2.2. Аналитика и реальность

Мы вновь встретились с Вадимом – стратегом компании «Аналитика +», чтобы продолжить разговор об искусстве аналитики.

«Вадим, почему так важно отличать одну реальность от другой: предметную от конфликтной?  Разве реальность не одна единая – просто реальность, в которой мы живем?»

Мы – это кто?

Ну, ты, я. Вообще все, наверное. Все люди. Мы все живем в одной, общей реальности. Она у нас на всех одна, как Родина. Разве не так?

Возможно.  Позволь задать тебе вопрос: почему ты думаешь, что реальность – одна на всех?

Ну, это просто логично. Ведь все, что существует, что нас окружает – образно говоря, леса-поля-горы-реки, солнышко на небе, и вообще все – это же, так сказать, общее. Не твое или мое, а вообще «всехное». Реальность, она же сама по себе существует, следовательно, для всех и для каждого. И ни ты, и ни я, и вообще никто, здесь ни при чем. 

Да, против твоей логики возразить мне нечего. Действительно, все, что нас окружает – все это есть реальность. И она – эта реальность – на всех одна. Но как ты думаешь: ты, я – мы с тобой являемся частью реальности?

Ну, конечно, да. И ты, и я, и вообще любой человек – все являются частью существующей реальности. Это бесспорно так.

Хорошо. А твои мысли: твои представления, видение, цели, приоритеты, намерения – это все является частью реальности, как ты полагаешь?

Думаю, да, являются. Ведь что бы я был без моих мыслей, целей, моих приоритетов? Это уже был бы не я, а неизвестно что. По крайне мере, я себя знаю таким, какой я есть по факту – с моими целями, намерениями и представлениями. И другие меня знают именно таким и относятся ко мне соответственно. Я считаю, что в этом выражается моя индивидуальность, мое «Я» как личности, как общественного субъекта.

Согласен с тобой. Лучше и не скажешь в защиту индивидуальности. Но ответь, пожалуйста, а твои представления о других людях, тебя окружающих – представления об их намерениях, приоритетах, может быть, целях, желаниях – это реальность?

Ну, конечно, да. Еще какая реальность, скажу тебе. Иной раз думаю: как было бы хорошо хоть иногда быть одному. Чтобы никто не мешал и не отвлекал своими желаниями и, кстати, нежеланием тоже. Чтобы никто не перечил, не возражал, а только бы соглашался и еще содействовал. Такой вот идиллии иногда очень хочется. Но это, увы, уже совсем не есть реальность, потому что так не бывает.

Сочувствую. У самого тоже случаются похожие проблемы. Но давай вернемся к нашему вопросу.

Как ты считаешь: вот эти горы-реки-моря-солнышко на небе, а, с другой стороны, твои, мои и остальных людей мысли, т.е. все эти цели-приоритеты-желания – это вещи одного, так сказать, порядка?

Нет, конечно. Горы-реки и все, короче, что нас окружает – это все вещи объективные. А наши желания и цели – субъективные, они зависят от нас самих. Ну и от других конечно тоже, кто может поспособствовать или, напротив, противодействовать.

А от чего это зависит, как ты считаешь?

Думаю, от многих причин, самых разных. Всех не перечислить, да и нужно ли? Если мне что-то не выгодно или идет вразрез с моими желаниями, приоритетами или конкретными целями, почему я буду этому способствовать? Если, конечно, меня к этому не вынуждают, не заставляют силой или угрозой.

Другое дело, если меня что-то также интересует – тут я готов и способствовать, и самому, как говорится, проявить инициативу.  Короче, в любой инициативе, чего бы она ни касалась, условием моей поддержки должен выступать какой-то мой интерес, тот или другой.

Но скажи, пожалуйста, откуда другим знать, какой у тебя интерес в том или другом вопросе?

Это уже их проблемы. Кому надо, могут, например, у меня спросить: я отвечу, зачем скрывать. Или я сам увижу, что происходит, какая, как говорят, идет «движуха»: если это окажется близко мне, моим желаниям, интересам, будет соответствовать моим намерениям – я и сам  готов поддержать, чем могу.

