы по запросу Абдуллы, включая "защиту Фейсала", "оккупацию определенных населенных пунктов" и "захвату всех радиостанций в стране ". Эти британские планы обеспечили Фейсалу личную защиту с целью оказания ему помощи в передаче власти.

Сауд рассматривался англичанами как некомпетентный и выступающий против проведения политических реформ, необходимых для того, чтобы дом Сауда не был свергнут. Фрэнк Бренчли, временный поверенный в делах посольства Великобритании в Джидде, писал, что "время саудовского режима неуклонно истекает ", главным фактором является националистическая революция в соседнем Йемене и вмешательство египетских войск в тамошнюю гражданскую войну, что бросило вызов власти королевской семьи в Саудовской Аравии. Бренчли отметил, что, в отличие от Сауда, ‘Фейсал знает, что он должен быстро провести реформы, чтобы сохранить режим. Ему мешает отсутствие квалифицированных администраторов, он изо всех сил пытается ускорить эволюцию, чтобы предотвратить революцию".

29 марта 1964 года религиозное руководство Саудовской Аравии издало фетву, санкционирующую передачу власти Фейсалу на основе законов шариата; два дня спустя король Сауд был вынужден отречься от престола. Важная роль, которую сыграли как Британские, так и ваххабитские священнослужители в санкционировании дворцового переворота, высветила две силы, помимо американцев, от которых зависели саудовские правители. Размышляя о перевороте, британский посол Колин Кроу отметил, что "то, что может быть серьезным в долгосрочной перспективе "после передачи власти",-это то, что улемы могут потребовать себе определенные преференции за свою поддержку".

Пытаясь укрепить исламскую внешнюю политику своей страны, Фейсал предложил организовать "Панисламский союз" между прозападными мусульманскими странами и в 1965-1966 годах посетил девять мусульманских государств для продвижения этой идеи. К концу десятилетия Фейсал помог сформировать организацию Исламская конференция, созданную в Рабате в 1969 году с постоянным секретариатом в Джидде, которая намерена содействовать укреплению солидарности и сотрудничества между исламскими государствами. Саудовская Аравия также начала финансировать Исламский центр в Женеве, созданный Саидом Рамаданом в 1961 году и служивший международной штаб-квартирой "Братьев-мусульман", став организационным интеллектуальным центром и местом встречи исламистов по всему миру. В течение 1960-х годов тысячи братьев-мусульман переехали в Европу, особенно в Германию, постепенно создавая широкую и хорошо организованную сеть мечетей, благотворительных организаций и исламских организаций, надеясь завоевать больше мусульманских сердец и умов. Сам Рамадан оставался в Швейцарии до своей смерти в 1995 году. Братья-мусульмане также прибывали в Саудовскую Аравию со всего Ближнего Востока в 1960-х. В их число входил палестинский беженец по имени Абдалла Аззам, который в качестве преподавателя в университете Джидды будет наставником молодого Усамы бен Ладена, а в начале 1980-х годов будет на переднем крае джихада против СССР в Афганистане. Еще одним лектором в Джидде был египтянин Мухаммад Кутб, брат ведущего исламистского идеолога Сайида Кутба, который томился в одной из тюрем Насера. Это слияние местных священнослужителей, обученных ваххабитским традициям, с международной активностью изгнанных мусульманских братьев помогло обеспечить интеллектуальную и идеологическую основу для последующего развития "Аль-Каиды".

Исламская миссия Саудитов и международная экспансия "Братьев-мусульман" особенно важны, учитывая давние подозрения, что Рамадан, возможно, был завербован ЦРУ и МИ-6 в 1950-х годах. Рамадан был заочно лишен своего египетского гражданства режимом Насера в сентябре 1954 года за распространение брошюр, призывающих к восстанию и передачи власти братьям-мусульманам. Некоторые источники предполагают, что ЦРУ перевело десятки миллионов долларов Рамадану в 1960-х. Рассекреченные с 1967 года документы в швейцарских архивах показывают, что швейцарские власти благосклонно смотрели на антикоммунистические взгляды Рамадана и что он был "среди прочего разведчиком англичан и американцев". Досье Рамадана, как сообщила Женевская газета Le Temps, в 2004 году включало несколько документов, указывающих на его связь с некоторыми западными спецслужбами. В документах немецкой разведки 1960-х годов сообщается, что США помогли убедить Иорданию выдать Рамадану паспорт и что "его расходы финансируются американской стороной".

