Актуальное интервью

Абел Аганбегян: «Необходимо форсировать развитие банковской системы»

29 октября 2016

– Абел Гезевич, как финансовый кризис отразился на развитии страны?

Наш кризис был очень глубоким. Среди двадцати крупнейших стран мира по основным показателям у нас было самое глубокое падение. Кризис во многом обескровил нашу финансовую систему. Прежде всего, резко сократился приток валюты в страну, экспорт сразу упал на 40%, в то время как в мире всего на 20%. Мы лишились в первой фазе кризиса 211 млрд долларов золотовалютных резервов, которые упали с 597 до 386 млрд долларов. Мы истратили 2,9 триллиона рублей в 2009 году и 1,6 триллиона рублей в 2010 для того, чтобы пополнить доходы федерального бюджета, которые в 2009 году упали с 9,3 триллиона до 5,4 триллиона, т. е. более чем вдвое. Мы лишились профицита бюджета, который составлял 70-100 млрд долларов. И самое ужасное, что у нас вместо притока капитала, который, напомню, в 2006 году был 43 млрд долларов, а в 2007 даже 82 млрд долларов, с 2008 года начался огромный отток капитала. В 2008 году – 133 млрд долларов, в 2009 году – еще 52 млрд, в 2010 году еще 38 млрд, в 2011 еще 80,5 млрд долларов, а в первом квартале 2012 года еще 35 млрд долларов. Всего 340 млрд долларов или более 10 триллионов рублей из 54 триллионов рублей ВВП ушло за кордон.

Естественно были огромные потери в связи с падением ВВП, сокращением прибыльности, многие отрасли просто стали убыточными, прежде всего, строительство. Сократились доходы населения, т.е. финансам был нанесен огромный удар, но, слава Богу, мы имели резервы и благодаря этим резервам правительство и ЦБ приняли серьезную антикризисную программу, осуществили серьезные меры в правильном направлении и своевременно. Они сделали кризис для нас, не смотря на его колоссальную глубину, неизмеримо менее болезненным, чем был, например, значительно более слабый кризис 1998 года. А ведь тот кризис привел к падению реальных доходов на 27%, к обесценению вкладов населения в два раза, к повышению цен в первые два года в два с половиной раза, к банкротству основных банков и банковской системы. Кто теперь помнит о таких банках, как Менатеп, Онэксимбанк, Империал, Инкомбанк и т. д. Ничего подобного в этот более глубокий, особенно в финансовом отношении, кризис не случилось.

В 2010-2011 годах у нас был рост ВВП примерно на 4%. Мы, в основном, после кризиса сегодня восстановились. Мы не восстановились по строительству, производству машин и оборудования, не восстановились по основным финансовым показателям, по фондовому рынку, по жилищному строительству, по инвестициям. По другим показателям: промышленности, сельскому хозяйству, розничной торговле, реальным доходам, потреблению населения, ВВП и др. – мы в целом восстановились. Но самое плохое, что нас  ожидает в ближайшем будущем, это то, что мы перешли на принципиально другую, сниженную траекторию экономического роста. Об этом говорит прогноз Минэкономразвития. Нас ждет 4% рост, а в этом году даже более низкий экономический рост. И это при том, что цены на нефть в 2010 и 2011 годах росли рекордно высокими темпами, более высокими, чем они росли до кризиса. Но не в коня корм. Заметьте, что я привожу цифры Минэкономразвития по их лучшему варианту, умеренно оптимистическому.

За пять лет до кризиса ВВП вырос на 41%, а после кризиса на 23%. Инвестиции выросли до кризиса на 85%, после кризиса на 38%. Реальные доходы населения до кризиса – 63%, после кризиса - 21%. Грубо в два раза. Если начать рассматривать динамику с докризисных показателей, как это обычно делается, то через шесть лет к 2014 году по данным Минэкономразвития наш ВВП вырастет на 13%, промышленность на 15%, сельское хозяйство - 13%, инвестиции – 17%, экспорт – 20%, реальные доходы – 25%. Один лишь показатель галопирует, это импорт, который в основном состоит из промышленной продукции – 67%! О чем это говорит, всем ясно. Это показатель того, насколько низкая конкурентоспособность наших товаров.

– А что с финансами?