То есть ты считаешь, что ваши, скажем так, интересы могут совпадать в чем-то, но могут и расходиться?

Ну, да. Это же логично. А, кроме того, наша жизнь так устроена: мы друг дружке помогаем, но иногда, наоборот, наши интересы расходятся. Это реальность.

Если я правильно тебя понял, ты считаешь, что наши личные (и/или групповые) цели, интересы, намерения – это то, что может нас объединить. И тогда они станут в какой-то мере нашими общими. «всехными», как ты сказал, целями. Но в другом случае наши цели могут оказаться не совместными – в этом случае у нас с тобой общее может не сложиться. Ты считаешь, такова объективная реальность?

Да, именно, такова существующая реальность – в одном случае у нас как индивидуумов есть что-либо общее, в другом – нет.

Прекрасно. Но, исходя из твоих слов, получается, что реальность – она не для всех одна и та же, одинаковая.

Как это?

Ты сам так сказал: у тебя в рамках существующей реальности может быть что-то свое, а у меня свое. Например: у вороны – сыр, а у лисицы – ее хитрость; у одного специалиста – одно видение, а у другого – иное.

До той поры, пока мы не проявляем каждый своей особенной индивидуальности, своего «я» - в том числе своего личного особенного видения тех или других моментов, своих намерений, приоритетов, интересов, целей, в конце концов – у нас все хорошо и замечательно. Реальность у нас общая, судьба – тоже общая, все общее, на всех одно, единое.

Но стоит только проявиться этому субъективному «Я», стоит только ему заговорить, подать, так сказать, свой собственный голос, так сразу вся идиллия куда-то пропадает. Лиса хитростью и коварством похищает сыр у вороны, которую только что  превозносила до небес; соратники и коллеги становятся друг другу непримиримыми оппонентами («заклятыми» друзьями) и так далее.

Вадим, я понял: это и есть конфликтная реальность?

По крайней мере, это та объективная реальность, по отношению к  которой у нас с тобой уже не все общее. Ты смотришь на нее по-своему, я – по-своему. Почему? Да по разным причинам.

Например, лисица из басни Крылова вполне могла считать несправедливым, что «бог послал» кусочек сыра не ей, а вороне. Что она – хуже вороны? Легко ли было лисе пройти мимо, сказав себе «Ладно, не буду расстраиваться»?  Это при ее то способностях?

А два коллеги, каждый из которых уверен, что его видение чего-то стоит? Что же им, сказать друг дружке: «Ладно, не будем спорить, оно того не стоит». Как же – не стоит, еще как стоит, ведь истина требует принципиальности, не так?  И осуждать их за это, не впадая в морализаторство, вряд ли возможно.

Но вернусь к твоему вопросу. Ты спрашиваешь, почему для аналитика важно отличать конфликтную реальность от предметной?

За поиском ответа обратимся – по установившейся традиции – к примерам.

Вернусь еще раз к ситуации из басни Крылова «Ворона и лисица». В чем состояла фатальная ошибка вороны, вследствие чего она лишилась сыра?  Как ты считаешь как аналитик? Поставь себя на место аналитика и реши эту задачу. В конце концов, ситуация, показанная в этой притче, может относиться не только к выдуманным персонажам, но и к вполне себе реальным.  Итак, твой вариант ответа?

Тут и думать нечего. Ворона не учла, не приняла во внимание, что лисицам доверять нельзя. Ведь всем известно, что они хитрые и коварные. Я прав?

Да, все логично. Ну а если вороне ничего не было известно про хитрость и коварство лисиц? Ведь в реальной жизни у каждого из нас, образно говоря, на лбу (или в других местах) нет никакого клейма. Иными словами, заранее часто бывает неизвестно, «ху из ху». Что ты как аналитик посоветуешь делать в этом случае? Ведь подозревать каждого тоже не выход. Ибо, в конечном счете ты рискуешь, что с тобой просто не захотят иметь дела из-за твоей явной (и, как могут посчитать люди, нездоровой, необоснованной) подозрительности.