Саудиты, особенно после прихода Фейсала к власти в 1964 году, также работали с братьями-мусульманами и финансировали их, чтобы содействовать их многочисленным покушениям на Насера. Операции Саудитов включали вербовку офицеров в египетских вооруженных силах и контрабанду оружия "секретному аппарату" Братства. В ответ на увеличение поддержки Саудовской Аравией братьев и других исламистских организаций Египта Насер начал новую волну репрессий против этой организации. В конце 1965 года египетские разведывательные службы утверждали, что обнаружили гигантский "заговор" против власти с многочисленными покушениями и терактами, и что Саудовская Аравия оказывала поддержку исламистским заговорщикам. Последовали массовые облавы на братьев-мусульман. После судебных процессов над предполагаемыми заговорщиками в декабре 1965 года Саид Рамадан был заочно приговорен к пожизненному заключению, а ряд лидеров братьев были приговорены к смертной казни и казнены в следующем году. Одним из них был Сайид Кутб, чьи работы, написанные в тюрьме, стали манифестом политической деятельности Братства. Его тексты также вдохновили Аймана Аль-Завахири, заместителя бен Ладена в "Аль-Каиде", который в это время присоединился к египетским братьям-мусульманам в возрасте четырнадцати лет. Загнанное в подполье, египетское Братство вновь возникло как легальная политическая сила только после смерти Насера в 1970 году.

Несмотря на столь сильный удар, британские официальные лица продолжали признавать египетских братьев-мусульман как силу, с которой следует считаться. Они расценили их как "главную угрозу режиму извне" и отметили, что "единственной силой, кроме армии, которую действительно боится Насер, является традиционный ислам". Один чиновник из Министерства иностранных дел писал, что " их способности к заговору и убийствам делает их силой, за которой все мы (и Насер) должны внимательно следить. Другой чиновник, Питер Унвин, писал, что " мы должны использовать запрет Насером Братьев в качестве повестки дня для Исламской Лиги; и добавить поддержку пропагандистскому обвинению в том, что он (Насер) не истинный мусульманин, а марионетка марксистов.’

Великобритания все еще боялась, что Египет Насера может объединить Арабский мир – или, по крайней мере, большую его часть – против Великобритании. В этом свете Министерство иностранных дел в 1964 году писало, что " в наших политических и экономических интересах должен быть баланс сил на арабском Ближнем Востоке, а не концентрация власти в Каире." Прозападный иранский шах вместе с Саудитами и королем Иордании играют важную роль в поддержании баланса сил и их союз должен быть поощрен", - отметило МИД, отражая сохраняющееся желание Уайтхолла разделить регион.

Британские планировщики продолжали разрабатывать планы свержения Насера и даже не исключали прямого военного вторжения в Египет. Тем не менее, они в конечном счете исключили оба варианта, поскольку "нет никаких оснований полагать, что преемник Насера будет более умеренным или более поддающимся западному влиянию" – следствие эха предыдущей обеспокоенности тем, что братья-мусульмане могут быть еще более анти-британскими, чем Насер. Военное вмешательство также было отвергнуто, поскольку оно может привести к про-коммунистическому перевороту; кроме того, утверждалось, что "мы не можем проводить политику в отношении Ближнего Востока, противоречащую интересам американцев, а они несомненно будут против военного вторжения". Министерство иностранных дел в сентябре 1965 года заключило, что "нам придется смириться с существованием режима Насера".

Между тем, Великобритания и США продолжали выращивать исламизм под эгидой Саудитов в противовес арабскому национализму и благосклонно смотрели на их панисламскую внешнюю политику. ЦРУ помогало саудовскому МВД, в то время как Сайид Кутб, незадолго до казни, открыто признал, что в этот период "Америка создала Ислам" (в смысле, ‘’истинный’’ ислам). Дэвид Лонг, отставной представитель дипломатической службы США и эксперт по Саудовской Аравии, сказал автору Роберту Дрейфусу, что:

Мы способствовали усилению Фейсалом поддержки "Братьев-мусульман" и панисламизма. Мы нуждались в них в борьбе против любых сил, союзных Москве... Панисламизм не был для нас стратегической угрозой. Там были плохие парни, делающие ужасные вещи с людьми левых взглядов. Но они сражались с коммуняками. Поэтому мы не рассматривали панисламизм как угрозу, а как союзников".