– Надо сказать, что финансы не восстановились. Фондовый рынок в этом году наверняка не восстановится, вряд ли он восстановиться в следующем году, придется ждать 2014 или даже 2015 года, когда он дойдет до уровня 2008 года. Золотовалютные резервы сейчас 525 млрд, а были под 600 млрд. Стабилизационный фонд из-за того, что резервный фонд был израсходован в помощь бюджету, тоже сократился почти на 100 млрд долларов. Внешне доходы растут, кредиты банков растут, но для оценки применяют денежные показатели, при этом забывая о росте промышленных цен. Финансирование промышленности, таким образом, практически не выросло.

Низкие темпы экономического роста в промышленности, которые дали лишь 8% в 2009 году, а в 2011 году меньше 5%, а в этом году ожидается меньше 4%, просто недопустимы для нас. Но почему они такие низкие? В том числе из-за недофинансирования. Очень трудно получить кредит, особенно инвестиционный. Процентные ставки по кредиту очень высокие, несмотря на снижение инфляции. Даже при таком состоянии экономики мы из кризиса вышли, никакой второй волны кризиса, с моей точки зрения, не будет. Мы будем развиваться по восходящей, но эта восходящая будет очень мелкая, низкая. А низкие темпы нас совершенно не устраивают.  Темпы в 3-4%, с которыми мы идем, для нас бесперспективны, мы не можем даже выдвинуть какую-то значимую цель для страны. Поэтому наши руководители и все, кто занимается макроэкономикой, в один голос говорят, что нужно темпы повышать. Путин сказал о 6-7%. У меня фантазии не идут так далеко, но нужно повысить темпы хотя бы до 5-6%.

– Каково наше положение в мире?

– Если нас сравнить по уровню экономического развития, то мы отстаем от развитых стран в 1,5 раза, почти в 2 раза от самых развитых стран. Ту же картину мы наблюдаем по реальным доходам, по средней продолжительности жизни, по жилью и т. д. Самое плохое состоит в том, что по социальным показателям наше отставание намного больше, чем по экономическим показателям.

Дальше мы должны не просто развиваться, а развиваться с креном в социальную политику, и для этого нужны огромные финансовые средства: для строительства жилья, автострад, железных дорог. Необходимо изменить нашу транспортную инфраструктуру, нужно поменять структуру нашей промышленности, полуколониальную, как мы знаем. Нужно технически обновить крайне устаревшую материально-техническую базу. Для всего этого нужны огромные средства и, прежде всего, инвестиции, с которыми в России особенно плохо. Мы до кризиса значительную часть инвестиций заимствовали за рубежом.

Хотя мы вошли в кризис практически с отсутствием государственного внешнеэкономического долга, корпоративный внешний долг России был 500 млрд долларов. Наполовину это был долг государственных организаций и предприятий. Главный должник России это «Газпром», у которого долг больше, чем у всего нашего государства. У «Роснефти» долг близок к долгу всего российского государства. Мы должны были в кризис ежегодно выплачивать 100 млрд этих долгов, отчего кризис во многом и получился таким тяжелым. Сейчас мы продолжаем выплачивать порядка 100 млрд долларов за тот долг. Тот долг немного убавился, но все равно, он больше 400 млрд долларов.

Нам на фоне этих проблем нужно мобилизовать колоссальные средства для того, чтобы осуществить модернизацию народного хозяйства. Нужны отрасли-локомотивы, которые бы развивались очень интенсивно, и эти отрасли должны быть очень крупными. Что это за отрасли? Это жилищное строительство, обладающее огромным мультипликационным эффектом, это транспортная инфраструктура, развитие автомобильной промышленности. Нам нужно повысить долю обрабатывающих отраслей, особенно, инновационных. С точки зрения, что делать, все ясно и все сказано, но, к сожалению, за словами не следует дело.

Перед нами огромные задачи, в том числе, в преобразовании финансов. Нам нужно создать фонды «длинных» денег. Приличных фондов «длинных» денег в России практически нет. Нужны паевые фонды, которые находятся тоже не в очень хорошем состоянии. Нам нужно резко изменить структуру пассивов банков, увеличивая в них долю «длинных» денег. У нас самая низкая в мире доля инвестиционных кредитов среди всех кредитов. Нужно новое банковское законодательство с этой точки зрения. Без банков никакой модернизации мы не проведем. Нам нужно форсировать развитие банковской системы наряду с созданием фондов «длинных» денег и изменением структуры банков.

Государственная Дума, 23 апреля. Круглый стол «Законодательное обеспечение международной финансово-экономической интеграции России и защита отечественного финансового сектора»     

 

Комментариев пока нет