Как быть в этом случае? Ответь как аналитик.

Ну, если подозревать – это не лучший вариант, то, по крайней мере, можно постараться получить всю возможную информацию о своем, скажем так, партнере. Узнать, кто он и что, как характеризуется, чем отличился и т.п. Короче собрать «объективку», т.е. объективную информацию.  Так?

Возможно. Но учти, что в любой информации есть своя доля объективности. То есть далеко не всегда и не все, что является информацией о чем-то и/или о ком-то, это целиком и полностью одна лишь голая объективность и ничего кроме объективности.

Ведь информация тоже, фигурально говоря, не растет на деревьях. Ту или иную информацию кто-то, где-то, когда-то готовил: кому-то что-то кто-то говорил, кто-то как-то интерпретировал сказанное или написанное кем-то, когда-то, по какому-то поводу и т.п. Информация только на первый взгляд представляется абсолютно идеальным аналитическим инструментом. На самом деле это не совсем так. Я уже не говорю о дезинформации – намеренной или в результате добросовестного заблуждения. Так что информация, конечно, важна и полезна – это факт. Но полной гарантии и стопроцентной уверенности она дать не может. Это тоже факт.  Как быть? Ответь как аналитик.

Ну, если полностью, на сто процентов на информацию положиться не представляется правильным и достаточно надежным, тогда остается только одно: тайное, скрытное наблюдение, разведка, вербовка информаторов, агентов, чтобы подобраться поближе, и все такое. Это уже не просто информация, а сведения из самого, так сказать, логова. К ним уже другой уровень доверия.  Ну, на этот раз ты признаешь, что мой ответ исчерпывающий?

Да признаю, но причем здесь аналитика?

То, что ты предлагаешь в качестве ответа, находится в ведении специальных служб. А мы ведь с тобой ведем речь про аналитику. Аналитик и разведчик, даже находящийся на легальном положении – это разные амплуа. И разные инструменты. У разведки они свои, у аналитики – свои. Разведчик должен быть в то же время аналитиком, но они при этом остается, прежде всего, разведчиком. Также и аналитик может для получения необходимого ему «эксклюзива», использовать все свои личные качества. Но вместе с тем, это вовсе не означает, что его основное кредо – быть разведчиком. Нет, у него свое собственное, самостоятельное амплуа – амплуа аналитика. И в рамках общей системы принятия решений оно является необходимым компонентом.

Итак, представь, что ты аналитик, и ты разбираешь ситуацию, подобную той, что представлена в притче по ворону и лисицу. От тебя требуется решение: в чем была принципиальная ошибка персонажа, выведенного в притче под условным, но ставшим нарицательным именем «Ворона» (видимо оттого, что свой сыр проворонила)?

Чтобы ты не повторял вновь свои предыдущие ответы, я их еще раз для тебя приведу и укажу причины, почему я этими ответами как аналитик остался не удовлетворен.

Итак:

Ответ

Причина неудовлетворенности ответом

Ворона не учла, не приняла во внимание, что лисицам доверять нельзя. Ведь всем известно, что они хитрые и коварные.

В реальной жизни далеко не всегда и не в каждом конкретном случае известны наперед все мотивы, цели и намерения каждой из сторон.

А напрямую их разглашать, или, если сама сторона этого не делает, то требовать от нее этого (например, в качестве «мер по укреплению доверия») – тоже не является общепринятой практикой.

Нужно собрать объективную информацию про противоположную сторону – узнать, как характеризуется, чем особенно отличилась и т.п.

Целиком и полностью ориентироваться на информацию в расчете на то, что она на сто процентов объективная, непредвзятая и действительно трактует свой предмет объективно, непредвзято и обоснованно – нередко бывает нецелесообразно и рискованно.