Британцы продолжали выражать свое предпочтение саудовскому режиму, основанному на исламском фундаментализме, перспективам арабского националистического режима, поскольку "смена режима в стране большими нефтяными доходами и союз с республиканскими арабскими государствами, нарушила бы весь баланс сил на Ближнем Востоке". Рассекреченные документы британского правительства также содержат многочисленные подтверждения британской поддержки саудовской внешней политики в качестве противовеса арабскому национализму.

Именно в Йемене наиболее совпали британские и саудовские внешнеполитические интересы, заключающиеся в усилении религиозных, консервативных сил против арабской националистической и коммунистической угроз. В сентябре 1962 года переворот республиканских сил под командованием полковника Абдуллы Аль-Салала сверг имама Мухаммеда Аль-Бадра, который находился у власти в течение недели после смерти своего отца, феодального автократа, который правил страной с 1948 года. Силы имама в скором времени перегруппировались и начали мятеж, в то время как Великобритания и Саудовская Аравия вскоре начали тайную войну, чтобы поддержать их. Уайтхолл предоставил оружие и деньги повстанцам, зная, что бенефициары не могут выиграть войну, но что, как сообщил британский премьер – министр Макмиллан американскому президенту Кеннеди, "нас вполне устроит, если новый йеменский режим будет занят своими внутренними делами в течение следующих нескольких лет" - как в Индонезии несколько лет назад, Великобритания рассматривала такой конфликт как полезную " возможность".

Когда Насер отправил тысячи египетских солдат в Йемен для защиты нового режима, конфликт фактически стал суррогатной Британо-Саудовской войной против Египта или, если использовать современную терминологию, гибридной британо-египетской войной. Британские официальные лица признавали, что новое йеменское правительство было популярным и более демократичным, чем деспотичный режим имама, и поэтому не было никаких сомнений в том, какую сторону займет Уайтхолл. Как Великобритания, так и Саудовская Аравия опасались, что под влиянием йеменской революции республиканские силы могут попытаться взять власть в других, по сути, контролируемых Великобританией феодальных государствах Аравии, в частности в Адене, британской колонии, вместе с т.н. Аденским протекторатом, где против британского владычества действовали поддерживаемые Египтом партизаны. Объединенный разведывательный комитет Великобритании также счел, что йеменская революция сделала позицию режима в самой Саудовской Аравии "более неустойчивой": "если бы в Саудовской Аравии произошла успешная революция, новый режим, вероятно, первоначально, по крайней мере, был бы про-египетским, а существующий порядок в государствах Персидского залива подвергался бы очень серьезным изменениям." Война закончилась только тогда, когда Саудиты, главные финансисты повстанцев, были вынуждены прекратить свою поддержку в 1969 году, в результате были созданы Народная Демократическая Республика Йемен, имевшая с начала насеристскую направленность, а после – про-советскую, и Йеменская Арабская Республика, про-саудовская часть.

Великобритания поддержала саудовскую исламскую внешнюю политику. В 1965 году посол в Саудовской Аравии Морган Ман был убежден, что перед лицом угрозы Насера режим должен был повысить свой статус на мировой арене: "мало пользы демонстрировать свои достоинства только дома: он (режим) должен поддерживать свой престиж за рубежом". Посол уловил всю суть внешней политики Саудовской Аравии, описывав, как главную цель "укрепление исламской солидарности". Фейсал, как он писал, " пытается использовать ислам в качестве противовеса националистической идеологии арабского единства Насера, и что он надеется создать Исламский “блок”, который постепенно завлечет в свою орбиту большую часть тех, кто пока поддерживает Насера.’

Британцы поддержали инициативу созыва исламской конференции Фейсала. Министр иностранных дел в правительстве лейбористов Гарольда Уилсона Джордж Томсон встретился с саудовским принцем Султаном в феврале 1966 года, чтобы обсудить эту идею. Приведем цитаты из обсуждения с протокола встречи:

"Это был не договор ... а съезд, который поможет противостоять коммунизму и обеспечит защиту веры (ислама). Г-н Томсон от лица правительства Ее Величества, сообщил, что желает нам (Саудитам) успехов, в то же время для сохранения стабильности, было бы лучше всего, если бы мы промолчали о британской поддержке, так как огласка этого сотрудничества в данный момент может повредить нашим перспективам. Султан согласился".

Что касается Всемирной исламской лиги, Вилли Моррис, который занял пост посла в Саудовской Аравии в августе 1968 года, отметил, что она "на практике является инструментом внешней политики и продвижения интересов Саудовской Аравии". Использование Фейсалом ислама, отметил он, было направлено не на создание аморфной всемирной ассоциации мусульманских государств, а на расширение отношений Саудовской Аравии с такими странами, как Иран, Пакистан, Турция и Ирак, с перспективой создания блока исламистских государств с идеологией, близкой к воззрениям саудовского короля, под эгидой самой Саудовской Аравии. Но Моррис добавил, что шансы на это не очень велики.

Характер саудовского режима хорошо понимали англичане. В июне 1963 года британский посол сэр Колин Кроу оставил нелицеприятную характеристику саудовскому государству:

"Страна находится под пятой жестокой исламской секты, отличающейся жестким пуританством, при этом правящая страной королевская семья являет собой сосредоточение всех земных пороков, включая пристрастие к деньгам и роскоши. В стране нет современного законодательства, а право носит средневековый характер, особенно жестоко уголовное правосудие. Не существует даже подобия каких-либо демократических институтов, и хотя рабовладение формально отменено, в стране все еще полно рабов. Коррупция широко распространена. Страна сидит на огромной нефтяной бочке и живет, в основном, на не трудовые доходы, которые спускаются на многочисленные дворцы и Кадиллаки (марка машин представительского класса) богатых шейхов.

Тем не менее, саудовским правителям была оказана безоговорочная поддержка со стороны Великобритании, политика которой заключалась в "сохранении нынешнего режима в Саудовской Аравии у власти". "Стабильность нынешнего режима в Саудовской Аравии важна для западных интересов на Ближнем Востоке’, - писал Кроу. Он также отметил в октябре 1964 года, что режим "обладает удовлетворительной устойчивостью внутри страны благодаря нашей поддержке", и "дружелюбен к западу и сильно антикоммунистичен", в то время как "его цели, за исключением Бураими, соответствуют нашим интересам" (речь идет об оазисе Бурайми, территории, спорной между Саудитами и другими союзниками Великобритании, Оманом и ОАЭ).

Отношения Великобритании с Саудовской Аравией мало изменились после смены правительства лейбористов на правительство консерваторов после выборов 1964 года. Британская политическая элита объединилась в поддержке саудовской правящей семьи, рассматривая ее как силу, обеспечивающую региональную "стабильность", поставщика нефти и одного из главных покупателей британского оружия. Британо-Саудовская Антанта (entente cordiale – сердечное соглашение, по аналогии с анти-германским альянсом государств перед и во время ПМВ) была скреплена, в частности, крупным оружейным контрактом на сумму более 100 миллионов фунтов стерлингов, включая истребители, наземную аппаратуру управления и связи, вместе с обеспечением обучения личного состава и обслуживания техники. Контракт был заключен с British Aircraft Corporation и Airwork. Последняя компания, в частности, была синекурой для "отставных" офицеров Королевских военно-воздушных сил Великобритании, которые обучали саудовских пилотов. Сделано это было, чтобы избежать обвинений со стороны Египта в прямой военной поддержке Британией своего врага.

Таким образом, Саудовская Аравия стала еще более важной для Великобритании, выступая в качестве регионального жандарма и оплота против националистических и народно-республиканских, коммунистических сил, и рассматривалась как "противовес" Египту и националистическим арабским государствам, а также "буфер между ними и государствами Персидского залива".

В письме от 8 июля 1965 года Донал Маккарти, британский чиновник в Адене, написал в Министерство иностранных дел, отметив как "очень важное" рост саудовского влияния в бывшем британском протекторате. Маккарти отметил несколько имен влиятельных саудовских бизнесменов, вкладывающих деньги в экономику региона и поддерживающие анти-насеристские силы. В списке Маккарти одно имя, в частности, бросается в глаза: Мухаммед бен Ладен, отец будущего ‘’Террориста № 1’’ Усамы бен Ладена, глава крупнейшей строительной компании Саудовской Аравии, которая имела несколько многомиллионных контрактов, заключенных с государством и была прямо связана с саудовской королевской семьей.

Комментариев пока нет