Информация как инструмент должна быть в арсенале аналитика, но только в качестве дополнительного, а не ведущего средства аналитической работы.

Необходимо тайное, скрытное наблюдение, разведка, вербовка информаторов, агентов, чтобы подобраться поближе, получить сведения из самого, так сказать, «логова».

Данный инструмент обладает в ряде случаев высокой эффективностью. Но он не из арсенала аналитической работы, не имеет к нему прямого отношения.

Аналитик должен учитывать эксклюзивную информацию разведывательного характера, но он не может полагаться на то, что она у него будет в любой необходимый момент, т. к. предвидеть точно момент получения такой информации не представляется возможным, как и ее содержание. В частности, оно может оказаться обескураживающим, что будет означать  фиаско всех расчетов аналитика на эту информацию. 

Теперь ты имеешь перед глазами все свои ответы, оказавшиеся, на мой взгляд, не слишком удачными, хотя и очевидными, вполне ожидаемыми.

Поэтому повторю свой вопрос:

«Представь, что ты аналитик. И ты разбираешь ситуацию, подобную той, что рассказана в притче по ворону и лисицу. От тебя требуется решение: в чем была принципиальная ошибка персонажа, выведенного в притче под условным именем «Ворона»?

Вадим, я думаю, что Ворона, наверное, должна была что-то такое сделать, как-то спровоцировать ситуацию, чтобы понять, какие намерения есть у Лисицы. По каким-то причинам (может, из скромности) никаких попыток объективно (а не умозрительно, не гипотетически) понять планы Лисицы Ворона не сделала. Это стало ее фатальной ошибкой.

Да, это действительно похоже на ответ, который мог бы дать именно аналитик. А именно, Ворона проиграла Лисице потому, что объективно планы Лисицы остались Вороной не раскрыты и не поняты. А одних лишь подозрений – даже если бы они у Вороны были – для принятия решений недостаточно в силу субъективного характера и недоказуемости подозрений (их можно лишь обосновывать разными умозрительными суждениями и предположениями, но это не есть доказательство).

Но ты так и не ответил, что же такое не сделала Ворона (что вполне могла бы сделать), чтобы, как ты выразился «спровоцировать ситуацию»? Как именно Ворона должна была спровоцировать ситуацию?

Не знаю даже. Что-то типа: схватить Лисицу, потрясти ее и приказать: «А ну, отвечай, что тебе от меня надо»?

В целом твой ход мыслей понятен и рассуждаешь ты, как будто, логично. Но, может быть, не стоит хватать Лисицу и, тем более, трясти ее? Почему ты считаешь такие, так сказать, меры воздействия необходимыми для объективного понимания планов Лисицы?

Я думаю, что Лисица будет шокирована, потеряет самоконтроль и «расколется», сама все расскажет о своих планах.

А если не «расколется»? Что, если Лисица окажется «крепким орешком» и вот так, за «здорово живешь», не испуг ее не возьмешь? Второй попытки, как ты понимаешь, у Вороны в этой ситуации уже не будет. Поэтому средства типа «взять на испуг», шокировать – не из арсенала аналитики. Здесь  требуется выбрать средство более тонкое, интеллектуальное, я бы сказал, интеллигентное. И  в то же время более верное средство.

Чтобы ты не занимался догадками и подгонкой своего ответа под мои, так сказать «подсказки», сразу скажу, что речь не идет о каких-то ответных хитростях, но теперь уже со стороны Вороны. Поэтому советую сразу: не думай в том направлении, что Ворона должна как-то обмануть Лису. Во-первых, Вороны, не самые лучшие мастера по части мистификации, а во вторых, Лиса в этом виде искусства заведомо сильнее, вмиг все просчитает. Поэтому ищи другое средство. До следующей нашей встречи у тебя есть время. Как и у наших читателей. Пора им тоже начать становиться аналитиками. Интересно, какой ответ они могли бы дать?

А пока на этом прервемся. До скорой встречи в нашей рубрике «Pro аналитику».

Игорь Рабинович, политический аналитик